Долина - Бернар Миньер

Но, черт возьми, ему так хотелось быть счастливым, вот сейчас, немедленно, отбросив все остальное! Разве он просил чего-то лишнего? Всего-то несколько дней, несколько недель, несколько месяцев счастья…

С минуту он наблюдал за лабрадором, который весело скакал вокруг хозяина по залитой солнцем площадке. А раньше он бы, скорее, остановился перед какой-нибудь бездомной животиной: перед вороном, отбившимся от стаи, перед брошенной собакой, которая не может отыскать дом, перед кошкой, которую никто, даже дети, не хотят взять, потому что у нее нету лапы… Ему казалось, что он очень хорошо понимает этих одиноких, брошенных зверей. Он и сам был как они… И лучше, чем кто бы то ни было, понимал, каково им приходится. Но теперь с этим покончено.

Теперь у него был Гюстав, была Леа, Марго и маленький внук. У него была семья. Он уже не был брошенной собакой, которую никто не хочет взять…

Но он знал, что ничто не дается даром и жизнь рано или поздно потребует вернуть то, что дала, а потому в счастье верил не особенно. А вот Леа верила.

Теперь можно было верить во что угодно: в то, что земля плоская, что американцы не высаживались на Луну, что существует заговор для сокрытия истины о вакцинах… Верования на любой вкус. Интернет уж постарался на славу, столько чепухового легковерия еще не бывало. И одна чушь сменяет другую.

Но вдруг он осознал, что и сам верует. Верует в Гюстава, в Леа, в любовь… Может быть, это наивно? Иллюзорно?

Возможно.

Но это лучше, чем не верить вообще ни во что.