Ночной клуб на Лысой горе - Дарья Донцова

— Ошибаешься, — затрясла головой Марфа. — Кто-то из соседей наверняка бы проговорился про тюрьму, но ни один человек слова об аресте не вымолвил. Все говорили: Балабанов скоропостижно умер, погиб, его поездом в метро задавило.

Зинаида Ефимовна усмехнулась.

— Так это Лидка, мамаша Ники, народ надула. Ей из московской милиции позвонили, она в город поехала, правду о муженьке-аферисте узнала. Когда назад вернулась, хватило ума никому не проболтаться. Только к Евдокии Тимофеевне пришла и все как есть выложила, в ноги ей упала, денег на адвоката попросила. Твоя мать ей десять тысяч долларов дала. Но не помог законник, отбыл Сергей на зону. Лидия же всем наврала, что он с платформы свалился, в коме лежит в столице. А когда приговор озвучили, мужа мертвым объявила и пить начала. Долг, конечно, не вернула. Да твоя мама на возврат денег и не рассчитывала. Евдокия Тимофеевна суровой казалась с виду, но в душе была жалостливой. Ну а через несколько лет Балабанов и впрямь умер. Повезло Лидке, никто правду не выяснил. Мне вот что интересно: а Нике она истину открыла, или та до сих пор пребывает в неведении? Даже если и так, получается: Сергей мошенник, Вероника ему хоть дальняя, да родственница, генетику салфеткой не смахнуть.

— Дочь нельзя назвать дальней родственницей, — поправила Марфа.

На лице Зинаиды Ефимовны появилось странное выражение, старушка пожала плечами.

— У тебя пока детей нет, а когда своего родишь, воспитаешь, тогда и поймешь: очень часто собственные отпрыски дальше чужих. Но я вообще-то о другом хотела сказать. Неужели ты не понимаешь, что в Интернете вранья много? У Ирины, нашей продавщицы, дочка фотографируется на фоне чужих машин и в магазинах дорогой одежды, потом пишет под снимками: «Мне подарили новые колеса», «Покупаю очередную шубу». На самом деле у нее ничего этого нет. Думаю, Вероника такая же аферистка, как Сергей. Тебя небось она давно отыскала, видела фото, но не собиралась объявляться. Зачем ты Балабановой? Что с тебя состричь можно было? А теперь… Признайся, ты писала в компьютере, что наследницей матери стала, все ее имущество получила?

— Да, — смущенно улыбнулась Марфа, — дневник там веду. Откровенный. Но у меня подписчиков нет, я для себя пишу. Легче становится на душе, когда переживания хоть куда-то выплеснешь.

— Вот уж глупость! — вскипела няня. — Уверена, поэтому Ника и появилась на твоем горизонте, кружит, как ястреб над цыпленком. Ой, сожрет она тебя! Наверняка девице твои деньги нужны.

Наивная Марфа расплакалась, а Зинаида Ефимовна велела ей:

— Сиди в Бугайске. У тебя здесь хорошая квартира, дача, магазин.

— Хочу замуж, — прошептала Марфа, — а в нашем городе жениха не найти.

— От мужиков одни неприятности, — поморщилась пожилая женщина. — Не дай бог, забеременеешь от друга милого, а он удерет, придется тебе одной с малышом мучиться. Лучше живи в свое удовольствие.

Бедная Марфа оказалась меж двух огней. Ника каждый день звала ее в столицу, писала, что непременно устроит судьбу подруги наилучшим образом. А Зинаида Ефимовна постоянно говорила:

— Аферистка тебя оберет и на помойку выкинет. Она вся в Сергея, отца своего, — назанимала в свое время перед отъездом в Москву у людей денег, пусть и небольшие суммы, но до сих пор никому ни копейки не вернула.

Марфа ничего не знала о долгах Ники, поэтому спросила у нее, правду ли говорит Зина.

Вероника возмутилась:

— Вранье! Кто мне, кроме твоей матери, мог хоть копейку дать? Да только Евдокия Тимофеевна отказала. Знаешь, почему Зинаида тебя против меня настраивает? У нее племянник есть.

— Витя, — подтвердила Марфа. — И что?

— А где он сейчас? — продолжала Балабанова.

— Работает в Питере. Кем — понятия не имею, — пояснила Марфа, — в Бугайск он давно не прикатывает.

— Твоя наивность беспредельна, что ни скажут, всему веришь! — расхохоталась Ника. — Витя наркоман, на игле сидит. Нужны деньги на его лечение, и нянька твоя бывшая у тебя хочет их взять. А мне твои копейки без надобности, я владелица многомиллионного бизнеса. Когда Зинаида тысячи клянчить у тебя станет, спроси ее: «Что, опять племянничек за старое принялся? Хочешь его в клинику положить? Неужели не надоело из Виктора человека делать?»

Ника словно имела экстрасенсорные способности. Буквально на следующий день Зинаида Ефимовна обратилась к воспитаннице с просьбой дать ей в долг денег на ремонт квартиры. И Марфа задала ей вопрос, посоветованный Вероникой. Бывшая нянька разрыдалась, потом закричала:

— Это все неправда!

Вышла некрасивая сцена.

Когда Зинаида Ефимовна вся в слезах убежала, Марфа решила написать Нике. Открыла ноутбук и в ленте новостей соцсети обнаружила сообщение про общество «Ведьмы Подмосковья»…

Девушка прервала рассказ, схватила со стола бумажную салфетку, прижала ее к глазам и начала всхлипывать.

— Я поняла сразу: если стану колдуньей, получу все, чего мне не хватает. Стала писать профессору, проситься к нему. Он сначала не отвечал, затем пришел ответ: «Простите, это была шутка, такой организации не существует». Ясно же, что он наврал, не хотел меня брать…

Медведева затряслась.

— И вот тогда я решила: все продаю и переезжаю в Москву, буду жить у Вероники и искать Маневина. А когда найду, стану перед ним на колени… Так я оказалась в поселке Ложкино. И тут обнаружилось, что профессор — сосед Ники по поселку. Невероятное везение! Даша, понимаете, какое это счастье?

Марфа схватила меня за запястье, и я вздрогнула — на секунду мне показалось, что руку обожгло огнем, такими горячими были пальцы гостьи.

— У вас температура? — спросила я.

— Нет, прекрасно себя чувствую, — заверила Медведева.

Дегтяреву надоело слушать ее биографию, он решил выяснить, что же случилось у Балабановой.

— Итак, вы приехали к Нике, поселились у нее в доме, потом пришли к Дарье, чтобы упросить Маневина принять вас в общество «Ведьмы Подмосковья»…

— Нет, — вдруг возразила Марфа. И стала объяснять: — Туда, в смысле в организацию, берут только колдуний, а я еще ничего не умею. Хочу учиться в Академии магии, которая открыта при обществе. Но мне говорят, что можно только заочно. А я хочу очно! Потому что там преподает сам профессор и лучшие Бабы-ёги!

— Бабы-ёги… — эхом повторила я. — Но мой муж не читает лекции нечистой силе!

— Даша, подожди, — попросил меня Александр Михайлович. — Марфа, что сегодня произошло в коттедже Ники?

Медведева покачала головой.

— Я так сумбурно не могу рассказывать, надо по порядку. Значит, слушайте. Продала я в Бугайске все: квартиру, магазин, дачу. Хорошие деньги получила. Ох и страшно же было, когда их сюда везла! Вдруг кто догадается, что у меня такие ценности при себе?

Она помолчала.