Смерть и дева. Эхо незнакомцев - Глэдис Митчелл

Слева от них пастбище и пшеничные поля полого сбегали к реке. Вдалеке виднелся шпиль церкви. Живые изгороди делили на части луга, высились стога сена и дубы, в пшенице мелькали маки, а кое-где и нежно-голубые цветы льна. Дорога, словно для того, чтобы запутать невежд, уверенных, будто весь Норфолк — это равнина, плавно двинулась в гору, сделала поворот, и прогулка стала интересной и приятной.

Примерно через три четверти мили от проселочной дороги ответвилась еще одна, очень узкая и неровная.

— Нам туда, — сказал Дарнуэлл.

Высокие растрепанные верхушки живых изгородей, в которых изредка попадались калитки, скрывали из виду почти весь ландшафт. Церковь исчезла за деревьями, но судя по пролетающим стайкам стрижей, до нее по-прежнему было недалеко.

Через полмили дорога разделилась. Даже не взглянув на путь, который казался более очевидным, Дарнуэлл решительно свернул вправо. Тенистые деревья заслоняли обзор, а дорога, сузившаяся до размеров тропы, неспешно направлялась вниз по склону к реке.

— Вот мы и на месте, — объявил Дарнуэлл. — Теперь в калитку, и мы его увидим.

Укрытие оказалось хитроумным сооружением из веток, воздвигнутым над ямой естественного происхождения. Неподалеку от него обнаружилась поляна — маленькая, покрытая коротким дерном и на редкость укромная.

Миссис Брэдли прокралась к укрытию. Возле входа в него вились и жужжали мухи, какие-то птицы оставили множество отпечатков лап, но какие именно, она не знала и выяснять не собиралась. Тонкая и юркая миссис Брэдли пригнулась к самой земле, извлекла из глубокого кармана юбки лупу с большим увеличением и изучила землю. Потом легла вдоль укрытия и сделала вид, будто подносит к глазам полевой бинокль. Осмотрев окрестности, она вынесла вердикт:

— Место выбрано удачно. С чем и поздравляю мистера Кэмпбелла.

— Сплошной уют и удобства, — съязвил Дарнуэлл. Миссис Брэдли поднялась.

— Вам виднее, — безмятежно отозвалась она. — Вам, наверное, довелось сражаться в окопах в 1914 году и ютиться в блиндажах?

— Дьявол! А я думал, что еще молодо выгляжу. Знаете, мне ведь было всего двадцать, — он засмеялся. — Вы увидели здесь все, что хотели?

— Не совсем, — она направилась к укромной полянке. — Полагаю, здесь мало кто бывает.

— Очень мало. Большие дороги в стороне, если их можно назвать большими, деревня — всего дюжина домов и единственный колодец. Пойдемте, посмотрим заодно и его. Не хочу возвращаться раньше, чем обещал. Чтобы девушка не подумала ничего такого.

— Вы настоящий рыцарь, мистер Дарнуэлл.

— Ну, я бы так не сказал. Знаете, научен опытом.

— Он мало кого учит. Надо обладать интеллектом выше среднего, чтобы научиться чему-нибудь на своем опыте.

— А вы на нем чему-нибудь научились?

— Думаю, в том числе тому же, чему и вы: чужое чувство собственного достоинства лучше не задевать. Не следует ловить с поличным товарищей по несчастью.

Дарнуэлл усмехнулся.

— Сам знаю. Потому и вернусь домой не раньше, чем через час. Кто знает, как там развлекается Сэди.

— Это уже настоящий круг терпимости — только не порочный, а добродетельный, мистер Дарнуэлл.

— Так проще жить, — объяснил Дарнуэлл. — Скажите, куда мне нельзя наступать.

— Стойте, где стоите, и будет замечательно, — осторожно ступая, она подошла к нему. — Здесь больше нет никаких следов, которые хоть что-нибудь значат для меня, — объявила она. — Идемте, мистер Дарнуэлл. Осмотрим деревню и остановим первого же попавшегося мальчишку.

— Зачем?

— Чтобы выяснить, знает он об этом укрытии или нет. Кстати, а вы сами как нашли его?

— О чем и речь! Раз вы спросили, я расскажу. Я выследил Кэмпбелла, когда он шел сюда. Это было уже после того, как он попытался втянуть меня в свою игру и потерпел поражение. Я подумал, что стоит сделать ответный ход, и просто последовал за ним.

— А он не заметил?

— Он-то? Нет. Когда-то я охотился на оленей. Так что он меня не увидел и не учуял. Я все время держался за живой изгородью, а он шел по дороге. А когда на следующий день я увидел, как он садится на поезд, то вернулся сюда, прошел дальше и увидел укрытие, но приближаться к нему не стал. Не хотел наследить возле входа.

— Все просто. Да. Думаю, у него оно было не единственное.

— Верно. Как минимум еще одно должно быть в камышах.

— Полностью с вами согласна.

— Да, это так. И еще одно — на болотах.

— На болотах?

— На них самых. За мостом идете прямо, вместо того чтобы повернуть к станции, а после указателя — направо. Потом первый поворот направо и дальше вперед.

— Так я и сделаю, мистер Дарнуэлл, спасибо вам большое. Нет, к вам в бунгало я не вернусь. Я думала выпить чаю с подругой в деревне.

Никаких деревенских ребятишек им не встретилось.

Когда вернулся Гэвин, миссис Брэдли было что ему рассказать, в том числе любопытный факт, который она утаила от Дарнуэлла. В грязи у входа в укрытие она заметила следы крови, поэтому, явившись к нему еще раз позднее, взяла образцы. В разрушенном бунгало крови не оказалось.

— Ясно, — кивнул Гэвин. — А что насчет деревенских детей? Насколько я понимаю, вы с Дарнуэллом никого из них не встретили.

Им удалось разыскать одного замурзанного щекастого мальчишку: меланхолично насвистывая, он волочил за собой палку. Миссис Брэдли остановила его.

— Ты живешь здесь?

— Да, живу.

— В деревне есть полицейский?

— Нет.

— Значит, вам, ребятам, не о чем беспокоиться?

— Ась?

— Ну, я вот о чем: что бы вы ни натворили, вас не наказывают.

— Наказывают. Мой отец.

— Разумеется. А здешние мальчишки играют в лесу?

— Некоторые, — ответил он, собираясь отойти.

— А ты?

— Вроде как.

— Ты не встречал в лесу мужчину с биноклем, наблюдающего за птицами?

— Нет, — он хотел улизнуть, но миссис Брэдли удержала его за рукав.

— Ты уверен? — решив, что разговор достиг критической точки, Гэвин вступил в него. — Я из полиции, мне надо узнать все об этом человеке. Ты можешь для начала описать его?

— Если вы про мистера Кэмпбелла, тогда я был с Беном Тэтфордом, но мистеру Кэмпбеллу мы ничего не сделали.

— Когда ты был там с Беном Тэтфордом?

— В прошлом году, на летних каникулах.

— А, ясно. И чем же занимался мистер Кэмпбелл?

— Смотрел в бинокль.

— На что смотрел?