Имидж старой девы - Елена Арсеньева

В Париже меня так закрутила жизнь, что не передать. Честноскажу: уход за маленьким ребенком способен отвлечь от всех проблем на свете. Авдобавок я случайно влипла в одну невероятную историю, совершенно криминальную,которая могла бы кончиться для меня очень плохо, а закончилась неожиданнохорошо. Я и так слишком долго задерживаю ваше внимание, а потому не станууглубляться в подробности. Короче говоря, в меня влюбился один человек… в меня,Катерину! Понимаете? Он видел меня в гриме Арины – и она ему жутко непонравилась. Он любит меня. Нужна ему именно я. И я почувствовала, что почтиготова проститься с Ариной. Похоронить ее! И забыть обо всем, что связано сней.

И тут мне внезапно позвонил Малютин и рассказал совершенножуткую историю о том, что произошло с Кириллом на самом деле. И о васрассказал. А еще предупредил, что Кирилл летит в Париж.

И тогда… тогда я поняла, что мы наконец-то стали с Аринойодним существом! Поистине, только она – не я, не Катерина! – могла сыграть сКириллом ту шутку, которую сыграла я. Сама не знаю, зачем я это сделала. Можетбыть, мне хотелось как-то загладить перед ним свою вину. А может, решилаизбавиться от него. Понимаете, мне мало любви Бертрана. В том, что я желаннамужчине, меня должен был уверить еще и Кирилл. Не могу этого объяснить. Мнехотелось завладеть им, получить его, чтобы окончательно стать самой собой! Онбыл для меня как лекарство, как… ну, не знаю! Как исполнение желаний!

И я добилась своего…

Он крепко спал, когда я уходила. А когда проснулся… Моя подруга,которая помогала мне, мастерски разыграла свою роль и окончательно запуталабеднягу. Он уверен, что с ним была Арина, которая просто обвела его вокругпальца и вернулась в Россию. То есть он ее не найдет. А меня – тем более! Ятоже простилась с ним. Завтра я выхожу замуж. Мой муж француз, фамилия у менятеперь будет совсем другая. Не называю ее – просто так, на всякий случай.

И все же мне не хочется, чтобы Кирилл думал обо мне оченьплохо. Поэтому я и прошу рассказать ему все, что вы только что прочли…

А еще скажите Кириллу, что я никогда его не забуду инепременно буду продолжать заниматься в Париже бальными танцами. Но, конечно,таких прекрасных глаз, как у него, не может быть ни у одного учителя танцев!

Прощайте, Александр Васильевич! Желаю Вам счастья.

Катерина – пока еще Дворецкая.

P.S. Кстати, надеюсь, у вас хорошая память? Потому что мойБертран – а он отлично разбирается во всяких компьютерных делах! – научил меняодной хитрости… Эта дискета запрограммирована на самоуничтожение послепрочтения материала. И как только ваш курсор опустится до последней строки,текст исчезнет с экрана.

Всего доброго!»

Бергер какое-то мгновение тупо смотрел на ровненькиестрочки, потом схватился за мышку – чтобы скорей поднять курсор вверх!Сохранить текст на жестком диске – тогда, быть может, он не исчезнет!

Ну и, как часто бывает, поступил совсем наоборот: сдвинулкурсор точно на последнюю строку.

И…

И по экрану пробежала рябь, а потом текст исчез. Как и былообещано Бергеру.

Он ничего не мог сделать – просто тупо смотрел на опустевшийэкран. Этого интуиция ему не пророчила! Ну и ну… Выходит, на нее вообще нельзяполагаться?!

Выходит, нельзя. Так же, как на память, между прочим. Вот кчему она сейчас взяла да и напомнила Бергеру этот давным-давно забытый исовершенно ненужный ему куплет?

Немного подожди —

Потянутся дожди,

Отсюда никуда не улетишь…

Бистро здесь нет пока,

Чай вместо коньяка…

И перестань, не надо про Париж.