Ночь над водой - Кен Фоллетт

Эдди не понял. До этих пор Лютер всегда твердил ему, что он главный. Теперь же выходит что он мало что решает и привезти Кэрол-Энн на место вынужденной посадки, увы, не в его власти.

— Это что, твой хозяин? — поддел Лютера Эдди.

— Я хозяин, — занервничал Лютер, — но у меня есть компаньоны.

— И, очевидно, компаньонам не нравится идея привезти пленницу. — Эдди выругался. Как себя сейчас вести? Можно ли от них чего-либо добиться? Он сомневался. Они могут подвести Кэрол-Энн к трубке, выкрутить ей пальцы, она будет орать, плакать, и это его добьет. — Передай им, пусть катятся, ублюдки. — Он специально говорил громко, чтобы на том конце провода его услышали.

Лютер внезапно испугался:

— С ними… нельзя так разговаривать. — Его губы аж затряслись.

Эдди стало интересно, с чего бы это вдруг старина Том так труханул. Может, он чего-то не понимает в ситуации? Если Лютер им свой, то почему так нервничает? Но времени разгадывать шарады не было. Оставалось следовать одной линии.

— Я хочу знать только, да или нет. Со свинячьими мордами разговаривать не намерен.

— Боже! — Лютер опять взял трубку. — Он не подходит. Я говорил, что с ним трудно. — Пауза. — Да, хорошая идея, я ему скажу. — Он повернулся к Эдди, протянул ему трубку. — Твоя жена на проводе.

Итак, он был прав. Что делать? Он хотел уже взять трубку, но в последний момент отдернул руку. Если сейчас она ему что-то скажет, все пропало, он сломается. Но так хочется услышать ее голос. Эдди собрал в комок весь остаток энергии, глубоко засунул руки в карманы, презрительно отвернулся.

Лютер смотрел на него какое-то время, совершенно пораженный, потом взял трубку.

— Нет, не хочет говорить. Он… а ну, отойди от телефона, сука, я хочу разго…

Докончить он не успел. Резким движением Эдди схватил его за горло. Телефон с шумом упал на пол. Эдди сильно надавил ему на кадык. Лютер задыхался.

— Прекрати! Отпусти меня… — Его голос становился все слабее.

Эдди понял, что еще секунда — и он совершит убийство. Он чуть ослабил давление, однако руку не убрал. Он придвинул лицо вплотную к лицу бандита, почти в упор.

— Слушай меня, сволочь! Зови мою жену миссис Дикен.

— О'кей, хорошо. — Лютер немного воодушевился. — Только отпусти, ради бога.

Эдди убрал руку.

Лютер потер ушибленное место, засопел, затем быстро поднял телефон:

— Винчини? Он меня чуть не придушил, потому что я назвал его жену… в общем, грубо. Ты понял теперь, в каких условиях мне приходится работать? Он способен на все. — Опять пауза. — Да нет же, я могу ему врезать на полную катушку, но вдруг увидят, что мы деремся. Можно же погубить дело. — Полминуты Лютер молчал. — Хорошо, я ему скажу. Пойми, это правильное решение, я уверен. Не вешай трубку. — Он повернулся к Эдди. — Они согласны. Женщина будет на катере.

Эдди постарался, чтобы ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Они только хотят, чтобы ты уяснил для себя: один неверный шаг и ее пристрелят.

Эдди выхватил у него трубку.

— Послушай, Винчини. Первое: я должен увидеть ее на палубе вашего катера, прежде чем открою люк. Второе: она должна подняться на борт вместе с вами. И, наконец, третье: мне плевать на твои угрозы, но поимей в виду, если хоть один волос упадет с ее головы, считай, что ты покойник. — Прежде чем ему успели ответить, Эдди нажал на рычаг.

Лютер выглядел очень обеспокоенным.

— Зачем ты это сделал? — Он взял трубку, стал дуть в нее: — Алло? Алло? — Потряс в руке, затем опустил. — Слишком поздно. — Он посмотрел на Эдди одновременно с гневом и страхом. — Ну ты, парень, даешь. Знал бы, с кем шутишь.

— Ладно, кончай болтать. Лучше заплати за звонок.

Лютер достал из кармана деньги.

— Знаешь, я только хотел сказать. То, что ты бесишься, делу никак не поможет, а только все осложнит. Я выполнил твою просьбу. Теперь нам надо работать дружно, чтобы довести операцию до конца. Поэтому давай постараемся, а? Обоим будет лучше. Мы ведь теперь вроде как партнеры.

— Пошел в жопу. — Эдди встал и вышел.

Он жутко сердился, шлепая по грязи обратно. Особенно возмущала фраза Лютера о том, что они партнеры. Что ж, в этом есть доля правды. Эдди сделал все, что мог, чтобы защитить Кэрол-Энн, но согласился помочь освободить насильника и убийцу. Конечно, в глазах окружающих он будет в какой-то мере реабилитирован, когда выяснится, что он и сам жертва, однако перед своей совестью ответ держать куда труднее. Он знал, что после этого никогда уже не сможет ходить с поднятой головой.

Спускаясь с холма, он взглянул на воду. Клипер, как великан, величественно возвышался на поверхности. «Моя карьера кончена, — с волнением подумал он. — Больше никогда не летать на красавце — „боинге“.» Сама мысль казалась страшной, как приговор.

На якоре стояли два сухогруза, несколько рыбацких лодок. К своему удивлению, Эдди заметил у причала сторожевой катер ВМС США. Странно, что он здесь делает, в Ньюфаундленде. Связано ли это как-то с начавшейся в Европе войной? Он вспомнил свои годы в военно-морских силах. Золотое время, кажется, жизнь тогда была гораздо проще. Может, когда ты в беде, прошлое всегда выглядит привлекательнее?

Он вошел в здание компании. Там, в вестибюле, окрашенном в зеленое с белым, сидел мужчина в военной форме с погонами лейтенанта, очевидно, с военного катера. Эдди вошел, лейтенант повернулся к нему лицом. Это был большой, довольно неуклюжий мужчина с маленькими, близко посаженными глазками и родинкой на носу. Эдди смотрел на него и не верил своим глазам.

— Стив, ты? Не может быть!

— Привет, Эдди.

— Черт побери, какими судьбами? — Это был Стив Эплби, которому он безуспешно пытался дозвониться из Англии. Его старый и преданный друг, лучшего в трудную минуту просто не найти.

Стив подошел вразвалку, друзья обнялись, похлопали друг друга по спине.

— А я-то думал, ты в Нью-Гэмпшире. Какого черта здесь делаешь?

— Я звонил тебе.

— Нелла передавала. Сказала, ты ее напугал. Как-то странно разговаривал. Я как услышал, сначала не поверил. Ты ведь всегда был самым веселым в нашей компании, никогда не унывал, чисто кремень. Но потом понял, что у тебя неприятности и причина, должно быть, достаточно веская.

— Да уж, не говори… — Эдди осекся. От волнения перехватило дыхание. Все то, что он последние двадцать четыре часа пытался скрывать и прятал как можно дальше от окружающих, сейчас выплескивалось наружу. Он понял, что друг примчался на помощь, проделал долгий путь специально, чтобы быть рядом. Это тронуло его до глубины души. — Такие неприятности… — Он не мог говорить, душили слезы. Эдди молча повернулся и вышел.

Стив последовал за ним. Они обогнули здание, нашли укромное местечко — полупустой сарай, где прятали от непогоды рыбацкие лодки.