Исповедь обманутой жены - Галина Владимировна Романова

Алла сунула под мышку газеты с журналом, вежливо улыбнулась старику.

– Я могу не отвечать людям, которые о вас спрашивают?

– В каком смысле?

Она мгновенно напряглась. Мгновенно! Ей даже показалось, что она побледнела.

– Ну, вот если о вас кто-то меня спросит, я могу не отвечать о вас правды?

Старик жутко мучился, подбирая слова. Он даже вспотел. Алла заметила, как из-под легкой кепки с висков по щекам заскользили капли пота. Миссия, которую он на себя возложил, оказалась ему не по плечу. Но отступать он был не намерен. И она, поначалу немного подосадовав на старика, решила ему помочь.

– Иван Митрофанович, кто-то обо мне спрашивал?

– Да, – обрадованно закивал старик.

– Кто спрашивал? Что именно спрашивал?

– Их было трое, – округлив глаза, ответил старик. И выкинул сразу три артритных пальца вверх. – Две молодые женщины. Даже девушки. И один мужчина. Молодой.

– Как они выглядели?

– Девушка одна симпатичная, высокая, русоволосая. Глазки голубые, напуганные. Вторая скелябра.

– Кто-кто? – переспросила Алла со смешком.

– Противная, вертлявая, волос почти нет. Черная вся какая-то. Курящая! – ужаснулся Иван Митрофанович. – И мужчина. Лет сорок. Приятной внешности. Полноватый. Вежливый.

– Что они хотели?

Алла мысленно перебрала всех своих знакомых, малознакомых и нежелательных знакомых. Не было среди них компании из молодого полного вежливого мужчины и двух девушек с такими приметами.

– Спрашивали вас. Где вас можно найти.

– А вы что?

– Сказал, не знаю. А я и правда не знаю. – И Иван Митрофанович неожиданно подмигнул ей с молодым задором. – А и знал бы, не сказал.

– Что еще спрашивали? – поняла Алла, что это еще не конец истории.

– Спрашивали, как давно вы тут поселились? С кем общаетесь? И нет ли среди знакомых ваших мужчин Игоря… Сейчас, минуточку. – Старик полез в карман теплой стеганой куртки, достал бумажку, развернул. Зачитал: – Лаврова. Игоря Сергеевича Лаврова.

– А вы что?

– А я ничего. Говорю, не слежу за соседями. Особо за их знакомыми мужчинами. И вообще, ничего не знаю. И тогда девушка, та, что была с русой косой, достала свой паспорт и показала мне. Говорит, я купила у вашей соседки комнату в центре. И у меня есть к ней вопросы.

– К комнате? – попыталась пошутить Алла и даже пыталась улыбнуться, но губы одеревенели. Веселья не сложилось.

– К вам вопросы, Алла Викторовна. Мол, к вам вопросы есть. И она тоже была Лаврова. Как и мужчина, о котором они спрашивали. Но ведь… – Старик беспомощно развел руками и с обидой молвил: – Но ведь нет у вас никаких мужчин, дорогая вы наша Алла Викторовна. Вы от них к нам сюда сбежали. Так ведь? На окраину. Из самого центра. Престижного и красивого. Так ведь?

– Так, – нехотя согласилась Алла и шагнула вперед, намереваясь сдвинуть старика от своей двери.

Ей надо было срочно очутиться за своей надежной тяжелой дверью. Срочно следовало забраться с ногами на диван в кухне. И подумать. Хорошо подумать. Прежде чем решаться на общение с незнакомой ей Лавровой.

Она ведь попросила ей позвонить. Срочно! А почему, не уточнила. Если русоволосая девушка разыскивала Аллу по той же самой причине, что и Алла пыталась разыскать предыдущего жильца комнаты на проспекте, это одно. Тут она бы еще согласилась ее выслушать и даже поговорить не отказалась бы.

Но если причина в другом? Если причиной будет начало новых неприятностей для Аллы? Что тогда? Прощай, спокойная размеренная жизнь? Начинай снова оглядываться. Перебегай на другую сторону улицы, если лицо в толпе покажется опасно знакомым. Вздрагивай от каждого шороха, от каждого звонка в дверь и по телефону.

Так, что ли?!

– Это ее номер телефона, Иван Митрофанович? – Алла задумчиво крутила в руках бумажку, с почтением врученную ей стариком.

– Да. Она так сказала.

– Хорошо. Спасибо вам. Я позвоню ей. Непременно позвоню.

Она вставила ключ в замок. Отперла. Распахнула дверь и шагнула в теплую чистенькую прихожую.

– Значит, я все верно сделал, Алла Викторовна? – снова пристал взволнованный сосед. – Вы не сердитесь?

– Не сержусь. – Она все же сумела ему улыбнуться. И через силу произнесла: – Вы все правильно сделали. Спасибо.

Она закрыла дверь, для верности задвинув еще и щеколду. Хотя днем никогда почти этого не делала. Сбросила с ног подъездные тапки. И тяжелой походкой пошла в кухню.

Мягкий бархатный диванчик под образами в правом углу был ее любимым местом. Она сразу решила, что поставит его сюда. Хотя он еле вместился. Пришлось даже избавляться от большого модного холодильника, поменяв его на маленький.

В уголке диванчик. Справа от него широкое окно с широким подоконником, под ним ниша с дверками. Что-то типа маленькой кладовки. По следующей стене занял место дорогой кухонный гарнитур. Маленький, всего на полтора метра, но дорогой и функциональный. Дальше холодильник. И торцом к нему узкий раскладной столик с парой мягких стульев.

Здесь было очень тесно, очень по общепринятым меркам. Но так ей здесь было хорошо. Так хорошо, что, забравшись на диванчик, она могла часами сидеть, уставившись в ноутбук, или книгу читать, или просто слушать, как тикают часы.

В комнате разместился спальный гарнитур. Громоздкий и богатый. Она поначалу пыталась его продать, чтобы поменять на что-то более функциональное. Не вышло. Цены хорошей за спальню никто не давал. А дарить за просто так то, что ей тоже досталось недешево, не хотелось. Вот и занял этот набор дорогой и не очень нужной ей мебели все ее двадцать квадратов. Широченная кровать, целых четыре шкафа, резной туалетный столик, банкетка, пуф, еще пуф, два винтажных стула.

Зачем ей это все? Ей и кровать не с кем было делить, и шкафы были наполовину пустыми.

Алла повертела в руках бумажку с номером телефона, который нацарапал для нее услужливый Иван Митрофанович.

Лаврова… Лаврова…

Кто такая эта Лаврова? Позвонить, нет?

Позвонила.

– Вы спрашивали меня вчера, – пояснила Алла. – Говорили с моим соседом. Вас было трое.

– Да, да, извините меня за беспокойство, пожалуйста. Дело в том, что я покупала у вас комнату на проспекте.

– Не у меня. Вы купили ее у риелторской компании, – поправила Алла. – Они действовали на основании генеральной доверенности, выданной мной.

– Да, да, все так. – Девушка как будто смущалась. – Но вы жили там до меня. В той самой комнате.

– Да, жила, – ответила Алла нехотя после того, как Лаврова назвала ее прежний адрес. – И что?

– Я могу вас спросить, почему вы съехали?