Свадьба с огоньком - Татьяна Луганцева

Месяц она проплакала, не выходя из дома, понимая, что упустила свою единственную любовь и шанс стать счастливой. И все-таки ей представился случай выйти замуж. В двадцать шесть лет ей сделал предложение руки и сердца бухгалтер-аудитор Денис Кашицын. Он часто приезжал к ней на работу с финансовыми проверками и заприметил симпатичную девушку-фармацевта. Тут и бабушка, и подруга Арина надавили на нее, и Тале ничего другого не оставалось, как уступить и завести семью. Ни о какой большой любви речи, конечно, не шло, но Денис был очень милым, внимательным человеком, и ей, не избалованной мужским вниманием, показалось, что она сможет стать счастливой, как все.

На скорую руку сыграли скромную свадьбу и начали жить вместе. Конечно, Тала не была дурочкой и поняла, что с браком у нее не все в порядке, с первой же брачной ночи ввиду отсутствия таковой. Вначале она скромно промолчала, подумав, что жених перебрал на свадьбе, но когда отсутствие супружеской жизни продлилось и последующие дни и недели, она все-таки поинтересовалась у мужа причинами. Ответ был шокирующим.

Оказывается, предложенное ей сердце было абсолютно больным, не способным к выполнению супружеских обязанностей. Тале взять бы да и устроить грандиозный скандал, ведь порядочным поступок Дениса трудно было назвать. Но тут скромность, порядочность и сердобольность сыграли с ней злую шутку. Она осталась с горе-мужем, кинувшись на амбразуру, то есть помогала ему, поддерживала и даже пыталась лечить. Она стала ему товарищем и сиделкой, но только не женой.

Она никому не рассказывала о сложностях в личной жизни из-за страха, что над ней будут смеяться… В таком странном союзе они прожили пять лет. Тала даже стала думать, что ее устраивают такие странные отношения, что, значит, у нее такая судьба. Этот брак закончился со смертью Дениса в возрасте сорока лет от острой сердечной недостаточности.

Тала как была одинокой женщиной, так и осталась – одна с кучей проблем и комплексов. Только без Дениса стало еще тоскливее, потому что ушел человек, который ее понимал и относился с нежностью, да и она сама уже привыкла заботиться о нем. Внезапное одиночество и душевная пустота выбили у нее из-под ног почву. В довершение всех несчастий умерла бабушка, которая заменила ей родителей и которую она безумно любила.

Она продолжала жить скорее по инерции. Работала в аптеке, следила за качеством поступающих лекарств, разбирала жалобы покупателей, помогала в подборе препаратов. Работница Тала была добросовестная, тихая, спокойная, никогда не опаздывала и не уходила раньше, собственно говоря, ей и спешить-то было некуда. Она всегда соглашалась подменить коллег и даже не брала отпуск, потому что на зарплату аптекарского фармацевта уехать куда-нибудь не представлялось возможным, а дачи у нее не было.

Директор сети аптек недвусмысленно намекал Тале на встречи вне работы, предлагая то подвезти на машине, то пойти в ресторан, но она всегда отказывалась. И всегда чувствовала себя неуютно, когда он приезжал в их аптеку.

Тала аккуратно сложила коробочки с препаратами в отведенный для них шкафчик и посмотрела на часы. Время приближалось к обеденному перерыву, а сегодня она договорилась встретиться с Ариной в «Русском бистро». Сняв белый халат, Тала сменила белые шлепанцы на черные туфли, накинула поверх тонкого трикотажного джемпера куртку с капюшоном и поспешила в кафе.

Арина, которая опаздывала всегда и везде, на этот раз уже сидела за угловым столиком с полным подносом еды. Она знала, что ровно в три часа у Талы заканчивается обеденный перерыв, и боялась не успеть поболтать с подругой.

– Иди сюда! – позвала она Талу. – Я взяла грибной суп, кулебяку с рыбой и квас. По-моему, такой набор тебе понравится.

– Спасибо, Ариночка. Сейчас я отдам тебе деньги.

– Вот те раз! Обидеть норовишь? Прямо разорилась я на двести рублей! Я тебя пригласила, я и угощаю! – отрезала Арина.

– Ты же знаешь, что я так не люблю… неудобно мне.

– Неудобно медведю у пчел мед воровать, потому что лапа большая, а щель маленькая в улье, а мы – подруги, и не надо этой мелочности! Когда-нибудь у меня не будет денег, и ты не дашь подружке умереть с голода. Ведь так?

Тала, вздохнув, сняла куртку, повесила на стоящую рядом вешалку и уселась на жесткий стул.

Народу в кафе было много, все-таки обеденное время, некоторые сидели прямо в верхней одежде. Уборщица с усталым лицом не успевала вытирать пол. Помещение плохо проветривалось, было душно и пахло жареной капустой. За соседним столиком двое мужчин затрапезного вида громко смеясь, распивали дешевое баночное пиво и закусывали пельменями. Для Талы это кафе являлось верхом ресторанного изыска, только такие цены она могла себе позволить, ей приходилось экономить каждую копейку.

Тала приступила к трапезе, начав с грибного супа, где от грибов остался лишь намек на вкус, неизвестно как и из чего созданный. Суп был сдобрен картошкой, репчатым луком и перловой крупой. Арина взяла несколько мелких пирожков, плюшек и литр морса. Сама она тоже была как плюшка – черноволосая, пухленькая, очень женственная и живая, с прекрасным цветом лица и прической, как у Мирей Матье. Девушки познакомились в художественной школе, когда им было лет по семь, и с тех пор поддерживали дружеские отношения.

Пожалуй, только Арина знала всю правду о личной жизни Талы и всегда ей сочувствовала. Арина, окончив художественную школу, в отличие от подруги, стала учиться живописи дальше. Она оформляла интерьеры вместе с третьим по счету мужем и очень неплохо зарабатывала. В определенных кругах пара Леоновых была достаточно известна.

Жили они в свободном браке, запросто вступая в любовные отношения с другими людьми. Тала знала, что отсутствие детей оказывало гнетущее влияние на подругу. Арина мечтала о полноценной семье и была очень хозяйственна, такого уютного семейного гнездышка Тала не видела больше ни у кого. Иногда Тале казалось, что подруга меняет мужей так часто, думая, что причина бесплодия в них. Арина никогда бы не призналась, что причина в ней самой.

– Эх, Талка, надо было тебе вместе со мной идти в художественный институт учиться! Зарыла свой талант в землю! Сидишь среди пробирок, порошков и микстур и сама стала… как таблетка. Этакая пилюля от настоящей, полноценной жизни! – бранилась Арина, откусывая сразу половину ватрушки. – Замуж тебе надо за настоящего мужика!

– Да, прямо очередь стоит из принцев к тридцатилетней тетке с зарплатой в пять тысяч рублей, комплексом неполноценности и скверным характером, – ответила ей Тала, осматривая слегка близорукими глазами двух уже окончательно пьяных мужиков, сидевших за спиной подруги.

Один из них смачно рыгнул, и это напомнило призывный зов лося в брачный период. Тала содрогнулась и от греха подальше сконцентрировалась на добродушном, приятном лице подруги. Арина между тем продолжала ругаться:

– А мы все принцев ждем? Мать твою!.. Прости господи! Сколько тебе лет, девочка?! Опустись на землю-то! Все витает в облаках! Так ты точно свою любовь на кладбище встретишь. Нормального, обычного мужика искать надо, а не призрачного принца! Бери пример с меня, я обычная, земная женщина, живу нормально! Да! Пусть не свечусь счастьем, но и не слоняюсь по большому городу одна с хвостиком на макушке и в стоптанных туфлях.