Считается убийством - Миранда Джеймс

– А о его сестре заботится ее сын? – Кажется, Шон заинтересовался Делакортами не меньше, чем я.

– Этот позаботится! Муж Дафны был редкостным болваном в делах, таким же стал и его сын. Оставил ее почти без гроша, и Джеймс Делакорт ее приютил. Подозреваю, что брать на иждивение еще и Хьюберта с Элоизой он не собирался. Вот только Хьюберт ни на одной работе не может удержаться. А Элоизе ее брат прекратил давать деньги, когда умер их отец. Так что без Джеймса они бы все оказались на улице.

– Но ты сказала, что хотя бы племянник с племянницей работают?

– Работают, но зуб даю, что если ухватят кусок от миллионов, то быстренько уволятся, – она засмеялась. – Но, возможно, их ждет большой сюрприз… С мистера Делакорта станется завещать все деньги колледжу или на благотворительность. И поделом будет нахлебникам.

– Ну и семейка, – покачал головой Шон. – Как в романе Агаты Кристи.

– После твоих рассказов, – заметил я, – меня что-то не радует перспектива знакомства с ними.

– А, я кое-кого забыла. Еще есть дворецкий! По-моему, он англичанин, и служит у Джеймса лет сорок, если не больше. Говорят, он очень преданный слуга, – Хелена Луиза подняла брови. – Одно время злые языки болтали всякое, тем более что Джеймс Делакорт не женился и даже ни за кем не ухаживал.

– А как зовут дворецкого? – спросил Шон.

– Трутдейл, – подумав, ответила Хелена Луиза. – Он иногда забирает заказ вместо мистера Делакорта. Не слишком разговорчив.

– Одно можно сказать точно – скучать тебе сегодня не придется, – Шон встал и передал мне поводок Данте. – Подержишь его минутку? Я сейчас вернусь.

Шон вышел в туалет, Хелена Луиза проводила его взглядом и повернулась ко мне:

– Тебе, наверное, приятно, что он рядом. Но когда мы виделись в прошлый раз, ты не говорил, что он собирается в гости.

Я покачал головой:

– Я сам не знал. Он появился вчера, – я на секунду запнулся, но мне нужно было выговориться. – Ушел с работы и хочет немного пожить у меня.

– Ты расстроен? – Хелена Луиза ласково смотрела на меня.

– У него, кажется, что-то случилось, и я рад, что в трудную минуту он пришел ко мне. Но он пока не рассказал, почему уволился. Сказал только, что устал от нервотрепки.

– В больших юридических фирмах не работа, а сущий ад, – Хелена Луиза поморщилась.

Я вспомнил, что она когда-то училась на юриста, и была второй по успеваемости на курсе. Несколько лет она проработала в крупной компании в Мемфисе, а потом плюнула на все это и осуществила свою мечту: открыла пекарню.

– Можно я ему про тебя расскажу? – Я потер лоб – на меня вдруг нахлынула усталость. – Ему, пожалуй, было бы полезно поговорить с человеком, который пережил то же самое. Не знаю, насколько он готов откровенничать со мной, он давно уже не обсуждает со мной ничего личного.

– Ну конечно, я буду рада с ним поговорить, когда он захочет, – Хелена Луиза наклонилась и погладила меня по руке. – Только не торопи его, и со временем он сам все расскажет.

– Хорошо бы, – сказал я вполголоса, потому что Шон вернулся.

Хелена Луиза встала:

– Ну, mes amis^[11], приятно было с вами повидаться, но работа зовет. Дебби вот-вот закатит истерику, ведь приближается обеденный час.

Она вернулась за прилавок. Посетителей и в самом деле становилось все больше.

– Да, нам пора, – сказал я и встал, держа оба поводка. – Я выведу Жизеля и Данте на улицу, а ты рассчитайся. И возьми что-нибудь на десерт, съедим за ужином.

– Хорошо. Я мигом, – Шон направился к прилавку.

Снаружи стало еще теплее от полуденного солнца. Я с удовольствием направлялся домой с намерением отдохнуть и выкинуть на время из головы предстоящее чаепитие.

Шон вышел, держа в руках картонную коробку, перевязанную шнурком. Он забрал у меня поводок Данте, и мы зашагали обратно в сторону библиотеки.

– Что ты купил?

Шон улыбнулся:

– Увидишь. Хелена Луиза уверена, что тебе понравится.

– Не сомневаюсь.

Данте натянул поводок. Он принюхивался, и я понял, что ему нужен кустик, чтобы задрать лапу. Мы остановились в подходящем месте, и Дизель наблюдал за ним с большим интересом. Когда мы двинулись дальше, Шон сказал:

– Ты ей явно нравишься.

– Кому, Хелене Луизе? – Я пожал плечами. – Я знаю ее со школы, они дружили с твоей мамой.

– Да понятно, что вы дружите, пап, – Шон покачал головой. – Я про другое. Ты ей нравишься, ну… всерьез.

– Да?

– И это все, что ты можешь сказать? – удивленно воскликнул Шон.

– По-моему, она очень милая, – я не мог понять, просто так он спрашивает или огорчен, что после смерти его матери я пользуюсь вниманием другой женщины.

– Вы встречаетесь?

– Нет. Я подумывал, не пригласить ли ее на свидание, но боюсь рисковать нашей дружбой.

Что он на это скажет? Минуту, не меньше, Шон молчал.

– Пап, прошло почти четыре года. Я думаю, мама бы не хотела, чтобы ты всю жизнь горевал, – сказал он, не глядя на меня. – Сходи с ней куда-нибудь…

У меня перехватило горло, и я не сразу смог ответить.

– Я подумаю. Ты точно не возражаешь, чтобы я с кем-нибудь встречался?

– Не возражаю, и Лаура тоже. Мы с ней волнуемся за тебя, – Шон искоса посмотрел на меня.

– У меня все в порядке, честное слово. Нам всем трудно без мамы… Не проходит и дня, чтобы я о ней не думал. Она всегда со мной.

– Еще бы, пап, – проговорил Шон хрипло, и на секунду мне показалось, что он готов заплакать. – Я тоже все время думаю о ней.

Остаток пути мы проделали в тяжелом молчании. По крайней мере, для меня оно было тяжелым. Шон казался погруженным в собственные мысли, а мне не хотелось говорить о чем-то еще. И о его уходе с работы спрашивать сейчас явно было не время.

Я посматривал на Дизеля и всякий раз встречал его взгляд. Думаю, он почувствовал, что я взволнован, и решил за мной присматривать. Он мяукнул, и я погладил его по голове, чтобы успокоить. Данте не обращал на нас внимания. Он все время вынюхивал что-нибудь интересное, и Шону приходилось напоминать ему, что нужно идти дальше.

Когда мы вернулись домой, Шон отнес коробку на кухню, я подождал, пока он вернется, и спросил, какие у него планы на день.

– Никаких, – ответил Шон. – Если можно, я бы посидел за компьютером, проверил почту…

Данте вился у его ног.

– Конечно, в любой момент, – сказал я. – Мне после праздников настроили вай-фай, – я назвал ему пароль. – Сигнал ловится даже во дворе.