Хранители завета - Том Эгеланн

— Бард?! — восклицаю я. — Bárðr! Рассыпавшаяся в прах мумия в гробу рядом с Асимом в гробнице Селье.

— Необычный документ. По стилю не похож на те тексты, которые господствовали в то время.

— Как сюда попал этот манускрипт?

— Хранители, вероятно, прислали манускрипт, когда Снорри…

Распахивается дверь. Словно рассвирепевший полководец, который только что обнаружил предательство, в библиотеку врывается Эстебан в сопровождении двух охранников. Библиотекарь и я вздрагиваем. Незаметно — но, естественно, не так уж и незаметно — я протягиваю коробку с «Историей Барда» Библиотекарю.

— Что-то случилось? — спрашиваю я. — Хассан?

Эстебан что-то выкрикивает по-испански, я не понимаю ни слова. Побледневший Библиотекарь протягивает ему коробку с манускриптом. Эстебан бросает быстрый взгляд на надпись.

— Historia de Bård, — говорит он. — Porqué?[105]

— Perdoneme, señor Rodriquez,[106]— шепчет Библиотекарь.

Эстебан резко поворачивается в мою сторону.

— Интересно? — спрашивает он звенящим голосом.

— Я успел прочитать только несколько строчек, — тихо отвечаю я. — Ты что-то узнал о Хассане?

Охранники хватают Библиотекаря за руки и выводят из библиотеки как простого арестанта.

— Что происходит? — говорю я.

Эстебан смотрит на меня своим ректорским взглядом.

— Я сожалею, если… — начинаю я.

— Пусть Библиотекарь сожалеет!

— Мы…

— Он намного превысил свои полномочия.

— Если ты показал мне текст Асима, я думал…

— Есть большая разница в том, что могу разрешить тебе я и что Библиотекарь.

— Конечно. Я сожалею. Мы не хотели…

— Bueno![107]— прерывает он меня. — Идем!

3

Мы выходим из дворца через боковой выход, идем по широкой каменной лестнице, потом по выложенной плиткой дорожке. Проходим мимо бьющих фонтанов, мраморных статуй, которые устремили свой взор в вечность. Парк напоминает дремучий лес, исчезающий в темноте. Я слышу в листве какой-то шорох, рычащие и пискливые звуки, издаваемые ночными животными, парк напоминает джунгли. Эстебан ведет меня теперь по гравиевой дорожке среди множества цветов. В середине пестрой лужайки стоит подсвеченный скрытыми лампами столб метровой высоты.

Камень с рунической надписью.

Я ощущаю кончиками пальцев знаки, которые минувшие столетия почти стерли. Один знак за другим, я перевожу про себя текст:

Торд высекал эти руны далеко от царства отцов

через бушующие моря и через далекие горы

через леса и через вершины несли святыню

с помощью богов рожденные охранять

как нам это повелел Асим

до солнечного острова

Эспаньола

1503

†

В центре парка, окруженный цветами и четырехметровой кованой решеткой с длинными черными острыми наконечниками, стоит белый мавзолей.

На стенах фризы из красного камня, окон нет. Купол из позеленевшей меди.

Мы останавливаемся у ворот.

— Иди за мной, — говорит Эстебан. Он вынимает из кармана пульт. На темном фоне появляется огромная решетка инфракрасных лучей. — Это для безопасности, — говорит он. — На случай, если кто-то, вопреки ожиданиям, проникнет через внешнюю ограду, мимо ловушек, камер наблюдения, инфракрасных лучей, детекторов и собак.

Он приближает глаз к сканеру, распознающему радужную оболочку входящего, и набирает код. Кованые ворота распахиваются.

Мы останавливаемся внизу гранитной лестницы, которая ведет к площадке перед входом. На фризе фронтона над большой двустворчатой дверью я узнаю три символа: анх, тюр и крест.

Мы поднимаемся по гранитной лестнице к двери. Старинные внушительные замки заменены кодовыми, вставленными в широкие дверные рамы. Эстебан набирает код, выжидает и набирает еще один.

Тяжелые двери беззвучно распахиваются.

Мы входим в вестибюль с мозаичным полом. Стены и крыша покрыты фресками внутри рам, вырезанных из дерева и обвитых декоративными ветками. Двери закрываются за нами. Внутренняя и внешняя двери, судя по всему, не могут открываться одновременно.

За следующей дверью обнаруживается широкая лестница, которая ведет на два этажа вниз, еще к одному вестибюлю. Здесь Эстебан еще раз дает считать сканеру данные со своей радужной оболочки и затем вводит еще один код.

Дверь открывается.

И мы входим.

4

Мои глаза разбегаются от потрясающей красоты мавзолея.

Высокий белый оштукатуренный купол со звездами покоится на четырнадцати мраморных колоннах. За первым рядом выступает второй ряд колонн. Ротонда и купол поразительно гармоничны. Если Священная библиотека и остальная часть дворца Мьерколес украшены с избытком, то мавзолей прост и чист. Непостижимо прекрасный и сияюще белый.

Снаружи гробница не кажется особенно большой. Но внутри она поражает внушительными размерами и изящными пропорциями.

В центре на плитах пола стоит метровой высоты возвышение с широкими ступенями, а на нем золотой саркофаг. В каждом углу по метровому подсвечнику с семью стеариновыми свечами.

С благоговением мы подходим к возвышению и саркофагу. Стук моих костылей кажется святотатством, поэтому я беру их под мышку и дальше иду без них. Мы поднимаемся на пять ступенек подиума.

Крышка саркофага открыта. Она покоится на четырех подставках из черного дерева.

В саркофаге лежит мумия со сложенными на груди тонкими руками.

Фигура замотана в льняную ткань. Форма головы продолговатая, заостренная.

— Это, — говорит Эстебан, — и есть Моисей.

Хотя я и сам это понял, весь воздух из моего тела улетучивается, остается тикающий, лишенный мыслей вакуум. Сердце бьется так сильно, что я начинаю задыхаться. От невероятности и торжественности происходящего глаза наполняются слезами.

— Моисей… — повторяю я с трепетом.

5

В мавзолее открывается внутренняя дверь. Входит Беатрис в сопровождении тех охранников, которые уводили Библиотекаря. Они встают у дверей и смотрят прямо перед собой. Беатрис шагает к нам.