Круг Матарезе - Роберт Ладлэм

- Старый приятель.

- Не такой уж, как я полагаю, и старый. У меня нет жены, и все мои старые и новые знакомые и друзья знают об этом.

Брэй оторопел, но через секунду заговорил очень настойчиво:

- Быстро давайте мне "чистый" номер или любой, где установлен шифратор. Быстро!

- Кто вы?

- Две тысячи фунтов!

Роджеру понадобилась секунда, чтобы понять, о чем идет речь. Он назвал номер, повторил его и добавил:

- Магазин. Двадцатипятиэтажное здание.

Раздался щелчок, и линия отключилась. Брэй знал, что означает "двадцатипятиэтажное здание". Он должен был позвонить дважды с перерывом в минуту и занимать номер не дольше двенадцати минут.

Он вышел из будки и огляделся, ища поблизости другую. Та, из которой он только что звонил, будет поставлена под наблюдение в течение нескольких минут. На Оксфорд-стрит он повернул направо и помчался до Вардоур-стрит. Там зашагал медленнее, еще раз повернул направо и смешался с толпой.

Прошло девять с половиной минут. На углу Шафтсбери-авеню показалась телефонная будка. Молодой человек в костюме цвета электрик, усиленно жестикулируя, что-то кричал в телефонную трубку.

Скофилд взглянул на часы - одиннадцать минут.

Он не успевал. Тогда, достав купюру в пять фунтов, он приложил ее к стеклу кабины. Человек обернулся и жестом показал нечто неприличное.

Брэй открыл дверь, схватил человека за плечо цвета электрик и сдавил так, что тот завыл. Затем Брэй вытащил наглеца из кабины, въехал ему ногой ниже пояса и швырнул в него пять фунтов. Бумажка спланировала бедняге на макушку. Он схватил ее и дал деру.

Одиннадцать минут тридцать секунд.

Скофилд несколько раз вздохнул поглубже, стараясь успокоиться. Двенадцать минут. Он набрал номер.

- Не ходите домой, - выпалил Брэй, как только Сеймондс снял трубку.

- А вам не следует оставаться в Лондоне! - услышал он в ответ. - Гросвенор-сквер поставила всех на ноги в поисках вас.

- Вы знаете об этом? Вашингтон призвал вас?

- Едва ли они сделают это. На ваш счет не было сказано ни единого слова. Вы подлежите выводу из игры и не можете быть предметом разговора. Мы проверили это несколько недель назад, когда получили первые сведения.

- Откуда?

- Наш информатор в Союзе. Внутри КГБ. Они ведь тоже охотятся за вами. Впрочем, они всегда этим занимались.

- А что сказал Вашингтон в ответ на ваш запрос?

- Там валяли дурака. Вроде не имеют понятия о вашем местонахождении. Им очень не хочется клеить официальную марку на конверт с чепухой. Вы в чем-то провинились? Тут много говорят разного...

- Как вы узнали, что объявлена облава?

- Да бросьте! Мы же работаем. У нас есть кое-кто на Гросвенор-сквер, вполне преданные нам люди...

Брэй был потрясен.

- Роджер, почему вы все это говорите мне? Я не могу поверить, что вас вынуждает сделать это сумма в две тысячи фунтов.

- Эта невостребованная сумма поджидает вас в банке Челси с того самого дня, накануне которого вы выкупили меня.

- Тогда почему же все-таки?

Сеймондс прочистил горло - истинный англичанин, скрывающий подступившие эмоции.

- Я не знаю и не уверен, что хочу знать, что вы там натворили и с кем поссорились. И я понятия не имею, надо ли мне знать, насколько ваши убеждения безупречны, но я с ума сошел, услыхав от нашего информатора номер один в Вашингтоне, что они подписываются под советской уткой. Как я сказал, это не просто чепуха. Это звучит очень обидно.

- Вы о чем? Какая утка? Ложная информация? Насадка? Наживка?

- Утка о том, что вы объединились с Серпентом.

- Серпент?

- Да, так мы называем Василия Талейникова. Это имя, я уверен, вы помните. Я повторяю: не знаю, в чем ваши проблемы, но точно знаю, что это ложь, махровая ложь. Я понял это, как только услышал. Кое-кто из нас помнит Восточный Берлин. И я был здесь, когда вы вернулись из Праги. - Сеймондс снова прочистил горло. - Как они смеют, подонки?! После всего, что было...

Скофилд тяжело вздохнул:

- Сеймондс, не ходите домой.

- Да, вы уже сказали об этом. Вы сказали, что кто-то по моему домашнему телефону представился моей супругой?

- Возможно, что не в вашем доме, а где-то поблизости, откуда они подсоединяются к вашему телефону. Подключение чистое, ни гула, ни фона. Наверное, аппаратура хорошая...

- Мой телефон прослушивается? Они следят за мной здесь, в Лондоне?

- Скорее всего, они просто прикрывают вас, а охотятся за мной. Они знают, что когда-то мы были друзьями, и надеются, что я попытаюсь связаться с вами.

- Черт возьми, эти посольские получат болт. Мы почистим золотые перышки их долбаного орденка. Они зашли слишком далеко.

- Это не американцы...

- Не... Брэй, о чем вы говорите, ради всех святых?..

- Это как раз то, почему я звоню. Нам необходимо поговорить, но условия для этого очень неподходящие. Придется прокладывать очень сложный маршрут к месту встречи. Две сети агентурных служб охотятся за мной, и по крайней мере одна из них держит и вас под лупой. Эти люди далеко не дураки.

- Ну, это мы еще посмотрим! - Сеймондс хмыкнул. Он был и взбешен и раззадорен. - Где вы находитесь?

- Район Сохо, на углу Вардоур и Шафтсбери.

- Хорошо. Отправляйтесь сейчас к Тоттенхэм-Корт-роуд. Через двадцать минут серая малолитражка подъедет за вами с Оксфорд-стрит. Водитель будет черный - парень из Западной Индии. Он связной. Садитесь к нему в машину и можете ни о чем не беспокоиться. Там стоит самый мощный двигатель последней модели.

- Спасибо, Роджер.

- Да не за что. Но не ждите, что я примчусь с двумя тысячами в кармане. Банки уже закрыты, вы же знаете.

* * *

Скофилд уселся на переднее сиденье малолитражки. Водитель пристально посмотрел на него, видимо вспоминая фотографию. Брэй сдвинул шляпу на затылок.

- Благодарю вас, - сказал водитель. Его рука медленно покинула карман пальто и легла на руль. Двигатель взревел, они понеслись по Тоттенхэм-Корт-роуд.

- Меня зовут Исраэль, по-другому Израиль, а вы - Брэндон Скофилд, как я понимаю.

- Исраэль? - с удивлением переспросил Брэй. - Значит, "Божий герой"?

- Именно так, сэр. - Водитель улыбнулся. - Я не думаю, что мои родители сочувствовали гонимой нации, когда давали мне это имя. Но то, что они читали Библию, это точно. Исраэль Ислес.