Микроб без комплексов - Дарья Донцова

– Какие? – заинтересовалась я.

– Не скажу, – неожиданно осеклась противная баба.

– Хотите кофе? – решила я сменить тактику.

Валентина неожиданно засмеялась.

– За копейку информацию купить решила? Полагаешь, я дура? Ха! У тебя есть миллион долларов?

– Десять свободных лимонов в швейцарском банке лежат, – огрызнулась я, – только из любви к искусству у чужих людей унитазы мою.

Валя вытащила из сумочки пачку ментоловых пастилок.

– Ну и не задавай тогда глупых вопросов. Ответ бабок стоит.

– А мне показалось, что вы хотите узнать правду о смерти дочери, – заехала я с другой стороны.

Гостья сунула в рот конфетку и прошепелявила:

– Истина и без того лежит на поверхности. Они ее убили!

Я моментально ощутила себя охотничьей собакой.

– Кто?

– Зойка и остальные! – гаркнула мать Зинаиды.

Мой энтузиазм тут же иссяк.

– Подумайте, что вы говорите! Кроме пожилой дамы, в семье одни дети: Ляля, Веня и Настя.

– Ха! Одна притвора, второй себе на уме, третья хамло. Они все Зину прикончили!

Вот тут мне окончательно стало ясно: у Валентины беда с головой. Надо осторожно избавиться от сумасшедшей, психи легко впадают в агрессию, и они, как правило, обладают большой физической силой.

– Валечка, – ласково пропела я, – ну подумайте спокойно и поймете: ни Зоя Владимировна, ни ребята не виноваты в произошедшем. У вас горе, сочувствую от всей души, но семья Звонаревых тут ни при чем.

– Зину заразили! – попугаем повторяла незваная гостья.

Я попыталась воззвать к ее разуму.

– Пневмония не передается от больного к здоровому.

– А вот передалась! – стояла на своем безумная.

– Это абсолютно невозможно, – пробормотала я, – нонсенс.

– Раз я говорю «да», значит, да! – затопала ногами Валентина.

Я тут же включила заднюю скорость.

– Хорошо, хорошо! Вы, безусловно, правы. Зина подцепила болезнь от Эдиты. И что?

– Как что? – вскочила Валентина. – Дочь умерла, они обязаны мне заплатить!

Я изобразила сочувствие.

– Милая, сядьте…

Гостья неожиданно послушалась, и я, вдохновленная этим, продолжила:

– Ни один суд не накажет Зою Владимировну и тем более ее внучат. Разве можно посадить в тюрьму того, кто передал вам инфекцию? Зину жаль и…

– Вообще-то неудачная девчонка была, – отмахнулась Валя, – тупая, гордиться матери нечем. Но теперь я могу компенсацию за ущерб получить.

От столь откровенно алчного заявления я растерялась. В тот момент у Валентины в сумке зазвенел мобильный. Жадная баба приложила трубку к уху.

– Ну? А? Лады, через полчаса.

Валентина встала и ткнула мне в грудь пальцем.

– Слушай! Говорить красиво я не умею, но мозгами щелкаю быстро. Зинка была дура, да хорошо видела и мне про все рассказывала. Я много чего интересного знаю! Передай Зойке – с нее миллион долларов. Наличкой! Если через неделю не привезет… да, если не привезет, будет плохо. А сама уходи отсюда. И поживей. Запомнила?

– Да, конечно, – кивнула я и заверила психопатку: – Не волнуйтесь, выполню ваше поручение.

– И еще… – обернулась на пороге Валентина. – скажи суке Звонаревой: мишки спрятаны. Я долго не хотела этого сообщать, но, видно, пришла пора открыть карты.

Я удивилась:

– Кто?

– Мишки! – повторила ненормальная.

– Какие мишки? – уточнила я.

– Она поймет, не сомневайся! – загадочно улыбнулась Валентина.

Я довела безумную до выхода, выставила ее на лестницу и заперла дверь. А через пару минут опять раздался звонок.

В прихожую мы с Лялей вбежали вместе.

– Не открывай, – остановила я девочку. – Нельзя впускать в квартиру абы кого. Странно, что у вас нет видеофона.

– Он сломался, – сообщила Ляля.

– Отойди! – приказала я. Затем спросила, повернувшись к двери: – Кто там?

– Это я, – ответил голос Звонаревой, – ключи впопыхах забыла.

– Вы уже вернулись? – поразилась я, впуская хозяйку в дом.

– Ляля мне на работу позвонила, – отдуваясь, сообщила Зоя Владимировна, – да сразу с совета сбежать не удалось. Где Валентина?

– Ушла, – успокоила я Звонареву, – только что.

Пожилая дама села на стул.

– Фу… Слава богу! К сожалению, Валя безумна. Я очень испугалась, когда Лялечка о ее приходе сообщила. Ну и денек сегодня! Ладно, побегу назад. Прямо ноги подкашиваются, так и инфаркт заработать недолго.

– Бабулечка, прости, – захныкала Ляля.

– Тебя никто не винит, – все еще тяжело дыша, ответила Зоя Владимировна.

– Зря тебя потревожила, – зарыдала девочка.

– Успокойся, ты ничего плохого не совершила, – недовольным тоном прервала внучку пожилая дама.

– Вот! – взвизгнула вдруг Ляля. – Я хочу как лучше, а получаюсь гадиной! Я самая плохая! Тупая! Меня никто не любит! У меня нет друзей! Как ни стараюсь, ничего не выходит! Пойду повешусь!

Громко плача, Ляля убежала, а Зоя Владимировна покачала головой.

– Трудный возраст… Не принимайте близко к сердцу, Ляля замечательная девочка, но в последнее время подвержена резкой смене настроения – то смеется, то слезы льет. Гормональный всплеск!

– Трудно ребенку превращаться во взрослого человека, – подхватила я, – сама в пятнадцать лет была невыносима.

– Лялечке пришлось много горя пережить, – с жалостью произнесла Зоя Владимировна. – Смерть матери – тяжелейший стресс. Ну да ладно, со всем справимся. Детей вырастим, на ноги поставим, выучим, выкормим, воспитаем из них хороших людей. Вас Валентина не напугала?

– Немножко, – улыбнулась я, – хотя, когда она про миллион долларов компенсации за смерть Зины потребовала, я сообразила, что по ней явно психушка плачет.

– О-хо-хо, грехи наши тяжкие, – выдохнула Зоя Владимировна, поднимаясь. – Ладно, полечу обратно на ученый совет. Не пускайте в дом посторонних.

– Надо починить домофон, – предложила я.

– Верная мысль, – одобрила хозяйка. – Надеюсь, сегодня Валентина более не придет.

– Она дала вам неделю на то, чтобы собрать запрошенную сумму, – засмеялась я.

– Вот спасибо, – усмехнулась Звонарева, – прямо сейчас велю своему банкиру купюры отсчитывать. Ну что с психопатки взять!

– Еще она просила передать: мишки спрятаны.