Седьмая жертва - Александра Маринина

– Да почему же я должна смеяться?

– Потому что ты уже смеялась, помнишь? Тогда, зимой,когда я вас всех переполошила насчет криков и крови. Вы все надо мной смеялись.Я давно хотела поговорить с Таней об этом, но мне казалось, что я полная дура иделаю из мухи слона. Но раз уж ты заговорила о Котофеиче, то я тоже скажу.

Она набралась храбрости и подробно рассказала обо всем, чтоее тревожило.

О странных отлучках соседа и явном вранье насчет рыбалки иохоты. О постоянно запертых дверях. О том, что он частенько не открывает дверь,хотя находится у себя в квартире. О том, что, бывало, недвусмысленновыпроваживал ее, когда ему кто-то звонил по телефону. О его непонятном, ноназойливом стремлении быть в курсе всего, что связано с расследованием преступленийШутника, о том, как он ловит каждое слово, сказанное Татьяной или Стасовымиэтой связи, и ничего не упускает и не забывает. О том, как часто употребляет онобращение «дорогая». И даже о том, как он дважды солгал, сказав, что видел тутелепередачу, хотя Ира точно помнила, что его в этот момент не было дома.

– Ты уверена, что его не было дома? – строгоспросила Настя. – Ира, я прошу тебя, не спеши с голословнымиутверждениями, это очень важно.

– Я уверена, – нетерпеливо повторилаИрочка, – потому что я тогда так разнервничалась, что мне необходимо былос кем-то поговорить об этом. Стасов на работе, Таня на телевидении, ты тожетам, тебе не позвонить, вот я и кинулась к соседу, хоть какая-то живая душа. Язвонила и в дверь, и по телефону. Не было его дома, это точно.

– Но ведь ты сама сказала, что он иногда сидит дома, адверь не открывает, – возразила Настя.

– Дверь не открывает, но к телефону всегда подходит. Ав тот раз он и к телефону не подходил. И потом, я слышала, как он вернулся. Этовсегда слышно, потому что его собака громко лает от радости, когда хозяинвозвращается. Она его слышит, когда Котофеич еще только в подъезд входит, иначинает лаять. Потом лифт подъезжает, а потом уж дверь хлопает. Настя, тыдумаешь, что Котофеич – это тот убийца? – напрямик спросила она. –Скажи мне честно, ведь ты так думаешь?

Ира сама не знала, какой ответ хотела бы услышать. С однойстороны, ей неприятно было думать, что она опять выглядит сверхподозрительнойидиоткой, готовой в самых невинных поступках видеть проявления преступныхнамерений.

Но, с другой стороны, признавать, что ее милый, такойславный, всегда готовый прийти на помощь сосед Котофеич – жестокий убийца…

Настя отодвинула чашку и устало оперлась лбом о руки.

– Я уже не знаю, что думать, Ириша. Я тыкаюсь в разныхнаправлениях, как слепой котенок, я пытаюсь что-то сделать, но у меня ничего неполучается, а люди гибнут один за другим. И я все время чувствую, что виноватав их смерти, потому что не могу поймать этого Шутника. А поймать я его не могу,потому что не могу его понять. Я бессильна перед его логикой, я не понимаю,чего он хочет. Сегодня с утра я была у психолога, которому показала всематериалы о преступлениях Шутника. Знаешь, что он мне сказал? Что Шутник хочет,чтобы я его поймала. Но как я могу его поймать, если не понимаю смысла егодействий? Мне приходится искать его традиционным способом, искать так, как всеищут убийц, – отрабатывать связи, отслеживать движение информации. И я этоделаю, а сама все время чувствую, что делаю не то. Не то! Не так его надоискать. Впрочем, извини, я тебя гружу своими служебными проблемами, а ты в нихвникать не обязана.

Она посмотрела на часы:

– Половина второго. В три я должна быть в прокуратуре,у следователя.

Твой сосед сейчас дома?

– Не знаю. Можно позвонить ему…

– Давай зайдем к нему в гости. Если его нет, тогда ясразу поеду.

– Но ведь ты подозреваешь, что он убийца, – сужасом произнесла Ира. – Как же ты пойдешь к нему домой?

– А что такого? – Настя улыбнулась и погасиласигарету. – Если он убийца, так к нему уж и в гости зайти нельзя? Онубийца только тогда, когда стреляет в человека, а в остальное время он обычныйсосед. Ты же бывала у него?

– Да…

– Ну вот, и ничего с тобой не случилось. Пошли,попробуем явочным порядком без предварительного звонка. Посмотрим, чтополучится.

Ире стало не по себе. Конечно, она много раз заходила кКотофеичу, но тогда он в ее глазах не был преступником, а это совсем другоедело. Впрочем, почему другое? Может быть, Настя права, если не знать, чточеловек – убийца, то с ним вполне можно общаться как с обычным человеком. Унего же на лбу не написано… И все-таки ей хотелось, чтобы Котофеич сейчас неоткрыл дверь.

Но он был дома.

КАМЕНСКАЯ

Трепетная и обязательная Ирочка решила непременно оставитьна дверях записку для Миши Доценко, если он придет, пока они будут находиться усоседа. Она схватила лист бумаги и принялась писать, а Настя вышла в прихожую ибодро сунула ноги в туфли. Боль оказалась такой резкой, что даже в глазахпотемнело. Отвыкшая от узкой колодки и высокого каблука нога наотрезотказывалась снова втискиваться в модельную обувь. «Сама виновата, –сердито подумала Настя, – забыла старое правило: если с обувью проблемы,нельзя ее снимать, пока не дойдешь до дома. Потому что снимешь, дашь ногеотдохнуть и потом уже не наденешь. Ну и что теперь делать? Понятно что:терпеть».

– Ира, у вас в доме есть пластырь? –страдальческим голосом спросила она, с тоской разглядывая багрово-краснуювспухшую пятку, чудесный цвет которой не могли скрыть даже колготки.

– Конечно.

Ирочка с готовностью полезла в аптечку, но Настя внезапнопередумала:

– Погоди, пока не надо. Ну, ты готова? Написалапослание своему ненаглядному?

– Да, пошли, – обреченно вздохнула Ира и тут жеиспуганно охнула, увидев, что Настя стоит босая, держа туфли в руке.

– Ты что, так и пойдешь?

– Так и пойду.

Прихватив с собой снятый с холодильника магнитный держательв виде аппетитного кусочка сыра, Ирина открыла дверь и позвонила к соседу.

Андрей Тимофеевич открыл им сразу же. Стройный, подтянутый,с красивой сединой и аккуратно подстриженной бородой, он выглядел актером,играющим роли благородных отцов.

– Какие гости! – радушно воскликнул он, увидевИру, но, заметив стоящую за ее спиной Настю, немного притушил улыбку. –Чему обязан? – сдержанно спросил он.

Настя незаметным движением отстранила Ирину и выступилавперед.

– Ради бога извините за беспокойство, у нас совершеннодурацкий вопрос.

Вы не знаете, по какому телефону можно вызвать такси, чтобымашину дали не в течение часа, а побыстрее? – смущенным тоном произнеслаона.

– Двести тридцать восемь – десять – ноль один, –не задумываясь ответил сосед. – Я всегда пользуюсь их услугами, они оченьбыстро дают машину, и вообще фирма надежная, приезжают без опозданий. Это«Московское такси». А что, у вас какие-то проблемы?