Прогулки с Хальсом - Карина Тихонова

Лето Антон любил больше всего на свете. Дядя Леша увозил их с матерью в деревню, а лучшего места на земле не было. Если бы Антон знал тогда слово «рай», оно показалось бы ему вполне уместным.

Они жили в большом деревянном доме. Комната Антона находилась на самом верху, под чердаком, и называлась «мансарда». Вместо окна в стене была прорезана дверь, выходившая на небольшой балкончик. В комнате вкусно пахло деревом, половицы издавали таинственный скрип, а по ночам под балконом трещали цикады-сверчки.

Антону нравился старый дом. Правда, воду приходилось таскать из колодца, но это выглядело в сто раз интересней, чем добывание воды из-под крана. Занятий в деревне было не меньше, чем в городе. После завтрака дядя Леша неторопливо обходил соседей, помогал им чинить сломанные вещи, а потом с упоением копался в саду. Мама готовила вкусную еду и убиралась в доме. Антон с утра до вечера носился вместе с соседскими мальчишками: они купались, ловили рыбу, варили уху в чугунном котелке, бегали в лес собирать землянику… В общем, Антон был очень занят и возвращался домой только поздно вечером. Мама и дядя Леша сидели на просторной веранде и пили чай из самовара. Антон быстро ужинал, падал на кровать и мгновенно засыпал. А утром просыпался с новым предвкушением праздника.

Однажды мама опустила ведро в колодец и обнаружила, что он высох. Лето в том году выдалось жаркое и засушливое, вода часто уходила глубоко под землю. Дядя Леша воткнул лопату в разрыхленную грядку и сказал Антону:

— Пойдем, выкопаем для мамы новый колодец.

— А как ты узнаешь, где копать? — спросил Антон.

Дядя Леша срезал с яблоневого дерева раздвоенную ветку и показал племяннику.

— Вот кто найдет воду, — ответил он. — Яблоня для этого подходит лучше всего, хотя может сойти и береза.

В двенадцать лет Антон был уже слишком большим мальчиком, чтобы верить в Деда Мороза, фей или лозоискательство. Поэтому он ничего не ответил, только подумал, что дядя Леша странный человек. Тогда он не стал задумываться, что означает это слово, а странность заключалась в том, что его сорокалетний дядя не утратил детского умения удивляться и верить в чудеса.

Искать воду таким образом Антон согласился, хотя был настроен скептически. Дядя Леша зажал в обеих руках раздвоенный конец яблоневого прута и начал бродить вокруг дома. Время от времени прут в его ладонях слегка вздрагивал, и тогда дядя замирал на месте. Подождав немного, он качал головой и говорил:

— Кое-что здесь есть, но немного. Поищем еще.

Антон снисходительно кивал. Он был уверен, что это просто спектакль, но ему было интересно, как проделывается фокус. Они обошли дом с четырех сторон, и на небольшой лужайке возле забора прут вдруг сильно задрожал.

— Ага! — закричал дядя Леша. — Смотри, Антоша, он сейчас опустится!

Еще один шаг, и прут не просто опустился — он повернулся и указал прямо вниз. Дядя снова вернул прут на место. «Отличный трюк!» — подумал Антон.

— Здесь много воды, — сказал дядя. — Неси лопату, Антоша, будем копать.

— Дай мне попробовать, — попросил Антон. Он все еще был уверен, что это просто фокус, и сгорал от желания лично убедиться в обмане.

Дядя дал ему прут, показал, как его держать (запястья повернуты вверх, большие пальцы прижимают развилку).

— Держи крепко, — сказал он. — Иначе прут запросто сломает тебе руки.

Антон отошел на несколько шагов и начал возвращаться к тому месту, где стоял дядя Леша. Он шел очень медленно, ощущая легкую вибрацию в ладонях. А когда подошел к дяде вплотную, прут внезапно ожил и «нырнул» вниз. Антон ахнул и с трудом удержал его в руках — такой теплой тяжестью налилась легкая яблоневая ветка!

— Ага! — закричал дядя Леша. — Получилось! Я же говорил! — И он рассмеялся от радости.

Антон не сразу пришел в себя от удивления. Ему отчетливо запомнилось ощущение тяжести, словно вода находилась не под землей, а волшебным образом перетекла в яблоневый прутик.

Дядя Леша отобрал у него яблоневую ветку, и Антон в растерянности уставился на свои ладони. Только что они были полны теплой живой тяжестью, а сейчас это ощущение вдруг исчезло. Руки опустели.

— Я хочу еще! — потребовал он,

Дядя Леша, хитро прищурившись, отдал ему прут.

— Понравилось? — спросил он.

Антон не ответил. Для описания этого чувства у него не было слов.

Он повторил фокус четыре раза. Прут натер мозоли на ладонях, но радости от этого не убавилось. Антон стоял рядом с дядей, держал в руках тяжелую живую ветку и хохотал. Вместе с ним хохотал дядя. С крыльца на них смотрела мама и тоже смеялась, прикрывая ладонью глаза от солнца. В тот же день они с дядей Лешей вырыли новый колодец. Яблоневый прут не обманул: вода оказалась очень близко, и ее было столько, что хватило бы всей деревне.

Это был самый лучший день в жизни Антона.