Свадьба с огоньком - Татьяна Луганцева

Тала закусила губу и убрала ноги под стул:

– У меня сейчас денежные затруднения…

– Охотно верю, при твоей-то зарплате! А если бы ты ответила на ухаживания босса, то была бы уже заведующей аптекой.

– Антон Александрович, во-первых, женат, а во-вторых, совершенно мне не нравится.

– А я тебе не замуж идти предлагаю за него, а стать любовницей. Да не смотри ты на меня так! А любовники от горького слова «любовь»… – нараспев произнесла Арина, чуть не подавившись пирожком.

– Вот как раз любовью здесь и не пахнет. – Тала протянула ей стакан с морсом и с силой стукнула по спине.

– Ого! Какая рука у тебя тяжелая! Откуда только сила берется в столь тщедушном теле.

– Мне мой Денис говорил, что я толстокожая, много чего могу вынести, что рождена для испытаний…

– Вот только ничего не говори мне про него! Пусть он в гробу перевернется! Слышать даже имя это не хочу! Для испытаний… – передразнила Арина. – С таким-то козлом, может, и для испытаний…

– Арина! – одернула ее Тала.

– А с нормальными мужчинами – для любви и удовольствий, – гнула свою линию подруга, приступая к пирожку с луком и яйцом. – Эх, прощай, талия!

– Я, конечно, благодарна тебе за заботу, но обо мне не стоит тревожиться. У меня все хорошо, и ты знаешь, я лучше буду одна, чем с кем попало.

– Хорошо у тебя, как же! Как представлю тебя одну в твоей малюсенькой квартире, сидящей на кухне за чашкой чая или в комнате перед телевизором, так сердце кровью обливается. Куда мужики смотрят? Ты же красивая, умная, честная и порядочная до противности! Тобою только пользуются всю жизнь.

– Я слышала, что есть люди ведущие и ведомые, и это их карма. Так вот я, наверное, ведомая, и другой мне не стать, – грустно вздохнула Тала.

– Вот-вот, ты еще свихнись на почве кармы, заведи кошку и сядь с вязаньем на лавку у подъезда. Как ты, вообще, выглядишь? Эх, тебя бы в хорошие руки, и для такого бриллианта нашлась бы подобающая огранка! Что за мешковатая куртка на тебе, что это за затрапезные брюки?

Тала покраснела:

– Арина, хватит, не вгоняй меня в краску! Ты же знаешь, что одеваюсь я нормально. Просто сегодня после работы я еду на кладбище к бабушке и Денису.

– Вот тебе на! Интересное занятие! В такую погоду, посреди недели, на ночь глядя, на кладбище?! Ты с ума сошла?! Ты посмотри, какая погода! Съездишь в выходные, хоть люди там будут, да, может, дождь прекратится!

– Нет, я поеду сегодня, в выходные у меня будут дела. Я сопатку с собой взяла и уже отпросилась уйти на час пораньше.

– Чего взяла? – не поняла Арина, трогая свой круглый живот, словно проверяя степень наполнения желудка плюшками.

– Сопатку, – охотно пояснила Тала. – Это такая маленькая лопатка, может, что прикопать придется.

– Господи, что на кладбище копать-то? Мертвецов, что ли, откапывать в лунную ночь? – перекрестилась Арина.

– Да ну тебя, подруга! Я за своими могилами ухаживаю, траву надо выполоть, земличку взрыхлить…

– Лучше молчи, а то мои пироги будут искать дорогу назад, – пригрозила ей Арина. – Я тебя вот зачем пригласила… До меня дошли слухи, что тебе требуются деньги?

– Откуда ты знаешь?

– Значит, это правда, – вздохнула подружка. – Так, птичка одна напела…

– Кажется, я знаю, как зовут эту птичку. Уж не тетя ли Тася, моя соседка? Никому ничего сказать нельзя! – возмутилась Тала.

– Ты не ругайся, рассказывай, что за проблемы?

– Моей маме срочно нужно очень дорогое лекарство. Ужасно дорогое! – подчеркнула она. – Мне как работнику аптеки обещают продать его с тридцатипроцентной скидкой, но я все равно не потяну.

– Я не расслышала, лекарство кому потребовалось? – с иронией уточнила Арина, дотронувшись до уха с бриллиантовой сережкой.

– Моей матери, – повторила Тала, опуская глаза и уже предвидя ответную реакцию.

– Правда? А у тебя есть мать? – Круглые карие глаза Арины с удивлением смотрели на подругу. – Это ты о той женщине, сбагрившей тебя бабке и приезжавшей с пакетиком сушек и карамелек раз в месяц?

– Не язви, Арина. Сейчас она тяжело больна.

– Самое время вспомнить, что где-то есть дочь? Когда нагрянули болезнь и старость?

– Арина, я не могу закрыть глаза и спокойно жить, не помогая ей, пока она будет тихо умирать без этих дорогостоящих лекарств.

– Это ты правильно сказала, ты не сможешь, – вздохнула Арина. – Все на тебе ездят… и будут ездить. Эх, Тала, не хватает тебе стервозности, того, что так любят мужчины в женщинах, хотя и не признаются в этом.

Арина, вытерев руки бумажной салфеткой, открыла сумочку.

– Вот здесь двадцать тысяч, все, что могу дать.

– Арина!!!

– Бери, не думай даже! Отдашь, когда сможешь.

– Я не могу… Арина, ты же знаешь, что быстро я не отдам, – смутилась Тала.

– Если не возьмешь, я обижусь. Разговор окончен, – щелкнула Арина замком сумочки и сунула пачку тысячных купюр в руки Талы.

– Спасибо, – горячо поблагодарила ее подруга.

– Я могу подсказать, каким способом ты сможешь заработать деньги.

– Интересно…

– Пора тебе заканчивать заниматься благотворительностью, пусть этим занимаются те, у кого есть деньги. Ты чудно рисуешь, и я готова помочь тебе продать твои картины. Буду рада, если ты напишешь несколько полотен на современные сюжеты. Я возьму их для оформления интерьера дома какого-нибудь богатого человека.

– Правда? – Сердце Талы забилось. – Но я же не профессиональный художник…

– А кому это надо знать? Да я бы поспорила, у тебя врожденный талант. Главное, чтобы красиво было. Я же не собираюсь предлагать твои картины экспертам.

– Хорошо, Арина, я постараюсь, – заулыбалась Тала.

– Вот и молодец! Как же тебе улыбка идет, ты становишься совсем другим человеком. А то спрячешься в свою раковину, закроешься от внешнего мира, глаза в пол, голову в плечи, капюшон на голову и пошла…

– Ой, послушай, у меня перерыв заканчивается, я побежала. Спасибо за обед, деньги и работу!

Тала обошла столик, поцеловала Арину в щеку и, накинув куртку, схватила свою сумку. Один из подвыпивших соседей с трудом сфокусировал взгляд на ее хрупкой фигуре.

– Эй! Красивая, поехали кататься в Разгуляево! – гаркнул он, растягивая блестящие от сала губы в улыбке.

– Может быть, это мой шанс? – тихо спросила Тала у подруги и, подмигнув, быстро вышла.

Ее ждали посетители аптеки, лекарства и наглое лицо Антона Александровича, решившего сегодня опять нагрянуть с проверкой, а заодно поприставать к ней.