Черная пирамида - Рубен Элиассен

— Готовы? — спросила Вилл, сжимая Сердце Кондракара.

Девочки, сидевшие на полу, встали и дружно кивнули.

— А ты как, Ирма? Всё в порядке? — улыбнулась подружке Вилл.

— Да, всё отлично, — ответила та.

Сердце Кондракара пульсировало, мерцало. Внезапно комната наполнилась ярким сиянием. Желтоглазый Ану испуганно съежился и жалобно заскулил.

— Не волнуйся, всё хорошо, — успокоила его Ирма, чувствуя, как из спины пробиваются крылышки и тело наполняется магической энергией Воды.

Ирма любила это ощущение преображения. Она зажмурила глаза, схватила Ану за руку и отдалась на милость Сердца. Оно подняло их ввысь, а потом вдруг вспыхнуло и рассыпалось тысячью искр…

Колонны храма Кондракара вздымались к небесной синеве. Чародейки стояли в центре огромного пространства и не могли поверить, что всего несколько часов назад они сидели на Хитерфилдском пляже и глядели на затягивающие небо дождевые тучи.

Ирма почувствовала, как вдоль позвоночника пробежал холодок. Девочки очутились между всем и ничем, между реальностью и сказкой.

Вдруг откуда ни возьмись раздался голос Оракула, Ану настороженно зарычал. Звук постепенно приближался и делался громче, он овевал чародеек, словно ветер.

— Я вас ждал. — Оракул говорил ласково, но серьезно.

— Он уже всё знает, — прошептала Тарани на ухо Ирме.

— Ну конечно, от него ничего не скроешь, — откликнулась Вилл. — Недаром же он Оракул.

Ирма шагнула вперед, чтобы сразу стало понятно: это ее идея — доставить в Кондракар собакоголового мальчика.

— Он ищет ответы на свои вопросы, — вежливо сказала девочка.

— Ответы? — Оракул пристально поглядел на Ирму. — И ты считаешь, ему действительно необходимы ответы?

— Да, — покорно кивнула Ирма. — Что с ним произошло?

— Существо, которое ты сюда привела, зовут Манор, мальчик-пес. Он был осужден советом во главе с Понтикасом, старейшиной Арквары, и приговорен к семи водным фазам в Пустыне Бытия за убийство наследника престола.

Ирма беспомощно оглянулась на подруг. Как жестоко она ошибалась насчет мальчишки! Вечно одно и тоже: она всегда больше доверяет сердцу, чем рассудку. Почувствовав себя полной дурой, девочка уже открыла было рот, чтобы извиниться, но Корнелия не дала ей сказать ни слова.

— Подожди и послушай, — прошептала она и одарила Ирму ободряющей улыбкой. А потом она кивнула Оракулу, и тот заговорил снова.

— Арквара — водное королевство, и за серьезные преступления там наказывают так: помещают преступника в чёрную пирамиду и заполняют ее очистительной и дарующей жизнь водой Арквары. Затем пирамиду отправляют в Пустыню Бытия, и там вода растворяет все воспоминания о проступке и очищает душу от тех чувств и желаний, которые побудили преступника его совершить. Срок заключения зависит от тяжести преступления. За самые ужасные человека приговаривают к семи водным фазам. Вода омывает душу и разум, после этого человек возвращается в Арквару словно заново родившимся.

— Очистительная и дарующая жизнь? Да эта вода чуть меня не убила! — возмутилась Ирма.

Оракул умолк, и на чародейку навалилась давящая тишина.

— Манор, мальчик-пес, был заключен в черную пирамиду и отправлен в Пустыню Бытия во искупление своих грехов, — произнес Оракул раздумчивым тоном, словно в этой истории что-то не сходилось. — Но хоть у него и не осталось воспоминаний о совершенном, его до сих пор не вернули из Пустыни в Арквару. Проще говоря, он попал в ваш мир не исправившимся преступником, а жертвой пыток, не помнящей о себе совсем ничего…

— И что это означает? — спросила Ирма. — Это задание для команды Стражниц? — Затаив дыхание, она ждала ответа.

— Вы должны доставить его в Арквару и выяснить всю правду, а уж там время покажет… — изрек Оракул.

Ирма стиснула ладошки в кулаки и подавила рвущийся наружу радостный вскрик.

— Спасибо вам, Оракул, — сказала Корнелия за нее.

— Будьте осторожны, Понтикас обладает огромной властью! — предупредил он.

И вот всё стихло. И лишь ветер бесконечности гулял между колонн.