Кости не лгут - Марина Серова

Мне показалось, что в последних словах его прозвучала угроза. Пришлось дать парнишке еще раз по морде. Для профилактики. Джеб клацнул зубами, сплюнул на землю кровь и всхлипнул:

— Че ты? Че ты? Я ж рассказываю! — И заторопился дальше: — Теперь они его трясти будут. Долг скорее всего себе заберут. Мне, может, немного перепадет. Где он сейчас, я не знаю.

Я угрожающе подняла кулак.

— Все, все, — забормотал Джеб, прикрывая лицо локтями, — ну… в «Западе» в подвале они его держат. Или убили уже, не знаю. Если живой, тогда еще с недельку подождут, чтобы предки его поволновались, и выкуп потребуют… Или… ну, они мне о своих планах не докладывают.

— Эти, которые парня держат, кто такие?

Джеб смахнул с разбитой губы кровь.

— Бандиты, кто еще…

Он опять сплюнул. Потом закашлялся и противно харкнул. Я немного посторонилась — забрызгает чего доброго. Джеб, видать, и рассчитывал на мою брезгливость — внезапно сорвался с места и дунул на улицу. Я хотела было его догнать, но передумала. Пошел он! Бегать еще по такой жаре. Самое главное я из него вытянула. Надо теперь сваливать отсюда побыстрее, а то приведет еще костоломов каких-нибудь. Ускоренным шагом прошла подворотней во двор, потом — на улицу, села в первый попавшийся троллейбус, проехала пару остановок, затем, выйдя, разыскала будку телефона-автомата. Я решила позвонить Васе, договориться о встрече. Позвонила. Он обещал быть у памятника Чернышевскому через пятнадцать минут — знакомый, у которого он скрывался, жил недалеко оттуда.

Немного побаливали костяшки на руках. Об Джеба разбила. Грубо, конечно, я с ним обошлась, но… Деньги у него, по-видимому, водятся, так что соблазнить его златом скорее всего не получилось бы. Много я ему предложить все равно не смогла бы. А вот память об отцовском ремне в парнишке, наверное, еще жила. На это я и рассчитывала.

Пока я добралась до памятника, прошло минут двадцать. Вася уже был на месте. Он курил, присев на край каменного постамента. Милиционер, прогуливавшийся неподалеку, с неодобрением на него посматривал.

Вася встретил меня, и мы сели в летнем кафе через дорогу. Слава богу, там варили кофе. Я заказала себе чашечку и два пирожных с заварным кремом. Василий ограничился бутылкой пива.

За кофе я рассказала ему о своем разговоре с Джебом.

— Про Крысана узнала что-нибудь? — спросил он, дождавшись окончания рассказа.

— Не успела, он бегает быстро.

Василий нахмурился, приложился к своей бутылке и угрюмо спросил:

— Что делать собираешься?

Я пожала плечами, плана у меня действительно еще не было. Потом спросила сама:

— Администрация этого клуба… «Запад»… Кто они вообще такие? Почему Джеб сказал, что бандиты прячут заложников в подвале клуба? Бандиты связаны, что ли, с администрацией?

— Да я как-то не думал об этом, — задумчиво ответил Василий. — Напрямую-то, может, и не связаны, но… Я тут в вашем городе со старыми музыкантами пообщался, они говорят, что года два назад был клуб как клуб. А потом начальство сменилось, клуб стал частным — наркопритон какой-то устроили. С директором я общался — нормальный, по-моему, мужик. Хотя и хитрый. Такой представительный, а все его Петровичем зовут.

Тут я вспомнила, что видела начальство-то. В «Западе» и видела. Что и говорить — необычно выглядят. Да еще с амбалами в роли телохранителей. Действительно, больше на наркобаронов похожи, чем на рокеров.

— А там, где наркота, там круговая порука — это давно известно, — продолжал Вася. — Я слышал, что «Запад» давно прикрыть собирались, но директор то ли на лапу хорошо дает, то ли еще чего. Пока держатся. Но я чувствую, что им недолго осталось — зарвались они.

В голове у меня возникла одна идея.

— Слушай, Вась, — спросила я, — вы сегодня выступаете?

— Вряд ли без Крысана-то. Я теперь в «Западе» показаться боюсь — нас же там уже вычислили. Нет уж, пусть думают, что мы уехали.

— Ну, все равно. Как ты думаешь, туда незаметно пробраться можно? Так, чтоб охрана не засекла?

Вася задумался.

— Пацаны маленькие через заднее окно лазили — я видел, — у них денег не было за билет заплатить… Окно открыто, духота потому что.

— Так вот, — говорю, — что я думаю… Во сколько примерно концерт заканчивается?

— Часов в девять…

— Сегодня в десять часов я залезу через это окошко, посмотрю, что и как. Где у них там подвал?

— Это… в общем… Давай я с тобой пойду! Покажу, помогу заодно, — неожиданно предложил Вася.

Я заколебалась. Вообще-то я всегда работаю одна. На себя как-то удобнее и рассчитывать — сама себя ведь не подведешь. Но… в принципе, можно попробовать. Тем более что Василий лучше меня знает, где у них что там расположено.

— Ну хорошо, пойдем.

Василий после моих слов ужасно развеселился. Заказал себе еще бутылочку пива, даже порывался взять водки, чтобы выпить за успех дела, но я не позволила — сейчас выпьем, захочется еще, к вечеру отходняк пойдет, а какая работа с больной головой?

Чтобы отвлечь своего приятеля от подобных желаний, я поведала ему историю о маньяке, преследовавшем меня вчера ночью в парке.

— Здорово! — восхитился Василий. — Вот тебе повезло — живого маньяка видела! Я обязательно песню про это напишу!

Он стал бормотать про себя какие-то слова, что-то вроде: «Извращенец шел по улице, на Татьяну мерзко жмурился…»

Мне стало скучно, и я решила прервать его творческий процесс:

— Пойдем, Вась, ко мне зайдем, посидим. До вечера времени еще полно, а одна сбешусь я в четырех стенах.

Предложение было с готовностью принято, и мы двинулись по улице. Оказалось, что Вася, если захочет, может быть жутко надоедливым — по дороге ему удалось уломать меня купить бутылочку водки. Получив вожделенный предмет, он радостно вертел его в руках, разглядывал этикетку, ковырял ногтем пробку, тряс бутылку возле уха — слушал, как внутри переливается жидкость.

— Ну вот, — сказал он, когда мы подходили к подъезду, — посидим сейчас хорошо и пойдем. От одной бутылочки ведь ничего не будет, правда?

Я вдруг подумала, что уже, наверное, несколько лет не встречала абсолютно непьющего мужика. Зато алкашей — сколько угодно!

Мы поднялись по лестнице на восьмой этаж — лифт, как обычно, не работал.

— Посмотри, Вась, в почтовом ящике у меня ничего нет? — попросила я своего спутника.

По какому-то странному замыслу управдома почтовые ящики находились у нас не там, где они должны находиться — на первом этаже, а на каждом этаже, по числу квартир на лестничной клетке. Сколько раз уже, сталкиваясь с почтальоном по утрам, я была вынуждена выслушивать от него жалобы! Как будто это я виновата!

Василий отстал и, насвистывая песенку, принялся греметь жестяной крышкой ящика. Я вынула ключи, открыла дверь и вошла в квартиру.