Дело о воющей собаке - Эрл Стенли Гарднер

– Нет, сэр.

Пембертон повернулся к Перри Мейсону:

– Есть какой-нибудь шанс, что ваш клиент попытался отравитьсобаку, Мейсон?

– Ни малейшего, – твердо ответил адвокат.

– Я не выдвигаю никаких обвинений против мистера Картрайта,– поспешно сказал Фоули. – Не думаю, что такой человек способен отравитьсобаку… Как бы то ни было, он не вполне отвечает за свои действия.

– Не знаю, откуда пес взял яд, но кто-то его ему дал, –уверенно заявила молодая женщина. – Я готова в этом поклясться. Принц казалсябольным, пока я не дала ему соль, – тогда ему стало лучше.

– Как действует соль? – спросил Пембертон у Фоули.

– Это сильное и быстродействующее рвотное, – ответил тот.

Пембертон снова посмотрел на девушку:

– И вы готовы поклясться, что собака не выла?

– Конечно.

– А если бы она выла, вы бы услышали?

– Да.

– Где вы спите? В доме?

– Да, на верхнем этаже.

– А кто еще обычно находится в доме?

– А Вонг, повар, но он спит над гаражом. А также миссисФоули.

– Возможно, – заметил Фоули, – вам лучше поговорить с моейженой. Она вам подтвердит…

– Прошу прощения, – прервала миссис Бентон. – Я не хотелаговорить вам в присутствии этих джентльменов, но вашей жены нет дома.

Фоули недоверчиво уставился на нее.

– Нет дома? – переспросил он. – Не может быть! Она ведь ещене оправилась от гриппа.

– Тем не менее она уехала, – сказала миссис Бентон.

– Как это уехала? Машины на месте.

– На такси.

– Господи! – воскликнул Фоули. – Она убьет себя! Чего это ейвзбрело в голову выходить после гриппа?

– Не знаю, сэр.

– Она сказала, куда поехала? За покупками, в гости или ещекуда-нибудь? Может быть, ее срочно вызвали? Да говорите же! Не будьте такойтаинственной!

– Она оставила вам записку, сэр.

– Записку?

– Да.

– И где же эта записка?

– Наверху, у нее в комнате. Она оставила ее на комоде ипросила меня проследить, чтобы вы ее прочитали.

Фоули наморщил лоб. Его взгляд внезапно стал суровым.

– Вы что-то от меня утаиваете, – сказал он.

Молодая экономка опустила глаза:

– Она взяла с собой чемодан.

– Чемодан? Она отправилась в больницу?

– Не знаю. Она ничего не сказала – только оставила записку.

Фоули обернулся к помощнику шерифа:

– Могу я отлучиться на минуту?

– Конечно, – ответил Пембертон.

Фоули вошел в дом, а Перри Мейсон устремил внимательныйвзгляд на лицо экономки.

– У вас не возникло никаких трений с миссис Фоули перед ееотъездом? – спросил он.

Молодая женщина выпрямилась и высокомерно посмотрела нанего.

– Не знаю, кто вы, – сказала она, – но я не обязана отвечатьна ваши нелепые вопросы и грязные намеки.

Экономка резко повернулась и направилась в дом.

Пембертон откусил кончик сигары.

– Получили? – усмехнулся он.

– Девушка изо всех сил старается выглядеть отталкивающе, –нахмурившись, промолвил Мейсон, – но она слишком молода для экономки. Неисключено, что, покуда миссис Фоули лежала в постели с гриппом, возниклиобстоятельства, побудившие ее уехать из дому.

– Надеюсь, вы не любитель сплетен, Мейсон? – осведомилсяПембертон.

– Нет, – серьезно ответил адвокат. – Я просто размышляю.

– Зачем вам об этом размышлять?

– Затем, – сказал Перри Мейсон, – что, если человеквыдвигает против моего клиента обвинение, объявляя его безумным, он должен бытьготов к решительному бою.

Задняя дверь открылась, и оттуда вышла миссис Бентон.

– Мистер Фоули просит вас войти, – сообщила она. – Прошупрощения – мне не следовало злиться и уходить.

– Забудьте об этом, – успокоил ее Билл Пембертон. – Мы самивиноваты. – И он посмотрел на Перри Мейсона.

– Я прибыл сюда, – заявил адвокат, – чтобы получитьинформацию и проследить, что с моим клиентом обошлись справедливо.

– Нет, – возразил Пембертон. – Мы прибыли сюда для того,чтобы выяснить, выла ли собака. Думаю, наше проникновение в здешнюю ситуациюдолжно этим ограничиться.

Мейсон промолчал.

Молодая женщина провела их через черный ход в кухню.Маленький, худощавый китаец, облаченный в поварской фартук, устремил на нихблестящие глазки-бусинки.

– В сем дела? – спросил он.

– Мы пытаемся разузнать о собаке… – начал Перри Мейсон, ноПембертон прервал его:

– Минутку, Мейсон. Позвольте мне с ним поговорить. Я умеюобращаться с китайцами. Как твой имя? – спросил он, имитируя речь китайца.

– А Вонг.

– Твоя здесь готовить?

– Моя готовить.

– Твоя знать больсой полисейский собака?

– Холосо знать.

– Твоя слышать собака шуметь – выть по ночам?

Китаец медленно покачал головой.

– Собака не выть? – допытывался Пембертон.

– Не выть, – ответил А Вонг.

Помощник шерифа пожал плечами:

– Это все, что нам нужно. Сами видите, Мейсон, как обстоятдела. Ваш человек просто спятил – вот и все.

– Я бы расспрашивал этого парня по-другому, – заметилМейсон.

– Вот еще! – фыркнул Пембертон. – Я отлично умею с нимиобращаться – поднаторел на делах с лотереей. Они сами только так изъясняютсяпо-английски и другого языка не понимают. Если вы будете обращаться к ним нанормальном английском языке, они станут каждый раз отвечать «да», не понимая, очем их спрашивают.

– Думаю, джентльмены, – вмешалась миссис Бентон, – мистерФоули хотел бы, чтобы вы подождали в библиотеке. Он скоро к вам присоединится.

Она открыла дверь, и двое мужчин, пройдя через буфетную,столовую и гостиную, свернули налево и вошли в библиотеку, стены которой былиуставлены книгами. Центр комнаты занимал большой стол, рядом с каждым изглубоких кожаных кресел стоял торшер, а тяжелые занавеси на высоких окнахсдвигались на карнизе с помощью шнура настолько плотно, что совсем непропускали свет.