Отведи удар - Эрл Стенли Гарднер

— Почти сразу.

— Мне нужны деньги, — заявила она. Я промолчал.

— Информация, за которой я ездила, была оченьконфиденциального характера.

— Вы частный детектив? — спросил я.

— Нет.

— А чем вы занимаетесь?

— Я работаю в ночном клубе.

— В каком?

— «Голубая пещера».

— Вы певица? — спросил я.

— Я выступаю с небольшими сценками.

— Объясните мне еще кое-что. Муж и жена не живут вместе?

— Нет.

— Когда они разъехались?

— Очень давно.

— Вы можете назвать имя свидетеля, который мог бы все этоподтвердить?

— Какое отношение это имеет к моему чемодану?

— Я думаю, вы выполнили свою задачу в Оуквью и добылиинформацию для мужа?

— Да.

— Вот что. Если вы хотите, чтобы вам быстро выплатиликомпенсацию, дайте мне его имя и адрес. Я получу подтверждение и приложу ксвоему докладу. Это наверняка удовлетворит компанию.

— Но я не могу этого сделать.

— В таком случае мы не сдвинемся с мертвой точки.

— Послушайте, — сказала она. — Это был мой собственныйчемодан и моя собственная одежда. Жалоба тоже моя. Никто ничего не должен знатьоб этом. То есть человек, который меня послал, ничего не должен знать о жалобе.

— Почему?

— Да потому что он вычтет эти деньги из моего жало… из моейкомпенсации.

— Понимаю, — сказал я, закрыл и спрятал блокнот и завинтилавторучку. — Я подумаю, что можно для вас сделать, — неуверенно сказал я. — Нобоюсь, что босс потребует дополнительной информации. У нас здесь полнопробелов.

— Если вы принесете мне чек, с меня причитается бутылкаскотча.

— Нет, спасибо, на такое я не могу пойти.

Я встал и раздавил сигарету в ее пепельнице. Она немногоподвинулась и сказала:

— Садитесь сюда. Вы симпатичный парень.

— Не возражаю, — ответил я. Она усмехнулась.

— Как тебя зовут?

— Лэм.

— Это фамилия. А имя?

— Дональд.

— О’кей, Дональд Лэм. Давай будем друзьями. Я не хочувоевать с твоей проклятой компанией, но мне нужны бабки. Как ты насчет того,чтобы мне помочь?

— Сделаю, что смогу.

— Вот и славно, — сказала она. — Как насчет завтрака? Ты елчто-нибудь?

— Очень давно, — ответил я.

— Если ты голоден, я могу сделать тебе кофе и поджаритьтосты.

— Нет, спасибо, у меня еще много работы.

— Слушай, Дональд, сделай для меня эту компенсацию, ладно?Кто тебе набил такой фонарь?

— Меня отлупил один парень.

— Ты можешь так написать отчет, чтобы этот старый придиранаконец успокоился?

— Ты говоришь о начальнике отдела жалоб?

— Да.

— А ты его когда-нибудь видела? — спросил я.

— Нет.

— Ему около тридцати пяти лет, у него темные глаза и длинныеволнистые черные волосы. Ни одна женщина перед ним не может устоять.

В ее глазах появился интерес.

— Я принаряжусь и пойду к нему поговорить. Надеюсь, онсможет быстренько все решить.

— Это хорошая мысль, — сказал я. — Только не ходи, пока я неотчитаюсь. Может быть, больше ничего и не понадобится. А если его что-нибудь неустроит, я расскажу тебе, в чем загвоздка, и тогда можешь идти выбивать своиденьги.

— Отлично, Дональд. Спасибо.

Мы пожали друг другу руки, и я вышел.

На углу была бакалейная лавка, и я позвонил оттуда БертеКул. Элси Бранд, не говоря ни слова, соединила меня с Бертой.

— Это Дональд, — начал я.

— Где ты был? — спросила Берта.

— Работал. Похоже, я нащупал след.

— Что-нибудь новое?

— Эта девушка, Эвелин Харрис, работает в ночном клубе.Линтиг посылал ее навести справки о жене.

— Дональд, — сказала она. — Что это за дурацкая привычкаотправлять телеграммы наложенным платежом?

— Никогда так не отправлял. Я всегда плачу на почте.

— Ну а сегодня пришла одна с доплатой в пятьдесят центов.

— От кого она?

— Откуда я знаю? Я ее отправила обратно. Она адресована неагентству, а лично тебе. Хватит уже считать, что я — Санта-Клаус.

— Когда ее принесли? — спросил я.

— Двадцать минут назад.

— Из какого отделения?

— Центральное отделение «Вестерн юнион».

— Ладно. — Я повесил трубку.

В Центральном отделении за пять минут нашли телеграмму. Язаплатил пятьдесят центов. Телеграмма оказалась из Оуквью:

«Лицо, о котором вы расспрашивали, живет в гостинице подсвоим именем. Мне за это что-нибудь полагается? Мариан».

Я достал из кармана конверт и написал прямо на телеграмме:

«Берта, это она. Я буду в Оуквью в гостинице „Палас“. Лучшесообщите нашему клиенту».

У меня всегда были с собой конверты с марками экспресс-почтыи написанным адресом. Я запечатал телеграмму в конверт, бросил его в почтовыйящик, сел в свою колымагу и двинулся на север. По дороге я размышлял о том, чтоБерте Кул пора бы купить новую машину или хотя бы брать работу поближе кагентству. И еще я думал, какого черта миссис Джеймс К. Линтиг, которая исчезлана двадцать лет и которую искало полстраны, решила вдруг вернуться в Оуквью изарегистрироваться в гостинице «Палас» под своим настоящим именем. Я ломалголову, не связано ли как-то ее появление с моим объявлением в газете. Еслитак, то миссис Линтиг живет где-то неподалеку от Оуквью. Отсюда можно былосделать много интересных выводов…