Королевство - Ю Несбе

В одиннадцать часов утра к дому подъехал Курт Ольсен.

За ним – еще две машины. С номерами Осло.

– А на повороте скользко, – сказал Курт Ольсен, затаптывая дымящийся окурок, когда я открыл входную дверь. – Каток заливаете, что ли?

– Нет, ответил я. Мы там посыпаем, хоть, вообще-то, это работа муниципалитета.

– Сейчас мы дискуссий по этому поводу устраивать не будем, – сказал Курт Ольсен. – Это Вера Мартинсен и Ярле Сулесунд из Криминальной полиции.

За ним стояла женщина в черных брюках и короткой куртке из такой же ткани и мужчина, на вид пакистанец или индус.

– У нас есть вопросы, давайте пройдем внутрь.

– Не могли бы мы задать несколько вопросов, – перебила его та женщина, Мартинсен. – Если можно. Если вы позволите нам войти.

Она посмотрела на Курта. Затем на меня. Улыбнулась. Короткие, заплетенные в косу светлые волосы, широкое лицо и плечи. Готов поспорить, гандбол или лыжи. Не потому, что по людям видно, каким видом спорта они занимаются, а потому, что это главные женские виды спорта, и шансов угадать у вас будет больше, если вы обратите внимание на реальные цифры, а не на собственную переоцененную интуицию. Такие не имеющие отношения к делу поверхностные мысли пришли мне тогда в голову.

И, посмотрев на Мартинсен, я понял, что надо собраться с силами, если я, как говорится, не хочу стать чьим-то завтраком. Ну да ладно, мы тоже подготовились. Мы пошли на кухню, где уже сидели Карл с Шеннон.

– Мы хотели бы со всеми побеседовать, – сказала Мартинсен. – Но по очереди.

– Можете пока в нашей детской посидеть, – спокойно сказал я, и, судя по Карлу, он понял, чего я хочу.

Они услышат вопросы и ответы, и наши версии полностью совпадут, как во время репетиции гипотетического допроса.

– Кофе? – спросил я, когда Карл с Шеннон вышли.

– Нет, – ответили Мартинсен и Сулесунд – одновременно с ними Курт произнес «да».

Я налил кофе Курту.

– Криминальная полиция помогает мне расследовать убийство Виллумсена, – сказал Курт, и я заметил, как Мартинсен, закатив глаза, бросила взгляд на Сулесунда. – Понимаешь, вряд ли это самоубийство – это убийство.

Произнося слово «убийство», Ольсен понизил голос до глубокого баса – и слово как бы повисло в воздухе и стало чем-то реальным, – посмотрел на меня, как будто ждал какой-то реакции, а затем продолжил:

– Убийство, замаскированное под самоубийство. Старый добрый трюк.

Думаю, это предложение я читал в статье из журнала «Настоящее преступление».

– Но убийца нас не обманул. Виллумсен действительно держал орудие убийства, но на руке у него следов пороха нет.

– Следов пороха, – повторил я, как бы смакуя слово.

Сулесунд кашлянул:

– На самом деле не только… Крошечные частицы бария, свинца и других химикатов, которые идут от боеприпасов и оружия и цепляются за все, что находится в радиусе полуметра от того места, откуда произвели выстрел. Они садятся на кожу и одежду, и избавиться от них очень сложно. К счастью, – он хохотнул и поправил очки в стальной оправе, – невидимые, но у нас, к счастью, есть инструменты.

– Тем не менее, – вмешался Курт, – на Виллумсене мы ничего не нашли. Понятно?

– Понятно, – ответил я.

– Кроме того, оказалось, что ведущая в подвал дверь была открыта, а Рита абсолютно уверена, что ее запирали. Предполагаем, ее взломали. А еще убийца, пока шел, забрасывал снегом свои следы в саду. Лопату мы нашли совсем рядом в мусорном контейнере – Рита ее опознала.