Черный лед - Эндрю Лейн

— А вы что-нибудь обнаружили? — спросил Шерлок.

Кроу пожал плечами:

— Только незначительные факты. Для начала, этот человек был болен. Он недавно сильно похудел и наблюдался у врача. И я нашел вот это… — Кроу показал маленькую стеклянную бутылочку с чем-то вроде пружинной кнопки наверху. — Думаю, это какое-то лекарство, хотя нужно внимательно его изучить.

— Я могу взглянуть? — спросил Шерлок.

Кроу передал ему пузырек. Он был размером с большой палец руки. Кнопка наверху, похоже, закачивала содержимое пузырька в находящийся сбоку распылитель с маленьким раструбом. Шерлок понюхал его и отшатнулся. В горьком запахе было что-то смутно знакомое.

— Если судить по одежде, он должен быть джентльменом, — продолжил Кроу, — но татуировки на руках подсказывают, что он отнюдь им не был.

Шерлок положил пузырек в карман, подошел к Кроу и встал рядом. Человек был тощим, на щеках проступали тонкие ниточки кровеносных сосудов. Голова запрокинута назад, выпученные, налитые кровью глаза смотрели в потолок. Кожа выглядела очень белой, но Шерлок не был уверен, естественный это цвет или результат недавней смерти.

Некогда белая рубашка сейчас была темно-бордовой от засыхающей крови. На уровне сердца зиял разрез. Шерлок мрачно подумал, что как раз сюда и воткнулось лезвие. Но в чьих оно было руках?

Он наклонился чуть ниже. Что-то в этой прорехе привлекло его внимание, но он пока не мог сказать что именно.

— Что-то обнаружил? — спросил Кроу.

Шерлок колебался.

— Я просто пытаюсь вспомнить, как выглядел нож — тот, что был в руке у Майкрофта.

— Должен признаться, я даже не взглянул на него, — сказал Кроу.

— А я взглянул. Он был тонким, как нож для бумаги, но дыра на рубашке довольно большая. Шире, чем лезвие, если я правильно помню.

— Любопытно, — задумчиво пробормотал Кроу. — Я тоже взглянул на рану. Размер немаленький. Говорит о том, что у орудия убийства было широкое лезвие, но раз ты говоришь, что тот нож, который забрали, с узким… Ну, тогда у нас еще одна странность, которую нужно как-то объяснить.

— Может, погибший сопротивлялся? — спросил Шерлок. — И от этого лезвие прорезало большую дыру в рубашке и… в коже?

— Возможно. — Кроу на минуту задумался. — Нам может понадобиться эксперимент, чтобы проверить этот факт.

— Что? — воскликнул Шерлок. — Вы хотите заколоть еще кого-то и надеетесь, что он будет сопротивляться?

Кроу засмеялся:

— Нет, я имел в виду, что мы можем раздобыть заколотую свинью, надеть на нее рубашку, а затем один из нас воткнет в нее нож для разрезания бумаги, а другой будет ее раскачивать. И мы посмотрим, удастся ли нам получить такой же разрез, как у этого бедолаги. Ну, хватит гадать, теперь нам понадобится свидетельство очевидца. — Он указал на дверь. — Иди и отыщи лакея… Бриннелла. Приведи его сюда. У меня есть к нему пара вопросов.

Шерлок вышел в зал. Члены клуба провожали его сердитыми взглядами. Они видели полицейских и, без сомнения, знали, что случилось нечто необычайное, но, похоже, были намерены притворяться, будто в этих стенах все идет своим чередом. Шерлок старался ступать как можно тише и занимать как можно меньше места. И, проходя мимо зеленых кресел, он думал о том, что совершенно не понимает вкусов своего брата. Это самое скучное место из всех, где ему доводилось бывать… если не считать убийства, но Шерлок знал, что в клубе «Диоген» убийства случаются явно не каждый день.

Бриннелла он нашел в прихожей. Лакей выглядел встревоженным. Шерлок уже собрался было попросить его пройти в комнату для гостей, но тот поднес палец к губам. Шерлок показал глазами на Бриннелла, затем — на гостевую комнату. Бриннелл кивнул. Он прошел мимо Шерлока к двери, которая, вероятно, вела в помещение для слуг, и через несколько мгновений вернулся с другим человеком в ливрее — тот был толще и старше. Оставив второго лакея в прихожей — наверное, чтобы охранять вход, не пускать посторонних и следить, чтобы не было шума, — Бриннелл пошел вслед за Шерлоком.

Кроу стоял на том самом месте, где Шерлок его оставил.

— Спасибо, что выкроили для нас время, — обратился он к лакею, когда Шерлок закрыл дверь. — Понимаю, что у вас сейчас множество дел с этим убийством и всем прочим.

— Это большое потрясение, — произнес Бриннелл. — Да, большое. — Он взглянул на тело. — К тому же именно мы узнали обо всем первые.

— Вы лично проводили этого джентльмена в комнату для гостей, да?

— Да, сэр, проводил.

— А как он попросил вас об этом?

Бриннелл на минуту задумался.

— Он вошел в переднюю дверь, как и вы, джентльмены. Вручил мне визитную карточку. На обороте он написал имя мистера Холмса и несколько слов, которые я не смог распознать.

— Что это были за слова?

Бриннелл нахмурился, пытаясь вспомнить.

— Думаю, это было название другого клуба, — сказал он, — но не могу сказать какого именно. Я еще подумал, что джентльмен ошибся адресом, пока не увидел, что на карточке указано имя мистера Холмса.

Другой клуб. Почему-то слова лакея заинтересовали Шерлока. Другой клуб… Он решил пока не задумываться над этим, но вернуться к этой мысли в более подходящее время.

— Итак, он, очевидно, знал обычаи клуба «Диоген», — отметил Кроу. — Знал настолько, что не стал говорить вслух.

— Думаю, так, сэр. Думаю, так.

— И что вы сделали после этого?

— Я положил карточку на поднос и отнес мистеру Холмсу. Он был в комнате для гостей, и мне показалось, что он недоволен, как будто ожидал не этого человека, а кого-то другого. Я подумал, что он отошлет посетителя прочь, но он перевернул карточку, прочитал слова на обороте и, похоже, изменил решение. Мистер Холмс сказал: «Приведите этого человека сюда, Бриннелл». Я вернулся в прихожую и проводил посетителя в комнату для гостей.

— За какое время до нашего прихода это произошло?

Лакей немного подумал.

— Прошло не более пяти минут, — наконец сказал он. — Ну, может быть, десять.

— Вы слышали какой-нибудь шум или еще что-нибудь необычное?

— Ничего, сэр.

Кроу кивнул.

— А что вы думаете об этом посетителе? Каково ваше мнение?

Бриннелл поморщился.

— Это не моего ума дело, сэр, — пробормотал он.

Кроу поднял руку. Между пальцами блеснула яркая монета в полкроны.

— Мне важно ваше мнение, — сказал он. — Все останется между нами.

Бриннелл раздумывал минуту.

— В этом нет нужды, — ответил он. — Мне нравится мистер Холмс. Он всегда был добр ко мне. Да, добр, именно так. Если вы пытаетесь помочь ему, то и я с вами.