Последний пассажир - Уилл Дин

Фрэнни с отчаянием в голосе спрашивает:

– Как это получилось?

Мы не отвечаем.

Мир вокруг нас продолжает жить обычной жизнью. Люди едут на работу на велосипедах, садятся в автобусы, идут в школу, а мы застряли здесь.

Фрэнни делает глубокий вдох:

– Мой папа – инженер. Он говорил, что свистки и сирены на этом судне такие мощные, что их слышно за десять миль. Мы должны включить их.

– Или подать сигнал SOS азбукой Морзе? – предлагаю я.

– Да, – подхватывает Дэниел. – Тире, тире, тире, точка, точка, точка, тире, тире, тире.

– Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь, – вздыхает Фрэнни. – Извини.

Он кладет палец на кнопку звукового сигнала. Затем собирается с духом и нажимает ее.

Гудка нет.

Тишина.

Глава 9

Небо теряет краски: голубизна сменяется серыми и белыми тонами. Не видно ни птиц, ни насекомых. Море воняет тухлятиной на всем протяжении пути. Самая большая пустыня из всех, и мы застряли посреди нее.

– Мне не нравится этот корабль, – признается Фрэнни. – Он словно настроен против нас.

Дэниел стучит по металлической конструкции.

– Сталь, заклепки и алюминий. В худшем случае, если произойдет сбой в компьютерной системе и на борту станет опасно находиться, мы спустим на воду крепкую спасательную шлюпку или надувной спасательный плот и будем выкарабкиваться. Придется потерпеть, но мы выживем. Нас подберет грузовой корабль или газовоз.

Я смотрю на волны. Сейчас они кажутся бензиново-зелеными. Краски выглядят нереальными. Здесь все выглядит нереальным.

– Как думаешь, Дэниел, на спасательных шлюпках есть аварийные маяки? – спрашиваю я.

– Конечно! – На его лице расплывается улыбка. – Видишь, нам просто нужно было все хорошенько обдумать. Молодец.

Мы спускаемся по лестничным пролетам, увешанным фотографиями старых лайнеров эпохи пара – кораблей с мачтами и трубами, – проходим через атриум, ведущий от ресторана «Голд Гриль», и оказываемся на палубе. Находим спасательные шлюпки.

– Как мы залезем туда? – спрашивает Фрэнни, выглядывая через ограждение. – И как спустим их на воду? Мы на высоте примерно десяти этажей.

– Мы не будем их спускать, – отвечает Дэниел. – Просто поищем оборудование. Я заберусь внутрь.

Он безуспешно пытается открыть главный люк с палубы, затем карабкается по стальной конструкции, выкрашенной в белый цвет. Мне невыносимо смотреть, потому что Дэниел завис прямо над водой, вдали от палубы и поручней. Он неуверенно ступает на оранжевую спасательную шлюпку, и та начинает раскачиваться.

Дэниел пытается открыть люк.

Не получается.

– В чем дело? – кричу я, но ветер уносит мои слова прочь.

– Что? – кричит в ответ Дэниел.

– Что случилось?

– Заперто.

Заперто?! Разве спасательные шлюпки запирают?! Мне вновь отчаянно не хватает рядом профессионалов. Обученных и опытных людей. Мне не хватает возможности найти информацию одним нажатием кнопки. Я не привыкла к такой растерянности, к догадкам, к блужданию в темноте.

– Может, нужен пропуск для экипажа или ключ? – спрашивает Фрэнни.

– Что? – снова кричит Дэниел.

Он взбирается обратно на корабль, но тут поскальзывается и теряет равновесие. Ударившись рукой о металлическую балку, Дэниел вздрагивает.

– Ты в порядке? – кричу я.

Он морщится сильнее и кивает.

– Не торопись! – кричит Фрэнни.

Теперь Дэниел действует более осторожно. Когда он благополучно возвращается, мы читаем инструкцию по спуску спасательной шлюпки на воду. В ней говорится, что пассажиры должны организованно подняться на борт, надев спасательные жилеты, а ответственное лицо должно следить за этим, и после того, как гидравлическая система спустит лодку на воду, два человека должны отстегнуть тросы, чтобы спасательная шлюпка могла отчалить от судна. Здесь вообще ничего не сказано о запертом люке.

– Наверное, это тендер для VIP-персон, – размышляет Дэниел, потирая тыльную сторону руки. – Иногда у пассажиров «бриллиантового» класса есть собственное судно для посещения порта. Они доплачивают, чтобы первыми сойти с корабля. Видимо, дело в этом.

Фрэнни, прищурившись, всматривается в даль.

Затем поднимает руку и вытягивает указательный палец.

Приближается самолет.

Глава 10

– Помогите! – кричит Фрэнни, отчаянно размахивая руками.

– Остановись, – сердито обрывает ее Дэниел. – Ничего не выйдет. Это коммерческий четырехмоторный самолет, летящий на высоте девяти тысяч метров. Он тебя не видит.

Фрэнни проскакивает мимо него и направляется к лестнице. Мы поднимаемся за ней на главную палубу для приема солнечных ванн. Фрэнни принимается придвигать лежаки к центру.

– Оттуда, с высоты, этот корабль похож на сосновую иголку в огромном озере! – Дэниел почти кричит на нее, на лбу у него выступает вена. – Они нас не видят, Франсин!

Я понимаю, что она делает, и начинаю ей помогать.

– Иди туда, – приказывает она. – Займись буквой О. Дэниел, постарайся быть полезным.

Он качает головой, но потом понимает и тоже берется перетаскивать лежаки.

Самолет уже прямо над нами, а Фрэнни только заканчивает свою букву S, а я – верхнюю часть буквы О.

– Слишком поздно, – говорит Фрэнни. – Мы не успели.

Я продолжаю работать.

– Будут и другие самолеты. Давайте сделаем буквы больше. На корабле где-то восемьсот кресел. Выложим сигнал SOS во всю палубу. Кто-нибудь в конце концов заметит его и сообщит о нашем местонахождении. Какой-нибудь низко летящий самолет. Или вертолет.

Дэниел вытирает пот со лба и подтаскивает новые лежаки, чтобы сформировать центральную часть нашего отчаянного послания.

Три буквы от трех растерянных товарищей по несчастью. Веснушчатая и дерзкая девушка из Уэльса выкладывает S – спасите. Голодная сорокадевятилетняя владелица кафе заканчивает O – наши. Американец азиатского происхождения, обучающий людей водным видам спорта, расставляет деревянные лежаки в форме буквы S – души [13].

– Не хочу еще больше портить вам настроение, но здесь не будет низко летящих самолетов или вертолетов.

Мы обе поворачиваемся к Дэниелу.

– Мой дядя работал в авиации еще до моего рождения. Небольшие самолеты, которые летают на высоте трех тысяч метров, добираются через континенты, например из Европы в Северную Америку, через Исландию и Гренландию. Невозможно перелететь через открытый океан на одном двигателе. То же самое относится и к винтокрылым летательным аппаратам. У них ограниченный радиус действия. Единственное, что мы увидим в небе на протяжении пути, – это звезды и реактивные самолеты на большой высоте.

– Я не согласна, – возражает Фрэнни. – Потому что, так-то, ты ошибаешься. Астронавты, пролетающие над нами внутри космической станции, могут увеличить изображение и заметить нас. Какому-нибудь пассажирскому рейсу, возможно, придется снизить высоту, чтобы избежать попадания в грозовое облако. Пилот может увидеть корабль. Нам нужно сделать все, что в наших силах, чтобы не выглядеть как обычный океанский