Соперница - Нора Робертс

Ледяной взгляд немедленно сменился обворожительной улыбкой – словно дрессировщик решил, что пора бросить кнут.

– Ты просто сокровище! Знаешь что? Докажи, что ты не обиделась, и приходи завтра вечером вместе с Маршаллом.

– Анджела…

– Ничего не слышу, никаких «нет»! – Анджела соскользнула со стола. – А если сможешь прийти на пару часов пораньше, я буду тебе благодарна. Никто не умеет так все организовать, как ты, Ди. Но мы еще об этом поговорим.

Анджела, не торопясь, ушла, и Дина откинулась на спинку стула. Она чувствовала себя так, словно по ней проехался обтянутый бархатом каток. Но Анджела ошибается, подумала она. Маршалл не вмешивался в ее работу. Взаимный интерес – это еще не значит «столкновение амбиций».

Ей нравилось с ним встречаться. Ей нравился его образ мышления – то, как он умел проанализировать любую ситуацию с двух разных точек зрения. И как он смеялся, когда она настаивала на своем.

Дина была благодарна ему за то, что только от нее зависело, с какой скоростью будут развиваться их отношения. Хотя, надо признаться, иногда ей и самой хотелось все ускорить. Она давно не чувствовала себя настолько сильной и уверенной, чтобы самой желать близости с мужчиной.

Но когда она захочет, подумала Дина, ей придется все ему рассказать.

Бросив взгляд на часы, Дина чуть было не застонала. Она разберется со своими личными проблемами в свободное время. Установив пальцы на клавиатуре, Дина взялась за работу.

Анджела вошла в приемную перед своим кабинетом. Ее секретарь занималась подготовкой съемки на понедельник. Рядом, в тихом холле, были двери других кабинетов – продюсеров, консультантов, ассистентов. Анджела уже давно распрощалась с шумной суматохой студии новостей. Когда-то и она была репортером, использовав эту работу не просто как трамплин, а скорее как катапульту для своих амбиций. Она хотела только одного: быть в центре внимания.

– Вам несколько раз звонили, мисс Перкинс.

– Потом. – Анджела настежь распахнула дверь, ведущую к ней в кабинет. – Зайди ко мне, Кесси.

И начала мерить комнату шагами. Даже услышав тихий щелчок закрывшейся за секретаршей двери, она не остановилась, промчавшись по старинному ковру мимо элегантного стола, от ряда широких окон к антикварному серванту, в котором хранилась ее коллекция наград.

«Они мои», – подумала она. Она их заработала, они принадлежали только ей. И теперь никто не посмеет не обращать на нее внимания.

– Она хоть понимает, кто я такая? – прошептала Анджела. – Она отдает себе отчет, с кем имеет дело?

Покачав головой, она опять отвернулась. Это была всего лишь маленькая промашка, напомнила себе она. Такую промашку нетрудно исправить. И к тому же она уже привязалась к этой девушке.

Успокоившись, Анджела обошла стол и опустилась в кресло из красной кожи. Кесси все еще стояла у двери.

– Ты договорилась насчет продуктов?

– Да, мисс Перкинс. Меню у вас на столе.

Анджела взглянула на него, отсутствующе кивнула.

– Цветы?

– Они подтвердили все, кроме белых лилий, – ответила Кесси. – Они постараются найти все, что вы хотите, но предложили заменить некоторые цветы другими.

– Если бы я хотела другие, то и просила бы другие. – Анджела махнула рукой. – Ты не виновата, Кесси. Сядь. – Она закрыла глаза. У нее начинала болеть голова. Анджела уже слышала чудовищный стук в висках, за которым обычно следовала волна непереносимой боли. Она осторожно потерла лоб двумя пальцами. Помнится, такие же приступы головной боли мучили ее мать. И та заливала их вином. – Налей мне воды, ладно? У меня начинается мигрень.

Кесси вскочила с кресла, на которое только что присела, и подошла к бару в другом конце комнаты. Она была спокойной женщиной, к тому же достаточно честолюбивой, чтобы терпеть все недостатки Анджелы ради продвижения по службе. Ничего не говоря, она выбрала хрустальный графин, наполненный минеральной водой, и налила полный бокал.

– Спасибо. – Анджела запила таблетку перкодана и взмолилась, чтобы боль прошла. Ей еще предстояла деловая встреча. – У тебя есть список приглашенных?

– На вашем столе.

– Отлично. – Анджела все еще сидела с закрытыми глазами. – Дашь копию Дине и расскажешь ей про все остальное. Теперь она будет этим заниматься.

– Да, мэм. – Хорошо зная круг своих обязанностей, Кесси подошла сзади к креслу Анджелы и принялась мягко массировать ей виски. Проходили минуты, в комнате слышалось лишь тихое тиканье настенных часов. Вдруг в них тихо заиграла музыка – четверть часа.

– Парикмахер придет к вам домой в два часа. Ваше платье привезут самое позднее в три.

Кесси никогда не слышала и слова благодарности за свою заботливость, но ей это и не требовалось.

– Хорошо, пока отложи это. Свяжись с Бикером. Я хочу знать все, что только можно знать, про доктора Маршалла Пайка. Он психолог, и у него частная практика здесь, в Чикаго. Пусть Бикер передаст мне информацию, как только что-нибудь откопает.

Она открыла глаза. Боль еще не совсем прошла, но таблетка уже подействовала.

– Скажи Бикеру, что это важно. Поняла?

– Да, мисс Перкинс.

В шесть часов вечера работа у Дины еще шла полным ходом. Разговаривая по трем телефонам, она одновременно редактировала сообщение для вечернего выпуска новостей.

– Ди, как у тебя мозги – еще не усохли?

Она заметила оператора, стоявшего в дверном проеме.

– Фу, как грубо, Джо!

– Знаю. – Он усмехнулся. К его изношенной куртке из кожзаменителя был приколот значок с надписью «Свободен». Джинсы были изодраны на коленях. Техническому составу можно было не заботиться о внешнем виде. Джо просто нравилось выглядеть так, как он выглядел. – Быстро отрываем задницы, Ди. Срочное задание, и надо поторопиться. Мы едем в аэропорт.

– Аэропорт? Черт побери, меня ждет Маршалл!

– Скажи своему приятелю, что ты – репортер. Делани только что сообщили, что сейчас прилетит самолет, у него какая-то поломка. Время не ждет!

– О боже! – Дина схватила со стола чистый блокнот. – Делани! – окликнула она.

Тучный ответственный редактор махнул в ее сторону своей незажженной сигарой.

– Поезжайте, Рейнольдс. Поддерживайте с нами связь. Дам вас в прямом эфире. Черт побери, жду от тебя сенсации!

– Откуда этот самолет? – крикнула она Джо, пока они неслись по лестнице. Его мотоциклетные бутсы стучали по металлу, словно автоматная очередь.

– Лондон. Остальное узнаешь по дороге. – Он настежь распахнул входную дверь и нырнул вперед, в стену дождя. Перекрикивая шум бури, он заорал, открывая тонваген: – «Боинг-747». Больше двухсот пассажиров. Левый двигатель отказал и какие-то проблемы с радаром. Может быть, молния попала. – Словно в подтверждение его слов стрела молнии пронзила черное небо, вдребезги разбив темноту.