Трам-парам, шерше ля фам - Наталья Александрова

– Это все где-то далеко, – протянула Надежда.

– Очень опасное заблуждение! – возразил Виктор Степанович. – Многие люди думают, что трагедии и преступления происходят где-то далеко, и поэтому не соблюдают элементарные правила осторожности.

Надежда поняла, что капитан проводит так называемую профилактическую беседу, и решила перехватить инициативу.

– Так что вы говорите, – перебила она, – неужели здесь появился настоящий маньяк?

– Опять-таки между нами, – наклонился к ней Виктор Степанович. – Но да, появился. – Он недолго помолчал, наблюдая за ее реакцией, и продолжил: – Недавно мы обнаружили женский труп примерно трехнедельной давности. Почерк схожий: молодая женщина задушена, труп спрятан в лесу. Нашли, как и сейчас, по чистой случайности. Но здесь хотя бы труп имеется, а у меня еще четыре женщины по району пропали. Как говорится, без вести.

Артем поймал в зеркале взгляд странного пассажира и решил вмешаться:

– Что-то вы, товарищ капитан, тещу мою пугаете.

– Я не пугаю, – возразил Виктор Степанович, – я пока только предупреждаю.

– Спасибо, конечно, за предупреждение. – Надежда Николаевна приложила руку к сердцу. – Только вы же сказали, что этот ваш маньяк интересуется исключительно молодыми женщинами. Для меня он вряд ли представляет опасность.

– Да что вы такое говорите! – воскликнул капитан. – Вы еще вполне молодая и исключительно приятная…

Он смутился и замолчал.

Надежда услышала странный сдавленный звук, взглянула в зеркало и увидела давящегося от смеха «зятя». Послала ему через то же зеркало грозный взгляд, процедила:

– Это как мне вас понимать? Это вы меня пугаете или пытаетесь, грубо говоря, клеить? Кстати, передайте Марусе, чтобы пришила вам верхнюю пуговицу на рубашке, а то висит на одной нитке.

– Марусе? – Виктор Степанович изумился. – При чем здесь Маруся?

– Вам виднее. Вы же сказали, что она вас ждет.

– Но это же…

– Я вам не мешаю? – подал голос Артем. – Кстати, мы уже в Сертолове.

– Ой, правда! – спохватился капитан. – Мне на следующем перекрестке нужно выйти. – Он снова повернулся к Надежде: – Большое вам спасибо, очень выручили! Кстати, может быть, зайдете? Буквально на минутку! Я вам настоящий кофе сварю. – Он покосился на ее термос и окончательно смутился. – В том смысле, что ваш кофе тоже хорош, но все-таки…

Артем снова фыркнул, но тут же взял себя в руки.

– А что, Надежда Николаевна, не стесняйтесь! Отсюда уже городские автобусы ходят, доберетесь без проблем.

Надежда снова послала ему грозный взгляд и сухо проговорила:

– Нет уж, Виктор Степанович! Конечно, спасибо за предложение, но я очень занята, и потом у вас Маруся.

– Маруся? – капитан растерянно заморгал. – Да при чем здесь Маруся?

– Но как же? – возмутилась Надежда. – Интересно, как она отреагирует на появление незнакомой женщины?

– Нормально отреагирует, она у меня очень ласковая. – Виктор Степанович увидел странное выражение в глазах Надежды Николаевны и добавил: – Маруся – это кошечка моя.

– Ах, кошечка!

– А вы что подумали?

– Приехали! – Артем затормозил. – Что, Надежда Николаевна, остаетесь?

– Ни в коем случае! Едем в город!

– Сам Вадиму расскажешь или мне позвонить? – спросила Надежда, уже выходя у собственного подъезда.

– Да что рассказывать? – взорвался тот. – Как вы… как мы дурака валяли полдня? Ни черта не выяснили, только время потеряли.

Надежда хлопнула дверцей и, не прощаясь, пошла к подъезду. Этот противный парень полностью прав, поездка была зря. Но это не дает ему права так разговаривать с малознакомым человеком.

На следующее утро Надежда Николаевна встала очень недовольная собой. В самом деле, она проявила слабость, когда согласилась помочь Вадиму. А все ее страсть что-то расследовать, найти, выяснить до конца. Нужно было отказаться – вежливо, но твердо. Ладно, что сделано, то сделано, теперь у нее хотя бы есть полное право честно смотреть Вадиму в глаза. В конце концов, если так волнуется, пускай сам ищет свою бывшую.

Надежда повеселела и решила заняться хозяйством. Полила цветы, запустила стиральную машину. Дальше ей на глаза попался кухонный светильник.

Светильник этот давно не работал, что-то в нем сломалось. Муж пытался его починить, но не справился – поломка оказалась выше его компетенции. Проще всего было выбросить этот светильник и купить новый, но уж очень этот подходил к обоям.

Надежда решила, что пока работает стиральная машина, она успеет дойти до магазина, где этот светильник был куплен.

Магазин назывался «Все для дома», и там продавалось действительно практически все, что может понадобиться в доме: бра и торшеры, вешалки и крючки для полотенец, цветочные горшки и кашпо, коврики и занавески и еще море совершенно бесполезных предметов, используемых для украшения интерьера.

По магазину задумчиво слонялись женщины разного возраста. Особняком держались две беременные, одержимые инстинктом гнездования.

Надежда почувствовала себя крайне неуютно. Она прошла в отдел электротоваров, убедилась, что нужного ей светильника нет, и уже хотела покинуть магазин, как вдруг увидела что-то очень знакомое.

Это было настенное панно – горный пейзаж, составленный из кусочков разноцветного стекла.

Именно эти кусочки показались Надежде знакомыми. Да что там показались, они были точь-в-точь такими же, как те стеклышки, из которых была составлена мозаика на даче пропавшей жены Вадима Окунева.

Точно такие же полупрозрачные стекляшки густо-лилового, темно-синего и нежно-голубого оттенков плюс розовый и светло-зеленый.

Надежда подошла к панно. В голове у нее шевельнулась какая-то мысль, эта мысль еще не вполне определилась, но как раз в этот момент рядом остановилась молодая продавщица. Надежда повернулась к ней:

– А у вас нет такого же панно, только чтобы пейзаж был не горный, а морской? Понимаете, я очень боюсь высоты, у меня от одного вида гор голова кружится. А море, наоборот, очень люблю.

– Че-го? – протянула продавщица. – Другого нет, дама. Берите это, оно последнее.

– Но я же вам объясняю: мне не подходит горный пейзаж. От одного вида гор у меня кружится голова. А морские пейзажи, наоборот, очень успокаивают.

Рядом с Надеждой остановилась одна из покупательниц.

– Женщина, я вам скажу, где есть то, что вы ищете. Здесь рядом, за углом, мастерская, где делают такие вещи. У них и готовые панно есть, и на заказ сделают, что захотите, хоть море, хоть речку, хоть дубовую аллею. Там и дешевле будет, в магазине очень большая наценка.

– Ничего не большая! – фыркнула продавщица. – И нечего у нас свой товар рекламировать.