Английский бульвар - Чингиз Абдуллаев

Но умные мужчины принимают мои сомнения нормально.

— Мы заедем к маркизе, и потом я отвезу вас в отель, —предлагает Алессандро.

— Конечно, — быстро соглашаюсь я, чтобы не обидеть моегонового знакомого.

Можно подумать, что я только и делаю, что езжу в гости кмаркизам.

Алессандро встает и уходит к своему автомобилю. Цирилзаговорщически наклоняется ко мне и тихо шепчет:

— Между прочим, сеньор Куацца самый известный ухажер во всейИталии. Перед его обаянием не может устоять ни одна женщина.

— В таком случае я не завидую его супруге, — холодно отвечаюя этому наглецу. Он мне очень не нравится. Но Цирил улыбается еще шире.

— Алессандро не женат, — сообщает он мне. — Еще не нашласьженщина, которая может вскружить ему голову настолько, чтобы он пошел подвенец. Но жених он завидный. Один из самых известных и богатых людей в Италии.

Я делаю вид, что меня не интересуют подобные мелочи, хотяслушаю очень внимательно. Может, Алессандро — это моя новая судьба?

— Чем он занимается? — спрашиваю я Цирила.

— Разве он вам не говорил? — удивляется тот. — Недвижимость,сеньора. У него несколько домов в Милане, Турине, Генуе, Перудже. Если бы вывидели его роскошный дворец в Риме! Многие аристократы охотно посещают егостоличный дом. А какая у него яхта! Если мы остановимся на побережье, ближе кпорту, я смогу показать вам его яхту. Он купил ее у самого Куцумариса изаплатил за эту «игрушку» больше трех миллионов долларов.

Я киваю, как будто понимаю, что он говорит. Хотя кромепоследней суммы, мне ничего не понятно. Но если мой новый знакомый в состояниизаплатить такую сумму за яхту, имеет дома в стольких городах Италии идействительно крупный бизнесмен, то мне необыкновенно повезло. В этот моментраздается автомобильный сигнал. Это подъехал на машине Алессандро. Мыподнимаемся, чтобы сесть в автомобиль, и я задаю свой последний вопрос:

— Вы его давно знаете?

— Уже лет десять, — охотно отвечает Цирил. — На самом делездесь все знают друг друга. Сложился очень тесный круг общения. Все ходят вгости друг к другу, все обо всех все знают. Монако — очень маленькая страна,сеньора Ксения, а на нашем побережье традиционно отдыхают люди, которыеприезжают сюда из года в год.

Когда мы подошли к машине, я отбросила последние сомнения.Конечно же, Алессандро не аферист. Это видно по его запонкам и по его манерам.И зачем Цирилу врать мне, рассказывая об успехах сеньора Куаццы? К тому же мывыходим на площадь и я вижу автомобиль, за рулем которого сидит Алессандро. Яне очень разбираюсь в автомобилях, но вижу, что это очень дорогой кабриолет«бентли».

Такая машина стоит больше, чем я получу за всю свою жизнь.Человек за рулем подобного автомобиля не станет грабить одинокую женщину врасчете поживиться ее несколькими франками. И вообще, глупо думать, что я имеюдело с грабителями или игроками. Такую машину невозможно взять в аренду, ееможно только купить.

Поэтому я без колебаний прохожу к автомобилю. Цирил любезноусаживается на заднее сиденье, и я оказываюсь рядом с Алессандро на переднем.

Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. Машинабудто летела. А какая замечательная дорога, какие тоннели мы проезжали. Внизубыли видны огни Ниццы. Алессандро беспрерывно шутил, улыбался, и я видела егопрекрасные зубы. Я даже подумала, что нужно себя ущипнуть, слишком легко мнеудалось знакомство с таким человеком. Может, у него русская бабушка и емунравится славянский тип лица? Ведь хорват Цирил тоже славянин. Хорваты,кажется, католики по вероисповеданию. Но здесь тоже все правильно. Хорватывсегда тянулись к итальянцам и вообще к западному миру, как и словенцы. Аправославные сербы, греки, македонцы относили себя к восточному миру. Это япомню еще из учебников истории. Хотя лично мне все равно, в какую церковь ходитАлессандро. Если он попросит меня пойти в синагогу или буддийский храм, яохотно соглашусь. Такой мужчина встречается раз в жизни. Это как выигранныйлотерейный билет. Один на миллион.

Машина летит по направлению к Ницце. Мы сворачиваем страссы, направляясь к городу. Я уже абсолютно успокоилась. Очевидно, я емунравлюсь, в этом нет никаких сомнений. Я замечаю, что он внимательно следит завыражением моего лица, за моими словами. Так может вести себя тольковлюбленный. Нужно его немного помучить, но совсем немного, чтобы толькораспалить его желания.

Главное — не соглашаться переспать с ним в первую же ночь.Хотя мне будет очень трудно ему отказать. Но пусть он знает, что имеет дело спорядочной женщиной, а не с любительницей приключений.

Отказать нужно мягко, чтобы не обидеть. Но одновременнонужно дать понять, что уже завтра он может рассчитывать на мою благосклонность.Пусть один день попостится, ничего страшного. Если я ему действительнонравлюсь, он и завтра будет готов возить меня от Монако до Ниццы. Даже всопровождении своего знакомого.

Мы подъезжаем к высокой ограде. Ворота автоматическиоткрываются, и автомобиль въезжает на дорожку, ведущую к дому. Машинаостанавливается на площадке перед домом. Здесь, наверное, гектара три или четыре.Я вижу несколько роскошных машин на стоянке.

Алессандро поворачивается ко мне и озаряет меня белоснежнойулыбкой.

— Становится прохладно, — говорит он, нажимая какую-токнопку.

Над нами поднимается верх автомобиля, и через минуту мысидим уже в закрытой машине. Алессандро улыбается еще раз и выходит изавтомобиля; «Какой он заботливый», — думаю я, с умилением глядя в ему вслед. Онидет в сторону дома, а мы вдвоем с Цирилом остаемся в салоне автомобиля.Признаться, я немного разочарована. Наверное в душе я надеялась, что онпригласит меня в дом. Введет, так сказать, в высшее общество Ниццы. С другойстороны, как я могу появиться в доме маркизы в таком виде? У меня неплохойкостюм, но он светлый и явно не годится для вечернего приема. К тому же, кромесумочки, у меня ничего нет. Даже обувь явно не тянет на тот класс, какой долженбыть на приеме у маркизы и соответствовать этому дому и машине, в которой яприехала.

Алессандро входит в дом. Мы сидим в машине. Неожиданно Цирилспрашивает меня:

— Вы когда-нибудь были на Капри?

— Нет, — отвечаю я, чуть обернувшись, — я вообще в Италиибыла только один раз. В Милане. Больше нигде. И мне очень хочется посмотретьИталию.

— Эта лучшая страна в мире! — пылко заявляет Цирил.

Все-таки он мне не нравится. В его словах и жестах естьнечто нарочитое, лживое. Может, это потому, что он мне не нравится внешне? Илипотому, что его присутствие мешает моему общению с Алессандро? Не знаю, почему,но Цирил мне не понравился с самого начала.

— Посмотрите, — вдруг говорит он, — у меня есть фотографииКапри.