Грех с ароматом полыни - Галина Владимировна Романова

Вера с кряхтением выбралась с пассажирского сиденья Юриной машины. Как хорошо, что он догадался оставить ее на стоянке в аэропорту. Не пришлось ловить такси.

Не переставая кряхтеть, пошла к багажнику.

Юрик ее опередил, уже открыл багажник, достал ее вещи, поставив чемодан и маленькую сумку, как всегда, на пыльный асфальт. Вера поморщилась, но упрекать не стала. Сил не было. Перелет был тяжелым, затяжным и некомфортным. И всю дорогу от аэропорта до дома она мечтала о ванне, теплом мягком халате, горячем чае и мягкой постели. Она даже есть не хотела, так устала. Точнее, выдохлась. До склок ли теперь у распахнутого багажника машины? Еще будет время, еще будет…

– Проводить? – Юрик взялся за ручки ее сумки.

– Нет. Сама. Давай, пока.

Вера кивнула ему, схватила сумку в одну руку, ручку чемодана в другую и покатила его, не обернувшись.

У лифта никого не было. И она с комфортом доехала до своего этажа. Звонить не стала. Денис должен быть в школе, вторник же. Порылась в маленькой поясной сумочке, нашла ключи, открыла дверь. Переступала порог вместе со своим багажом и, конечно же, застряла в двери. Разозлилась на себя – неуклюжую. Выругалась и запустила по прихожей сумку. Чемодан покатился следом. Далеко не уехал. Ткнулся колесиками в тапки Дениса и замер.

Вера захлопнула дверь, стащила с головы бейсболку, взъерошила волосы. Протяжно зевнув, принялась разуваться. И только выпрямившись, вдруг поняла, что что-то не так. Что? Пока было непонятно – бояться ей или злиться?

Тапки Дениса – почему они разбросаны? Он никогда так их не ставил. Всегда возле стены. А тут посреди прихожей, словно на бегу их скидывал.

Может, не он в них был? И Денис все же приводил в ее отсутствие девок? А ведь обещал, засранец.

Вера сжала губы, двинула ногой тапки племянника к стене и пошла по квартире.

Ну, нет же! Все в порядке. Никаких следов гульбы.

В квартире чисто. Кровать в его комнате заправлена. Посуда в кухне помыта, пол подметен. В ее комнате все, как было, так и есть. Носовой платок она по рассеянности оставила на туалетном столике. Там он и лежал.

Все в порядке! Тогда что так внутри ноет?! Как будто она что-то пропустила. Что-то не заметила.

Вера достала мобильник и набрала племянника. Абонент вне зоны. Тревожиться было рано. На уроках он всегда отключал телефон. Учителям это в нем нравилось. А Денису, Вера знала точно, всегда нравилось им нравиться.

Тревожиться было рано, но внутри уже все занималось диким холодом. Она набрала Юру.

– Ты далеко уехал, Юрик? – спросила она, когда он ответил.

– Нет. Не далеко, – произнес он с зевком и неожиданно признался: – Я все еще под твоими окнами. Стекла протирал, зеркала. А что такое?

– Поднимись. Есть дело, – скомандовала Вера и пошла ему открывать.

Она заставила его обойти всю квартиру раза три. Заставила смотреть, внимательно смотреть.

– Что ты видишь, Юра? – пристала она после того, как он развел руками и признался, что не замечает странностей.

– Только тапки, Верочка. Больше вроде ничего.

– Юра! – прикрикнула она. – Не будь тупым! Будь внимательным, ты же это можешь. Смотри еще раз! Что-то не то. Я чувствую, что что-то не то! Но никак не могу найти. Смотри!

Юра вздохнул и пошел снова по квартире. Он тоже устал. И мечтал о горячем душе, тарелке супа и мягкой подушке. Но ослушаться Веру не мог. Не привык. Заглядывал везде. Даже заставил Веру встать с дивана и заглянул под подушки.

– Ну! – подняла она на его тяжелый взгляд. – Нашел что-нибудь?!

Спросила и тут же подумала, что, если Юра не найдет ничего подозрительного, не найдет никто. С его наблюдательностью и феноменальной памятью, ему бы в разведке служить, а он стал вором. От дел, правда, давно отошел. Но посидел в свое время достаточно.

– Учебники, – произнес Юра, почесывая макушку.

– Что учебники?

Вера непонимающе моргала, в голове мгновенно стало пусто и гулко. Слова старого друга зазвучали странным эхом, перекатываясь из уха в ухо.

– Они на месте. А сегодня вторник. Он должен быть в школе.

– Да, должен. А где он, по-твоему? – рассердилась она даже.

– Где угодно, но не в школе, – пожал Юрик плечами. – Учебники на месте. Я сверился с его расписанием. И одежда, в которой он обычно в школу ходит, висит в шкафу. И еда…

– Что еда?! – Она громко всхлипнула.

Юра был прав. Книги действительно лежали на его столе стопкой. На самом краю. И все лежали. Она их видела. Значит, Денис не в школе. Тогда где этот паразит?! Где он?!

– Что еда, Юрик? – прохрипела Вера и откинулась на спинку дивана с зажмуренными глазами.

– Еда в холодильнике не тронута, минимум, неделю.

– Неделю?! – ахнула она, широко распахивая глаза. – То есть сколько нас не было, столько он и холодильник не открывал?

– Выходит так, Вера. – Юрик присел к ней на диван, нашарил ее ладонь, легонько сжал. – Вер, ты не сильно переживай. Загулял пацан. Объявится. Ему семнадцать, Вера. Себя помнишь в этом возрасте?

Она покосилась на него и промолчала.

Вспоминать себя в семнадцать лет ей очень не хотелось. Шальными они были, шальными и неправильными. Выпивала, курила, гуляла с парнями. Догулялась до беременности, сделала аборт. И подписала себе приговор – бесплодие. Потом ударилась в бизнес. Мало спала, много работала, подставляла конкурентов, были даже попытки устранения. Вовремя одумалась, не взяла греха на душу. Их и так, грехов этих, было – не отмыться.

Так что вспоминать себя в семнадцать лет ей было тошно. И еще гаже было думать, что Денис мог что-то подобное вытворить.

Денис! Ее мальчик! Умник, красавчик, хитрец…

Она за него жизнь отдаст, не раздумывая. Она сделает все, чтобы вытащить его из дерьма, если он туда ухитрился вляпаться в ее отсутствие.