Черный лед - Эндрю Лейн

Полицейский участок на Боу-стрит и мировой суд находились в здании из белого камня на углу площади Ковент-Гарден. Подходя к дому, Шерлок пристально разглядывал его, стараясь сохранить в памяти мельчайшие детали. У него было странное ощущение, что это здание будет иметь для него какое-то особое значение. И он очень надеялся, что не из-за смертного приговора, который вынесут здесь его брату.

По стенам и вдоль края кровли шел ряд выступающих камней, так что фасад казался зубчатым, в результате здание было больше похоже на средневековый замок, чем на место, где приводился в исполнение закон. Глядя на эти выступы, Шерлок улыбнулся. Если бы Мэтти Арнетт был здесь, он бы взобрался по ним на крышу, как по лестнице.

Двери находились на уровне улицы — ступенек не было. Снаружи висели белые фонари. Глядя на них, Кроу нахмурился и повернулся к констеблю:

— Вы, случайно, дом не перепутали? Я думал, что на всех полицейских участках в стране висят синие фонари, а не белые!

— Да, таков закон, — признал констебль. — Его приняли семь лет назад. Однако ее королевское величество не одобрило синие лампы на этом здании. Как известно, принц-регент умер в синей комнате, упокой Господь его душу, и с тех пор королева не выносит этот цвет. Она довольно часто ездит в оперу, которая находится поблизости, и каждый раз ей приходилось отворачиваться при виде синих фонарей. Поэтому она попросила их заменить. Я сказал «попросила», но на самом деле я думаю, она просто заявила комиссару полиции, что, если он не сменит фонари, она сменит его.

— Любопытно, — пробормотал Кроу, — что женщина, у которой в этой стране столько власти, запрещает всем остальным женщинам голосовать и владеть имуществом.

Полицейский провел их мимо широкой стойки в холле. Мимо сновали люди в костюмах и в форме — каждый спешил по какому-то важному делу. Шерлок и Кроу прошли по коридору, свернули за угол и поднялись по ступенькам. Там их пригласили в комнату, где стояли стол и рядом с ним три стула: два с одной стороны и один — напротив. Кирпичные стены были окрашены в гнетущий темно-зеленый цвет.

— Ждите здесь, — сказал констебль. — Сержант придет через несколько минут. Прошу не покидать комнату.

Как только он ушел, Кроу тяжело опустился на стул. Тот жалобно скрипнул под его весом.

— Располагайся поудобнее, — предложил он. — Мы отсюда не скоро уйдем. Похоже, они решили нас помариновать, чтобы мы понервничали и с большей охотой отвечали на их вопросы. — Он фыркнул. — Конечно, на его месте я бы допрашивал нас по отдельности.

— Почему? — спросил Шерлок, усаживаясь рядом с Кроу.

— Если бы он допрашивал нас отдельно, то мог бы сравнить наши ответы. Если бы мы разошлись в показаниях, следователь понял бы, что кто-то из нас, возможно, лжет. Ну а если он станет допрашивать нас вместе, ты сможешь услышать мои ответы и, соответственно, изменить свою историю, и наоборот.

Он откинулся на спинку стула, закрыл глаза и надвинул на них шляпу, загораживаясь от света.

Шерлок огляделся, но в комнате не было решительно ничего интересного. Она словно нарочно была обставлена по-спартански. Его мысли обратились к Майкрофту. Брат, возможно, находился сейчас где-то рядом, но в его камере наверняка еще меньше удобств и уюта.

Примерно через четверть часа дверь распахнулась, и в нее стремительно вошел уже знакомый им сержант Коулман. В руке он нес блокнот и карандаш.

— Надо прояснить лишь несколько деталей, — бросил он на ходу. — Не думаю, что это особенно сложный случай. Мне уже все ясно.

Амиус Кроу поправил шляпу и приподнял бровь.

— Не говорите гоп, — буркнул он.

— Факты неопровержимы, — возразил сержант. — Можете меня поправить, если я ошибаюсь, но у нас есть запертая комната, из которой только один выход — через дверь. Внутри находились два человека. Когда комнату открыли, один из них был мертв, а другой держал в руке нож. Я ничего не упустил?

— На лезвии не было крови, — указал Шерлок.

— Кровь вытерли о рубашку покойного после того, как вытащили нож.

— Вы осмотрели рубашку и нашли на ней следы того, что нож вытирали, или это просто предположение? — спросил Кроу.

— Вы не можете отрицать, что рубашка была в крови, — возразил сержант.

— Крови, которая вытекла из раны, да, но где следы того, что лезвие случайно или намеренно вытерли о ткань? Вытекшая кровь и кровь, которую вытерли, оставляет разные следы.

— Это несущественно, — рявкнул Коулман. — Кровь есть кровь, и в комнате был один-единственный нож. А теперь, джентльмены, скажите: с какой целью вы посетили обвиняемого?

— Он мой брат, — тихо ответил Шерлок. — А мистер Кроу — друг семьи. Мы собирались пообедать вместе с Майкрофтом.