Дуэт смерти - Нора Робертс

— Повезло? — Ева откинулась на стуле так, что он встал на дыбы, и ответила на ухмылку Дэррина своей собственной. — Думаешь, повезло, что наши электронщики убили твой вирус? Мы знаем, во что ты вырядился в канун Нового года, когда стырил билет Дэриана Паудерса. Тоже, скажешь, повезло? Я знаю, где ты купил кроссовки — те, что сейчас на тебе. Я знаю, сколько ты за них заплатил, Дэррин. За рюкзак тоже и за футболку, в которой ты заманил Дину на ту первую встречу в Центральном парке. — Теперь она широко ухмыльнулась прямо ему в лицо с откровенной издевкой. — Я знаю, на какой доске ты катаешься, и точно знаю, где ты на ней катался вместе с Диной дождливым майским днем.

— Все ты врешь.

Вид у него был пока еще не испуганный. Пока еще нет, решила Ева. Но он казался озадаченным и был уже настороже.

— Повторяешься, задница, — буквально прорычала Пибоди.

Ева подумала, что придется ей дать новому «злому копу» несколько уроков сдержанности.

— Я знала, как ты выглядишь, когда расставила тебе ловушку на пресс-конференции на следующий день после того, как ты изнасиловал и задушил Карлин Робинс, Дрю. Мне известно твое имя, я знаю, где ты родился, знаю, под каким именем ты ходил, когда твоя мамаша получила свое в Чикаго.

«Вот оно, — подумала Ева. — Вот это попало в цель». В его глазах закипело бешенство. Он быстро пригасил огонь, тут ей пришлось отдать ему должное. Но она это заметила и поняла, что нащупала спусковой механизм.

— Мы просто умнее тебя, Дэррин. На панихиде тебе повезло, тут вопросов нет. Но, черт, похоже, твое везенье кончилось. Вот и мамаше твоей крупно не повезло в том сучьем притоне в Чикаго.

— Ты лучше придержи язык.

— Это с какой еще радости? Ты влип. Кое-что петришь в электронике, но очень средненько. Ты не сумел заблокировать камеры снаружи, не смог обойти систему, куда тебе! Она тебе не по зубам. Ты смог ее вырубить, только оказавшись внутри. — Твой вирус? — Ева пожала плечами и лениво потянулась. — Неплохая попытка. Наши электронщики с ним поиграли. Они прямо как дети — обожают игрушки. Но дело в том, что любой салага-электронщик тебя в этом деле обштопает. Оно и понятно: ты же всем своим трюкам научился у папаши.

— А вот это спорный вопрос, — вмешалась Пибоди. — Мы же не знаем, кто его отец — Винсент или Вэнс. Его мамаша давала обоим.

— Верно, верно, — энергично кивнула Ева, а Дэррин стиснул зубы. — Интересно, твоя мамочка сама-то знала, кто ее обрюхатил? Она ж трахалась с обоими. Но… знаешь, что? Это ведь мог быть и кто-то третий. Совсем чужой дяденька. Она же была шлюхой.

— Эй, заткни свой грязный рот!

— Хочешь заткнуть мне рот, Дэррин? Как заткнул его Дине и Карлин, когда насиловал их и душил подушкой? Скажи мне, когда ты насиловал их, бил, душил, рвал на части, ты при этом видел свою мать? Ведь только так у тебя встает, верно, Дэррин? Только когда думаешь о мамочке. Ведь на самом деле тебе ее хотелось трахнуть, да?

Ева бровью не повела, когда он взвился со стула. Его руки сжались в кулаки, звякнула цепочка наручников.

— Хочешь мне врезать? Ужасная досада, когда хочешь, но не можешь, верно? Думаю, ты знаешь, что чувствовали Дина и Карлин. Ты, наверное, ужасно разочарован, что не увидишь, как бьется в наручниках мать судьи Мимото, не услышишь, как она кричит. Или Элиза Уэгман, — добавила она и, глядя ему в глаза, перечислила всех остальных, кого он наметил в жертвы.

— Мы их всех нашли, — вновь вступила Пибоди, решив подсыпать соли ему на раны. — Видишь, как нам повезло!

— Теперь ты не сможешь закончить эту дурацкую миссию в память о твоей шлюхе-матери.

Дэррин сунул руки под стол и попытался поднять его, опрокинуть, но Ева и Пибоди просто навалились сверху с другой стороны, и стол остался на месте.

— Досадно, правда? — заметила Ева. — Неприятно, когда тебя контролируют, а ты ничего сделать не можешь.

У него мышцы дрожали от натуги, но он вынул руки из-под стола и снова сел.

— Ну, если вы все обо мне знаете, чего ж мы тут время теряем?

— А нам за это деньги платят. Хочешь ускорить ход событий? Прекрасно, почему бы тебе самому все не рассказать? Под запись? — подсказала Ева. — Ты же сам этого хочешь. Надо же хоть чем-то себя утешить. Вот и похвастайся, как ты сумел все это провернуть. Могу дать небольшую подсказку. Ты выслеживал своих жертв месяцами, исследовал их занятия, привычки, вкусы, пристрастия… Ты все планировал. Черт, да ты годами к этому готовился. Практически всю жизнь. Могу предположить, что ты выбрал Дину первой, потому что с ней было проще всего. Совсем девчонка, застенчивая, девственница — ее нетрудно было ослепить вниманием, заинтриговать мыслью о тайном поклоннике. Ты использовал связь с Колумбией. Ты там учился, значит, знал кампус. К тому же ее друг Джеми Лингстром там учится, значит, сам бог велел. Немного полевых изысканий — и ты уже можешь упомянуть, будто невзначай, знакомые ей имена. Втереться к ней в доверие. Дэррин пожал плечами.