Ее маленькая тайна - Татьяна Полякова

— А карты?

— А карты для порядка. Как же без карт?

— Значит, туфта, говоришь? — пригорюнился ВладимирПавлович.

— Ага. Только ты уж, будь добр, об этом помалкивай. Уменя хороший бизнес, и налоги я плачу исправно.

Кума усмехнулся, но уходить не спешил, посматривал посторонам и томился. Мне тоже спешить было некуда, потому что сидела я всобственном кресле, а дел у меня вовсе никаких, и ожидала, решится онпроизнести то, о чем думал, или так и уйдет, ничего не поведав.

— Жаль, — вдруг сказал он. — Очень бы мнетакой человечек пригодился, особенно сейчас. Раскинул бы картишки и сказал,чего ждать следует. — Кума засмеялся, но говорил в общем-то серьезно.

— Чего не могу, того не могу, — огорчиласья. — А врать тебе — никакого желания. Не такой ты человек, чтоб тебе лапшуна уши навешивать. — Я сделала паузу и предложила, поняв, что уходить онпо-прежнему не спешит:

— Хочешь выпить? Водки у меня, правда, нет, но немногоконьяка найдется.

— Давай коньяк. Водку я, кстати, не жалую.

«А нам об этом очень хорошо известно», — съязвила я,правда, мысленно. Сходила в кухню и вернулась с подносом: графинчик сконьячком, бутерброды с икоркой, лимон дольками и колбаса колечками (Док хотелее выбросить, а вот смотри-ка, пригодилась). Мы выпили и заели икоркой. Кумапродолжал меня разглядывать, мысли у него при этом были любопытные, носовершенно для меня неопасные, и я расслабилась. После второй рюмки он спросил:

— Ты сама откуда?

— Издалека, — ответила я, а он опять спросил:

— А какими судьбами к нам попала?

— На машине приехала. Город мне ваш по душе пришелся,потому как никто меня здесь не знал.

— Баба ты крученая, и видок у тебя соответствует,думаю, кое-чего в жизни ты повидала, — кивнул он, а я усмехнулась:

— Физиономия моя не нравится?

— Физиономия у тебя ничего, а вот взгляд дурной. У меняесть один с таким взглядом, лет десять я его знаю, а спиной поворачиваться кнему ни в жизнь бы не стал.

— Я вообще-то тихая, — загнусила я, — инеприятностей не ищу. Живу себе спокойненько и другим не мешаю.

— Ага, — согласился он и взглянул исподлобья.

— Все-таки рожа моя тебе не нравится, — хохотнулая, а он пожал плечами.

— Говорю, нормальная у тебя рожа… — Тут и онзасмеялся. — Не обижайся. Конечно, шрамы бабу не красят. Кто ж тебя так?

— Самосвал, — с легкой придурью во взглядеответила я. — Поехала в Москву на рынок, еду, никому не мешаю, и вдругэтот алкаш навстречу. «Поцеловались» мы с ним, парнишка коньки отбросил, а мнеукрашения оставил, чтоб дольше о нем помнила.

— Не повезло, — хмыкнул Кума, отставил рюмку иподнялся. — Что ж, спасибо за угощение.

— Заходи, если будет желание. Хорошему человеку всегдарада.

— А Док твой, он кто, правда доктор или тожетуфта? — неожиданно спросил Кума уже возле двери.

— Док — врач, психов лечил, надоели они ему, сам чутьне спятил, вот и подался со мной.

— Занятно… Пошли, Серега, — окликнул Кумаохранника и сказал мне со смешком:

— А про самосвал ты врешь. Не водила тебе завещал себяпомнить, а вот кто? Ты часом не на любовное свидание в наш город явилась?

— С любовью у меня туго, — забеспокоиласья. — Большие проблемы по женской линии. И, Богом тебе клянусь,беспокойства от меня никому не будет. Клиенты довольны, с властями дружу, а васочень уважаю.

— Хорошо, если так, — серьезно проронил Кума инаконец отбыл. А я задумалась.

От глубоких размышлений меня отвлек Док, возникший вкомнате.

— Чего он хотел?

— Супероружие, — развела я руками. — Знать оконкурентах все и каждый их шаг наперед угадывать. Согласись, в этом что-тоесть.

— Ты ему сказала? — ахнул Док, впрочем, сам в этоне веря.

— Нет, разумеется. Я покаялась: фокусничаю, народ дурю.Он расстроился.

— И что теперь?

— Да ничего.

— Ужинать будешь? — поскучав немного у порога,поинтересовался он.

— Нет. Поздно уже.

Док исчез за дверью, а я подошла к окну и уставилась втемноту. Неожиданный визит Кумы навел меня на интересные мысли. Я перекидывалаих и так, и эдак, они нравились мне все больше и больше. Что, черт возьми, яделаю в этом городе? Жду знака? А может, визит Кумы и есть тот самый знак, ведьнаверняка не скажешь. Надо бы как-то поделикатнее поторопить Господа. Сколькоже можно сидеть здесь без дела? Скучно. Доку, и тому скучно, а про меня иговорить нечего. Копайся в мыслях всяких придурков, добро бы польза какая…Польза, конечно, есть, это я малость завралась, но все равно скучно. Короче,если Магомет не идет к горе, значит, самое время горе сдвинуться с места.

Решение я приняла быстро и устремилась в кухню. Док ковырялвилкой в любимой травке и тоже смотрел в окно. Мысли в голове невеселые,последнее время он пытался от меня прятаться, твердил про себя стихи, а япозволяла ему думать, что это помогает. Док немного странный человек, он вовсем ищет смысл: зачем родился, зачем учился, зачем потащился со мной? До неговсе никак не доходит одна простая вещь: жизнь случайна, а следовательно,бессмысленна. Над ней можно ломать голову, а можно просто жить в своеудовольствие. Это, кстати, то, чем я намерена заняться.

— Мы уезжаем, — сказала я и выдала свою лучшуюулыбку.

— Куда? — Он вроде бы растерялся.

— Домой. Деньги заработали, пора их тратить.

— Ты… — Он торопливо опустил глаза, не решившисьпроизнести слово «отомстить». Я уже давно поняла: несмотря на возраст, онромантик.

— Я соскучилась по родному городу, — врать нехотелось, а обижать его тем более.

— Когда поедем? — чуть помолчав, спросил он.

— Надо решить вопрос с квартирой, а мне выправитьпаспорт взамен свистнутого.

— У тебя украли паспорт? — поднял он брови, а яукоризненно покачала головой.