Прилив - Силла Бёрлинд

— Помнишь, когда я спросил тебя, у тебя дома, на кухне, после того как фургон сгорел, почему ты выбрала именно береговое дело? — вдруг начал Том.

Вопрос удивил Оливию.

— Да.

— И ты ответила: потому что твой папа участвовал в расследовании.

— Да.

— Ты больше ни на что не обратила внимание?

— Нет… ну да, через какое-то время. Убийство произошло в тот же день, когда я родилась. Забавное совпадение.

— Это не совпадение.

— Что ты имеешь в виду? Что не совпадение?

Метте налила Оливии еще немного вина. Стилтон посмотрел на нее.

— Знаешь, что произошло, после того как Уве Гардман убежал домой с берега?

— Да, они… или что ты хочешь сказать? Сразу после?

— Как только он ворвался в дом и рассказал о том, что увидел, его родители бросились на берег и вызвали вертолет «Скорой помощи».

— Да, я знаю.

— Его мама была медсестрой. Когда они пришли, убийцы уже скрылись, но родители смогли достать женщину, Аделиту, из песка и воды. Она была без сознания, но сердце ее слабо билось. Мама Уве попыталась сделать ей искусственное дыхание, им удалось недолго поддерживать в ней жизнь, но она умерла через несколько минут после прибытия вертолета.

— Да?

— Однако ребенок все еще жил. Врач «Скорой» сделал срочное кесарево сечение и вытащил его, — сказал Стилтон.

— Что? Ребенок выжил?!

— Да.

— И что, почему вы не рассказали об этом? Что случилось с ребенком?

— Мы решили скрыть тот факт, что ребенок выжил, из соображений безопасности.

— Почему?

— Потому что мы ничего не знали о мотиве убийства. В худшем случае он мог заключаться в нерожденном ребенке, в том, что убить собирались именно его.

— А что вы сделали с ребенком?

Стилтон искал поддержки у Метте, но она смотрела в стол. Ему пришлось продолжать самому:

— Один из следователей взял ребенка на попечение на первое время. Мы думали, что установим личность убитой или отец даст о себе знать, но этого не случилось.

— И что было дальше?

— Следователь, который заботился о ребенке, решил усыновить его, они с женой не могли иметь детей. Мы с социальными службами посчитали это хорошим решением.

— Как звали следователя?

— Арне Рённинг.

Скорее всего, Оливия к тому моменту уже поняла, к чему клонит Стилтон, но ей нужно было это услышать. Непостижимую правду.

— Ребенком должна быть я? — спросила Оливия.

— Да.

— Я должна быть… что? Дочерью Аделиты Риверы и Нильса Вента?

— Да.

Мортен не спускал с Оливии глаз. Метте следила за ее движениями. Аббас немного выдвинул стул.

— Не может быть. — Оливия продолжала говорить сдержанно и тихо, по-прежнему не осознавая услышанное.

— К сожалению, — произнес Стилтон.

— К сожалению?

— Том имеет в виду, что, возможно, было бы лучше, если бы ты узнала об этом по-другому, при иных обстоятельствах. — Мортен пытался удержать Оливию в том состоянии, в котором она находилась.

Девушка посмотрела на Стилтона:

— Получается, ты знал об этом, еще когда мы встретились у того рынка?

— Да.

— Что я была ребенком в животе убитой женщины?

— Да.

— И ни слова не сказал.

— Я много раз пытался, но…

— А мама знает?

— Она не знает всех обстоятельств. Арне решил ей не рассказывать, — ответил Стилтон. — Не знаю, сказал ли он ей перед смертью.

Оливия отодвинула стул, встала и начала оглядывать сидевших. Взгляд остановился на Метте.

— Когда вы об этом узнали?

Тон ее голоса заметно повысился. Мортен почувствовал, что приближается развязка.

— Том рассказал несколько дней назад, — сказала Метте. — Он не знал, как поступить, говорить или нет. Он нуждался в помощи, он очень мучился…

— Он мучился.

— Да.

Оливия посмотрела на Стилтона и покачала головой. Потом она убежала. Аббас был готов и попытался остановить ее, но Оливия вырвалась. Стилтон хотел броситься за ней, но Мортен остановил его:

— Я все улажу.

И побежал за Оливией.

Он догнал ее уже на улице. Она сидела у забора, закрыв лицо руками. Мортен наклонился к ней. Оливия быстро встала и снова побежала. Мортен не отставал и опять догнал ее. В этот раз он взял девушку за руку, повернул к себе и крепко обнял. В его объятиях она в конце концов успокоилась. Слышны были только тихие всхлипывания у него на груди. Мортен осторожно поглаживал ее спину. Если бы она видела его глаза сейчас, то поняла бы, что переживает не одна.

Стилтон встал у окна в одной из комнат. Свет не горел, и, отодвинув занавеску в сторону, Том мог наблюдать за одинокой парой на дороге.

Метте подошла к нему и выглянула в окно.

— Думаешь, мы правильно поступили?

— Не знаю…

Стилтон опустил глаза. Он промотал в голове сотни вариантов с того дня, как она впервые остановила его и представилась Оливией Рённинг. Дочерью Арне. Но ни один из вариантов не казался подходящим. Постепенно он мучился все больше, в то время как становилось все труднее и труднее думать об этом. «Трус, — думал он. — Я был полным трусом. Я боялся. Я находил кучу отговорок, чтобы не говорить ей».

В конце концов он обратился к тем, кому больше всего доверял. Чтобы не проходить через это в одиночку. Или, по крайней мере, рассказать все в окружении людей, которые могли справиться с тем, с чем он справляться не умел. Таких, как Мортен.

— Теперь все сказано, — сказала Метте.

— Да.

— Бедная девочка. Но она, наверное, знала, что была приемной?

— Возможно. Понятия не имею.

Стилтон поднял глаза. «Больше говорить об этом нечего», — подумал Стилтон и посмотрел на Метте.

— Тот разговор в саду… речь шла о клиентах Джеки? — спросил он.

— Да.

— Кого ты нашла?

— Одного полицейского, помимо прочих.

— Руне Форса?

Метте ушла назад на кухню, ничего не ответив. «Если Том встанет на ноги, мы вместе займемся Джеки Берглунд и кругом ее клиентов, — решила она. — В будущем».

Стилтон посмотрел в пол и краем глаза увидел подошедшего Аббаса.

Оба развернулись и выглянули на улицу.