Танго Мотылька - Марина Серова

– Да, но это и странно.

Я пожала плечами.

– Не вы первый…

– Но почему это странно?

– Хорошо, давайте продолжим историю необыкновенного приключения ваших ключей. Вы доехали до ресторана. Отпустили такси.

– Да. – Он снова сосредоточился.

– Прошли в гардероб и разделись.

– Да.

– Когда раздевались, проверили карманы…

– Пальто, – воскликнул он. – Да, я их проверил, и ключей там не было.

Вот мы и добрались до места, где собака порылась. Все не так сложно, как думалось вначале.

– Раз ключей не было в пальто, когда вы входили в ресторан, их в ресторане автоматически невозможно было где-либо выронить.

– Да. – Восхищение вернулось в его красивые темные глаза и там засияло. – Тогда получается, их туда кто-то подкинул….

Я смотрела, как с его лица медленно стекает энтузиазм. Одну загадку мы разгадали, а вместо ответа получили другую.

Добро пожаловать в мой мир. Я усмехнулась.

На самом деле, теперь все еще проще.

Из дома он вышел с ключами. В ресторан пришел без них. Значит, они были изъяты по дороге. Почему изъяты, а не потеряны? Потому что их вернули. А кто их вернул?

Тот, кто позаимствовал.

А вот теперь настоящее испытание для памяти Никиты. Если он вспомнит человека, которого видел дважды, сначала по дороге в ресторан и потом в самом ресторане, у нас будет описание злоумышленника.

– Вы говорили по телефону, когда ехали в ресторан?

– Да, а что? – Никита недоуменно нахмурился. Наверно, не поспевал за моей мыслью.

– Пытаюсь понять, насколько рассеянным было ваше внимание.

– Я заметил по дороге мужчину, которого едва не зашиб, бабушку с мопсом, мамашку с близнецами в красной коляске. Такси… малиновая «десятка», номер 125… водитель аккуратный, но слишком эмоциональный… Обесточка троллейбусов… черный «Хаммер» подрезал «Ниву»…

– Понятно, вы из той породы, что, болтая по телефону, таращится по сторонам и умудряется запомнить много ненужной информации.

– Ага. – Самодовольная улыбка растеклась по его лицу, причинив дискомфорт, потому что следом он поморщился от боли.

– Значит, так. Поделим на три части. Квартира – такси. Такси. Такси – ресторан. Где могли у вас стащить ключи?

Лицо Никиты нахмурилось, выдавая скрупулезную титаническую работу мозга. Он снова закрыл глаза. Может, ему было просто больно смотреть на свет, а может, так легче вспоминалось. Я опять залюбовалась игрой его мимики.

Вот тебе и предсказание. Может, не стоит так отвлекаться, Танюша?

– Второй и третий варианты отпадают.

Вот и попался наш голубчик, щелкнуло у меня в мозгу.

– Какого цвета были глаза у мужчины, которого вы чуть не пришибли? – неожиданно спросила я, когда лоб Никиты прорезала глубокая морщина задумчивости.

– Темные, – ответил он, не отвлекаясь от процесса.

– Рост?

– Примерно, как у меня. – Он открыл глаза и тихо с чувством произнес. – Черт.

– Сколько человек было на банкете?

– Около ста. Я не вспомню его… – он покачал головой, явно поняв, куда я веду.

– Скорее всего, он был одет не по случаю, – подсказала я.

Сначала в его глазах вспыхнуло ликование, потом удовольствие, потом гордость собой.

– Был высокий, темноволосый мужчина в черных джинсах и сером свитере. Он двигался спокойно, как гость, но что-то в нем привлекало внимание…

Я не стала ему мешать вспоминать. Не стала задавать вопросов. Просто ждала. Скорее всего, он сам сейчас ответит на свой вопрос.

– Точно. Он ни с кем не здоровался. Он был как невидимка для всех, его никто не узнал.

– Вот и чудненько. Теперь мы знаем еще и цвет его волос. – Я довольно улыбнулась и потерла ладошки.

– Но… – Никита внимательно следил за мной, не моргая.

– Что?

– Как он…

– Он следил за вами. – Я не дала ему договорить, поскольку поняла вопрос.

– Но ведь ключи у него были недолго. Только то время, которое нужно было для того, чтобы добраться до ресторана. Он не успел бы сделать копию.

– Зато успел сделать слепок, а по нему несложно сделать ключ, – ответила я.

– Понятно. Что это нам дает? – спросил Никита тоном, каким дети требуют продолжения сказки.

– То, что он умен, и то, что он знаком с инструментом. Вряд ли он стал заказывать изготовление ключа по слепку, – спокойно и рассудительно пояснила. Сама не поняла, как у меня получилось….

Просто мне нравилось его дразнить. На его лице было написано упрямое стремление все понять, и я не могла удержаться от того, чтобы его немного помучить, заставить задавать вопросы. Эх, не зря меня мама врединой называла.

– Последний вопрос. Что он делал в вашей квартире?

– Перевернул все кверху дном.

– То есть он что-то искал. – Я задумчиво разглядывала красно-лиловые разводы на лице Никиты.

– Да, у меня сложилось такое впечатление, – буркнул Никита, пытаясь поймать мой взгляд, бродивший по его лицу.

– Я так понимаю, что пропало, вы мне сказать не можете? – вряд ли в таком состоянии у него были силы и желание проверять свое имущество.

– Ничего не пропало. – Никита тяжело вздохнул.

– Хм…

Я посмотрела в его шоколадные глаза, полные детского упрямства.

– Милиция долго ехала, я успел все посмотреть.

Я кивнула. С него станется.

– Так вы беретесь?

– А что, не видно?

Никита в ответ хмыкнул.

– Спасибо большое. Вы действительно «нечто». – Он мне улыбнулся, всем своим видом показывая, что это был комплимент. Явно услышанный из уст Кири.

Ну, Киря, ты у меня получишь.

Я – нечто.

Зараза.

– Пожалуйста, – ответила я и усмехнулась. Типа, я же крутая.

Ну и чего, скажите мне, я так себя вела с ним?

Это все потому, что вместо того, чтобы претворять в действие предсказание костей, этот великолепный образец мужского племени теперь будет неизвестно сколько времени валяться в больнице. Вот что мне язвительно подсказал мой внутренний голос. Надо сказать, язвить он умеет почище меня, сама страдаю…

Уже почти покинув палату, я вспомнила, что не уточнила информацию для Петра. Пришлось вернуться и провести еще несколько минут в компании Никиты.

– Вам поможет описание грабителя, то, что я смог вспомнить? – спросил Никита, когда я уже стояла в дверях.