Глазастая, ушастая беда - Дарья Донцова

Я мерно кивал в такт словам гостьи. Браво, незнакомый Петюня, вы поступили умно. Отселили мать в загородный особняк, обеспечили ей шикарный быт и обрели наконец-то свободу.

– Я хочу внуков, – вела тем временем свою партию дама, – нельзя Петечке жить одному. Я не вечна. Вот уйду на небеса, и с кем он останется?

«Сам с собой», – мысленно ответил я. Ну почему всем женщинам непременно надо открыть сафари на неокольцованного парня? Почему им всегда хочется его стреножить, загнать в стойло, посадить несчастного на железную цепь под названием «Счастливая семейная жизнь»? По какой причине дамы не могут понять, что кое-кто из представителей сильного пола прекрасно себя чувствует в статусе холостяка?

На секунду перед моим мысленным взором развернулась такая картина. Вот я уселся в своем кабинете в кресло, налил себе немного арманьяка, открыл книгу, сделал глоток благородного напитка, опустил глаза на страницу, и… В комнату ворвалась женщина, топнула ногой и завела:

– Я погибаю у плиты! Варю обед! Паша обкакался! Маша рыдает, она хотела причесать Демьянку, а та не далась. Я от усталости падаю! А он сидит! И в ус не дует! Книжонку листает! Встань! Помоги мне немедленно!

Я поднимаюсь, иду по коридору, спотыкаюсь о разбросанные игрушки, в нос ударяет запах жирного супа, который я терпеть не могу, в гостиной дерутся дети… Я добираюсь до прихожей, хватаю Демьянку, у которой кто-то выдрал клок шерсти, тихонько открываю входную дверь и уношусь прочь. Куда я бегу? Да мне все равно, лишь бы подальше от семейного счастья, к которому я совершенно не готов.

– Ну и как тебе наш план? – вклинился в мои мысли голос маменьки.

– Он прекрасен, – автоматически ответил я.

– Вы согласны? – уточнила Дюка.

– Если человек одобряет твой план, то ясно, что он с ним спорить не станет, – отрезала Николетта. – Ну мы помчались.

Я очнулся, потряс головой и поинтересовался:

– Куда?

– Неужели не понятно? – ответила Николетта. – Жека, Дюка, вперед. Времени мало.

Дамы вскочили, ринулись в прихожую и исчезли. На отступление им понадобилось минуты две. Вот тут я опешил и спросил у Бориса, который закрыл дверь за веселой компанией:

– Почему они столь ретиво сбежали?

На лице батлера появилось удивление, он ответил:

– Вы дали согласие на участие в их проекте.

Я насторожился.

– В каком?

Борис медлил с ответом, а я сообразил, что моя манера отключаться и думать о своем во время беседы с Николеттой сегодня сыграла со мной злую шутку.

– Жанна Николаевна хочет женить Петю, чтобы нянчить внуков, – объяснил Борис, – а Николетта решила выдать за него Дюку.

– М-м-м, – промычал я, не понимая, какая роль отведена в этой истории мне.

– Дамы придумали сценарий, как охомутать олигарха. У него украдут Китти. Петр ее обожает, спать не ложится без того, чтобы ее не поцеловать.

– Ну и зачем Жанне нужна невестка, – перебил я батлера, – пусть поселит у себя Китти и нянчит ее.

– Китти – не девочка, – сказал Борис.

– Необычное имя для мальчика, – заметил я, – но суть дела от этого не меняется. Думаю, Жеке безразличен пол внуков.

– Китти – эскимосская нежная кошка, – уточнил Боря.

– Эскимосы живут в Гренландии, на Аляске и востоке Чукотки, – удивился я, – там суровые погодные условия. Я плохо осведомлен о быте народности, которая проживает на Крайнем Севере. Возможно, они держат в своих домах кошек. Мурлыки милы, пушисты, с ними тепло спать, они могут служить живыми грелками. Наличие домашних кошек у эскимосов меня не удивит. Но дикие? Как они выживают зимой на территории, где градусник порой показывает минус пятьдесят?

Борис сел за стол.

– Сам удивился. Я просто повторяю то, что говорила Жанна Николаевна. Чтобы привлечь внимание Пети к Дюке, придуман план экстраординарной гениальности.