На всю катушку - Марина Серова

От конечной остановки «одиннадцатого» до дома Демидова мы добрались пешком минут за тридцать. Обычный двухэтажный дом на отшибе вселенной. Две башенки с претензией на какой-то стиль придавали ему колорит, если так можно выразиться, удручающей и безвкусной обыденщины, свидетельствующей о сомнительных архитектурных пристрастиях нынешних хозяев жизни.

— Вот мы и пришли, — радостно сказал Демидов. — А это еще что такое?

На асфальтовой стоянке возле дома стояли две иномарки. Одна — здоровенный черный джип «Чероки» — очевидно, принадлежала демидовской охране. Зато вокруг второй — белого пятисотого «мерса» — он прошелся, от удивления даже привстав на цыпочки. Потом посмотрел на номер и покачал головой.

— Навороченный номер-то. Кто-то не слабо крутой пожаловал. Кто бы это мог быть?

— То есть эту машину вы видите в первый раз?

— Ну да, — ответил он, — вот джип «Чероки» — это ясно, мои горе-охраннички. А этот «мерс»… кто его знает.

— Реве тай стогне джип «Чероки»… — пробормотала я, подходя к внушительной черной двери дома. — Ключи-то у вас есть?

А то тоже мне новый русский: ни денег при себе, ни сотового телефона, ни пейджера. Безответственность немыслимая! За что он только платит деньги своим охранникам? Или он платит им так же, как предлагал мне, — в рублях, да еще во много раз меньше, чем полагалось бы? Тогда неудивительно, что они его теряют на улицах.

— Ключи вот, — сказал он. — А что, вы предполагаете, это может быть серьезно?

Я посмотрела на его безбожно распухшую физиономию или, вернее, отекшую до состояния непотребной хари, и с легкой улыбкой ответила:

— Может. С вами, господин Демидов, все может быть.

Свет горел только в окнах второго этажа, в затянутых прочными стальными решетками окнах первого было темно. Впрочем, они еще были плотно прикрыты жалюзи.

Я открыла дверь и шагнула внутрь. Темень, хоть глаз выколи. Я сделала еще шаг и наткнулась на что-то, больно ударившись лбом так, что искры из глаз посыпались и стало светло.

…Нет, стало светло не от удара. Это вспыхнул верхний свет, на мгновение ослепив меня. Но в следующий момент я ощутила, как моего лба коснулась холодная сталь пистолетного ствола.

— Леха, а это еще что за лахудра? — раздался удивленный мужской голос.

Передо мной, вытянув вперед руки с нацеленным мне в лоб пистолетом, стоял рослый парень в джинсовой рубахе. Чуть поодаль находился второй. Он-то и произнес эту милую фразу про лахудру.

— А с ней еще один, — сказал Леха, кивая на входящего Демидова. — Ниче не пойму! Диман, бери его.

— Да ты че, сдурел… — начал было Демидов, но тут же получил мощный удар в поддых и, беззвучно хватая воздух разинутым ртом и выпучив глаза, как раздавленная лягушка, свалился на пол.

— Диман, у этой дуры ствол! — воскликнул Леха, покачивая на ладони мой пистолет.

— А ну-ка, тряхани ее, — посоветовал тот, очевидно, в профилактических целях дважды пиная ногой корчащегося на полу многострадального помидорного короля. — Откуда ствол, как они сюда попали и зачем… Коли, в общем.

Колоть ты будешь дрова на сибирской лесопилке, мальчик. А ручку свою так бесконтрольно ты вытянул совершенно напрасно, пусть даже с зажатым в ней пистолетом. Рука — очень уязвимая часть тела, и я берусь тебе, Леха, это доказать.

Молниеносно перехватив «ствол» в его руке, я отточенным приемом — как это сил и реакции хватает после такого бурного дня! — завернула эту руку за его спину так, что хрустнула кость, а парень истошно взвыл, и швырнула его в хищно нацелившегося в нас из пистолета Димана.

Пока тот, обескураженный этим маневром, соображал, что к чему, я уже оказалась рядом и от души врезала ему прямо в висок. Ни к чему туда бить, конечно, так и насмерть уходить недолго, но парень крепкий, должен выдержать.

Дима охнул и ткнулся носом в пол — прямо на еще не очухавшегося Демидова. Бедненький… Демидов.

В этот момент хрястнула дверь, ведущая внутрь дома, и в прихожую ворвались вооруженные автоматами люди. Я вытерла пот со лба и устало опустила руки.

Это уже слишком!

К моему удивлению, высокий плотный мужчина в дорогом темном пиджаке, очевидно, бывший их боссом, даже не взглянув на меня, с испуганным криком бросился к Демидову:

— Сергей Викторович! О господи!

Он бережно поднял с пола отчаянно матерящегося Демидова и бережно передал на руки охранникам.