Источник тайной информации - Марина Серова

– Ну-ну, Алевтина Николаевна. Начали за здравие, а кончили за упокой. Погодите еще. В нашем деле отсутствие информации – это еще не самое худшее. Я стараюсь вам помочь.

На данном этапе нашего разговора я вновь была уверена, что моя клиентка не может быть замешана ни в чем дурном.

Я поблагодарила Алевтину Николаевну за рассказ, прибавила, что эта информация может помочь моему расследованию, и быстро откланялась.

Я незаметно добралась до дома. Совсем уж было решила, что сегодняшний день прошел впустую. Раз уж такое дело, можно позволить себе отдохнуть, принять ванну, почитать или посмотреть телевизор. А может, новый поклонник позвонит и предложит более интересную программу?

Не успела я набрать воды в ванну, как зазвонил мой телефон. В трубке послышался взволнованный голос Алевтины Николаевны:

– Татьяна, вы срочно нужны мне!

– Что случилось?

– Вернулся Толик. Он позвонил мне, спросил, как дела у Диночки, и как-то быстро оборвал связь. Я не исключаю, что он, как обычно, подшофе. Но нам с вами надо немедленно поехать к нему и попытаться выяснить все, что он знает о Женечке и Дине.

– Все поняла! Только предупреждаю: без самодеятельности, Алевтина Николаевна! Я немедленно отправлюсь к Анатолию. Вас же попрошу там пока не появляться. Я все выясню сама. Вы не обижаетесь?

– Нет, конечно, нет. Я вам полностью доверяю. Поступайте как сочтете нужным.

– Вот и прекрасно. Если у меня появятся сведения, достойные вашего внимания, я немедленно свяжусь с вами. А я сейчас же отправляюсь.

Я пулей собралась, села в машину и рванула по адресу Анатолия.

Когда я позвонила в дверь, то, к моему удивлению, дверь открыл не хозяин квартиры, а очень красивая женщина, высокая, стройная. О таких говорят «дама без возраста». Я вежливо поздоровалась и спросила, могу ли видеть Анатолия Петровича Иртенева. Женщина улыбнулась и пригласила меня войти в квартиру.

Мы прошли в большую комнату, я села на диван, а подруга Иртенева – в кресло напротив. Я хотела было открыть рот для объяснений – кто я такая и с чем пожаловала, как женщина опередила меня:

– Меня зовут Светлана.

Это имя, на мой взгляд, ей никак не подходило. У нее были довольно длинные, густые, очень темные волосы, смуглая кожа, черные брови, и вообще в лице Светланы было что-то восточное. Она словно прочла мои мысли и пояснила:

– Мама была блондинка, глаза светлые, решили, что дочку в честь нее Светланой назовут. А я вот не в нее пошла. В отца.

Приглядевшись к женщине внимательнее, я поняла, что в молодости она была потрясающе хороша собой – просто шамаханская царица. Да и сейчас еще могла заинтересовать мужчин. Светлана опять словно угадала мои мысли:

– У меня в молодости много поклонников было и романов всяких. Но замуж я так и не вышла. Зато жизнь моя меня многому научила – мудрости, терпению. Вот и вы ведь красавица, любой мужчина о такой мечтает, а судьба не складывается. Ведь правда? Не отвечайте, я и так знаю. У женщин красивых, умных и сильных долго все не складывается. Потому что они всегда чего-то ждут, чего-то настоящего. Но если верно и терпеливо ждут, то и дождутся. Я вот встретила своего Толика. Скажете – непутевый мужчина. А я знаю – он моя судьба. Я ведь много разных повидала на своем веку. А такого сердца, души такой – никогда не встречала. Толик весь мне открылся, всю жизнь свою рассказал. И я его приняла таким, какой он есть, и он меня принял. Не задалась нам судьба по молодости встретиться. Тогда, может быть, вся жизнь, и его и моя, совсем по-другому сложилась бы. Но лучше поздно, чем никогда, так ведь в народе говорят... – Светлана печально вздохнула. – Простите, милая, что я так сразу набросилась на вас с разговорами своими женскими. Просто не с кем поделиться, вот, бывает, и откроешь душу первому человеку, который тебе симпатичным покажется и слушать умеет. А вы так хорошо слушаете. Так я, глупая, и заболталась. А ведь вы не ко мне, вы же Анатолия хотели видеть?

– Да, собственно, – я слегка встрепенулась, поскольку под разговор Светланы мне уже тоже начало думаться о чем-то своем, женском – очень уж мягкой и доброжелательной была ее речь. – Я по делу к нему.

Светлана вздохнула.

– Боюсь, что по делу к нему вы немного не ко времени.

– А почему? – поинтересовалась я.

– Ну, вы, наверное, должны знать... В общем, он немного того... Выпивает.

– А, да, мне вообще-то Алевтина Николаевна говорила. И что, он так уж плох?

– Я стараюсь изо всех сил. И сам он тоже очень хочет бросить пить и начать нормальную жизнь. Наша с ним встреча – большой стимул для него. Но, видите ли, не так просто преодолеть многолетнюю привычку, которая никогда никем не пресекалась. Его родители, вернее, теперь одна мать – отец давно скончался – живут далеко от Тарасова. Достойной женщины с Толей рядом никогда не было. Покойный его брат старался как мог убедить его отучиться от этой пагубной привычки. Только все было тщетно.

– А вам удается?

– Дело в том, что все это уже на уровне физиологии или даже химии организма – я не сильна в этих вопросах. Алкоголь вошел в обмен веществ – так мне объясняли медики. Если Толик не принимает определенную дозу алкоголя, он становится раздражительным, впадает в депрессию, не хочет ничего делать, никого видеть. Если же он принимает необходимую дозу, то на некоторое время делается прежним, молодым и жизнелюбивым, однако это быстро проходит и в конечном счете все больше засасывает его в эту пучину. И в следующий раз ему потребуется еще большая доза. Но у меня получается влиять на него. Поэтому его состояние, несмотря на многолетнюю запущенность, постепенно улучшается.

– Простите за бестактность, а в каком состоянии он сейчас?

– Сейчас он, увы, в состоянии депрессии. Он лежит, отвернувшись к стене лицом, и никого не хочет видеть... В свою очередь вы простите меня за вопрос, – Светлана смущенно и растерянно улыбнулась, – а кто вы? Родственница Толика или кто-то из его бывших знакомых?

Ее смущение и растерянность показывали в ней женщину, быть может, не очень сильную, но в решающий момент умеющую постоять за свое счастье и за счастье любимого человека. Лгать ей и представляться какой-нибудь брошенной женой или любовницей Анатолия мне не хотелось, да и не имело смысла – наверняка ее немолодой возлюбленный рассказал ей всю свою жизнь и исповедался во всех грехах. Поэтому я решила действовать открыто.

– Видите ли, я – частный детектив, Татьяна Иванова. Если хотите, предъявлю вам лицензию...

Глаза Светланы расширились, и брови приподнялись недоуменно, слабым движением руки она отгородилась от протянутой лицензии, давая понять, что верит мне и так.

– Дело в том, что в семье Иртеневых, вернее, у Дины Иртеневой, племянницы Анатолия Петровича, произошла какая-то странная история. Вы ведь наверняка слышали о племяннице Анатолия, Дине, и ее сыне Женечке?