Грань - Джеффри Дивер

И тут меня пронзила мысль, от которой заныло внизу живота. Я склонился над столом и еще раз прочитал один из абзацев.

Я ведь запомнил ту женщину, что была тогда наводчицей группы, которая с ними расправилась, — Джоанн Кесслер.

О нет! Только не это!

Я схватился за рацию и вызвал Лайла Ахмада.

— Ко мне! — скомандовал я. — Немедленно!

Молодой «двойник» вошел через секунду — лицо по-прежнему бесстрастно, но в глазах настороженность.

— Слушаю вас, сэр!

— Закрой дверь. Где сейчас наши клиенты?

Он притворил дубовую панель и вернулся к моему столу.

— Райан в кабинете в задней части дома. Читает. А вернее — делает вид, потому что на самом деле пьет. Джоанн в спальне. Мари тоже в своей комнате. Возится с компьютером.

— А Барр?

— Патрулирует периметр.

Я понизил голос:

— У нас проблема. Это связано с Барром… Я думаю, его либо перевербовали, либо внедрили к нам.

Ни один мускул на лице моего помощника не дрогнул. Несомненно, мое сообщение встревожило его, но, как и я, он воспринял возникшую ситуацию спокойно. Как я и учил его.

— Вас понял.

Я же счел необходимым объяснить ему ход своих рассуждений.

— Когда я рассказывал вам с Барром о работе Джоанн в проекте «Сикл», то назвал ее должность не совсем благозвучно — «наводчицей опергруппы». Просто потому, что был зол на нее.

— Помню.

— Но так назвал ее только я. Сама она называла себя «ведущей опергруппы». А вот Загаев в своих показаниях тоже сослался на нее как на «наводчицу».

Ахмад понимающе кивнул:

— Откуда ему известен этот термин?

— В том-то и вопрос! Только кто-то из присутствующих здесь мог передать информацию в таком виде.

— Барр.

— И это еще не все, — продолжил я. — Загаеву известно имя Джоанн Кесслер. Конечно, он был связан с той пакистанской парой, которую застрелили, но откуда ему знать, как зовут человека, отдавшего приказ? Уильямс и его люди тщательно хранили это в секрете. Напрашивается мысль, что у Лавинга появился свой человек в министерстве юстиции, который дал ему знать, что Фредди отправляет к нам на явку именно Барра.

— Он добрался до Барра и заставил его работать на себя.

Но мне казался правдоподобнее более печальный вариант.

— Или это не Барр вовсе, а подставная фигура.

— А настоящий Барр мертв. — Увы, это был вполне логичный вывод из сказанного.

— Барр — или, скорее, человек, подменивший его, — связался с Лавингом и сообщил, что мы считаем их мишенью Джоанн, а главным заказчиком Загаева.

«Дознаватель» мгновенно понял, какой у него появился отличный шанс направить нас по ложному следу. Он выследил Загаева и принудил его сыграть роль заказчика. Возможно, надавив на него, угрожая семье. Лавинг посвятил Загаева во все детали операции, не забыв даже про вертолет, к примеру, и приказал ему убедить нас, что Джоанн действительно и есть их цель. Чеченец сделал звонки, которые легко было перехватить, а потом, когда мы взяли его, дал ложное признание.

Развязав руки Лавингу и подлинному заказчику преступления.

— Но если все это так, — заметил молодой офицер, — почему Барр не сделал ничего больше, ограничившись только передачей информации Лавингу? Он мог сообщить ему, где находится конспиративный дом. Он вообще мог перестрелять нас всех в спины, когда мы ни о чем не подозревали.

Ответов на эти вопросы у меня пока не было.

— Не знаю, — сказал я. — Нам необходимо провести расследование. Но с этого момента мы должны исходить из того, что на нашу территорию проник враг. Собери всех подопечных в кабинете и неотлучно оставайся при них. И свяжись с нашими людьми в тюрьме, чтобы передали от меня Картеру: я не смогу сейчас забрать его и Аманду. Их нужно срочно вернуть в безопасную камеру и держать там, пока мы не выясним до конца, что на самом деле происходит.

— Слушаюсь, сэр. — И он направился к двери.

Я же снова посмотрел на распечатку.

«Наводчица опергруппы»…

Я искал способ быстро подтвердить справедливость моих предположений. Как? Чтобы проникнуть к нам на явку, Барр должен был пройти проверку на отпечатки пальцев и опознание личности сканером. Значит, либо он действительно Тони Барр, либо кто-то проник на сервер системы безопасности министерства юстиции — это мог быть сотрудник ФБР или одной из других федеральных правоохранительных организаций. Я подключился к серверу ФБР, ввел необходимые пароли и вывел на дисплей досье Барра. На фото все совпадало — возраст, особые приметы. Там же я увидел отпечатки пальцев — именно по этим образцам провел проверку Джефф. До сих пор все указывало на то, что человек, находившийся с нами на явке, действительно Тони Барр.

Затем я открыл на мониторе новое «окно» и стал просматривать сайты в социальных сетях, вписывая в строку поиска имя Тони Барра вкупе с имевшейся у меня о нем информацией.

Ох уж этот мирок «Гугла»…

Менее трех минут понадобилось мне, чтобы установить — мы имеем дело с подставной фигурой. Подлинный Барр очень отдаленно походил на человека, «охранявшего» нас от нападения извне.

Значит, Барр мертв, а к нам проник один из подельников Лавинга. Оправившись от шока, я пытался понять, какие цели он преследует, находясь здесь, и что намеревается делать дальше Лавинг. Ответов я не находил.

И знал, что не получу их без посторонней помощи.

Чуть поразмыслив, я взялся за сотовый телефон.

— Уильямс слушает, — раздался слегка скрипучий голос.

— Это Корт.

— Знаю. Номер определился. Я слежу за ходом событий. У вас по-прежнему все под контролем?

Он словно спрашивал, какого лешего мне понадобилось сейчас от него.

— Есть вероятность, что все не так уж гладко, как мы надеялись.

Он язвительно хрюкнул в трубку.

Мне пришлось рассказать ему о положении дел.

Уильямс слушал не перебивая, потом спросил:

— Если вы все до сих пор живы, чего же надо этому подставному агенту?

— В том-то и состоит главный вопрос. Мне необходимо это выяснить. Но теперь я не доверяю никому в ФБР. У них завелся «крот», вероятно, имеющий возможность следить и за моей организацией. У вас есть кто-нибудь, на кого я смог бы опереться?

К моему изумлению, он не колебался ни секунды.

— Вообще-то есть.

Уильямс дал мне номер телефона.

— Свяжитесь с этим человеком.

— У нас мало времени, — сказал я. — Он далеко от нашей явки?