Одинокая смерть - Чарлз Тодд

— А после войны не было недоразумений, ссор между теми, кто вернулся? Может быть, что-то случилось во Франции и вражда продолжалась здесь?

— Если и были, меня это не касалось, поэтому не могу подтвердить. — Доктор поколебался, потом добавил: — Дэниел Пирс — вот кто мог стать исключением. За два дня до того, как он исчез, я встретил его на улице, на левой щеке у него был кровоподтек. Он не высказался по этому поводу, я тоже. Ничего серьезного, думаю.

— Я слышал, что он был возмутителем спокойствия в юности. — Ратлиджу хотелось услышать об этом мнение доктора.

— Возмутитель спокойствия? Громко сказано. Кто вам сообщил? — Гудинг нахмурился. — Вы ведь не подозреваете его в этих убийствах?

— Как близко он был знаком с Джефферсом и Роупером?

— Наверно, не больше, чем Энтони. Я всегда считал, что его выходки имели целью всего лишь привлечь внимание брата и поразить воображение окружающих. Младший всегда пытается доказать всем, что он не хуже.

— Какого рода выходки? — гнул свое Ратлидж. Он видел, что Уокер занервничал, но не обращал на него внимания.

— Ему самому, наверное, это казалось веселыми шутками. Однажды летом трое или четверо мальчиков, надев на себя простыни, пошли на церковное кладбище ночью. Они напугали до смерти жену церковного сторожа и двоих служек. А в ночь Гая Фокса они соорудили свой собственный костер, подожгли старую мельницу на окраине города. Мельница не работала, и там никого не было. Но если бы ветер понес искры в направлении жилых построек, могло бы случиться несчастье. Некоторые люди возмущались и требовали, чтобы зачинщиков посадили в тюрьму. Но возобладали трезвые головы, и мальчишек просто сопроводили домой, чтобы их наказали родители.

— Это не похоже на мальчишескую шалость.

— Я был на месте, — вдруг вмешался Уокер, — они не собирались никому причинить вред. Но еще до случая с мельницей произошло несчастье. Один из них чуть не утонул. Они начитались об инквизиции и попытались воспроизвести ведьмин стул, это когда ведьм испытывали водой. Сначала мальчишки тащили жребий, кому быть ведьмой. Но они не привязывали никого, а просто смотрели, сколько испытуемый продержится. Пруд был неглубокий, но они перепугались, когда голова того, кто вытащил несчастливый жребий, ушла под воду.

— Он все еще живет в Истфилде?

— О нет, сэр, — ответил Уокер. — Уже пятнадцать лет прошло с тех пор, как его отец, который был счетоводом на мебельной фабрике, насколько помню, нашел себе другую работу в Стаффордшире, поближе к семье жены.

Все замыкалось на Дэниеле.

— Дэниел воевал вместе с остальными волонтерами из Истфилда?

— Как и брат, он сразу получил офицера, но предпочел идти в саперы.

Помня, что говорили о тяге Дэниела к приключениям, инспектор подумал, что такое решение вполне было в его характере. Опасная работа — подрывать туннели под противником, закладывать туда заряды. Минеры часто погибали во время взрыва, когда он происходил неожиданно, или их заваливало в туннеле, когда они возвращались, чтобы посмотреть, почему не произошел подрыв.

— Что-нибудь еще можете добавить? — спросил Ратлидж.

— Джефферс был в ту ночь сильно пьян. Вообще-то он не был пьяницей, только раз в год напивался, отмечая годовщину своего ранения, когда чудом остался жив; шел в паб и пил пива столько, сколько влезало. Он мне однажды сказал, что был так близок к смерти, что частенько переживал все заново.

— Так, значит, все трое получили ранение во Франции?

— Да. Ко мне пришли копии медицинских свидетельств об их ранениях.

Ратлидж повернулся к Уокеру:

— Вы спрашивали в пабе, не было ли там в тот вечер незнакомых людей? Может быть, кто-то интересовался Джефферсом?

— Нет. Только завсегдатаи. И все знали, что у Джефферса очередной юбилей. Они привыкли.

Доктор Гудинг снова со значением взглянул на часы, и Ратлидж на этот раз смилостивился — поблагодарил доктора и попрощался.

Он оставил Уокера в участке, взяв у него показания свидетелей, которые тот собрал до его приезда, и пошел в гостиницу их читать.

Клерк за стойкой обратился к нему:

— Мистер Ратлидж? К вам посетитель, сэр.

— Кто? — удивился инспектор.

Но клерк уклонился от вопроса:

— Он ждет вас в салоне за лестницей.

Ратлидж прошел в салон, который служил гостиной и иногда обеденным залом для небольших групп людей.

Там стоял человек и смотрел в окно на сад. Он повернулся, услышав шаги Ратлиджа.

— Инспектор Ратлидж? — Взгляд его внимательно изучал лицо Ратлиджа. — Я инспектор Норман, полиция Гастингса.

Они обменялись рукопожатиями.

— Меня к вам послали в связи с тремя убийствами, надеюсь, вы не возражаете, что я веду расследование вместо вас, — сказал Ратлидж.

— Не особенно, хотя мне не нравится, что преступник разгуливает вблизи Гастингса. Надеюсь, ваше появление его остановит.

— Я тоже, — улыбнулся Ратлидж. — Как думаете, что могло привлечь его в Истфилд? Здесь случалось что-нибудь подобное?

— Да нет. Обычные ссоры, иногда драки, небольшие кражи, жалобы на соседей, что те ходят через их участок. На дороге бывают аварии, раз в два года. В основном все спокойно, и Уокер — хороший констебль. Но все трое были на войне. И не удивлюсь, что в этом причина. Большинство служили вместе, только Энтони просил его перевести, он не хотел командовать земляками. По-моему, поступил очень правильно. Тяжелее поддерживать порядок и дисциплину среди людей, с которыми вместе вырос.

— Или легче, — заметил Ратлидж.

— Бывает и так, — согласился Норман, — конечно, не обязательно причина кроется в войне. Думаю, что Энтони Пирс все-таки не упускал из виду своих соотечественников, хотя воевал не с ними вместе. Если бы что-то там произошло, мы бы об этом узнали от него или от кого-то из них. Может быть, так думал и убийца? А иначе зачем класть убитому Энтони, который был офицером, в рот солдатский знак?

Вопрос оставался открытым.

Норман собрался уходить.

— Желательно, чтобы дальше не пошло. Ограничилось Истфилдом. Если понадобится моя помощь, дайте знать.

Он кивнул на прощание и ушел.

Ратлидж подумал, что Норман не терял времени даром и сразу пришел взглянуть на конкурента. Ведь он пробыл в Истфилде всего несколько часов. Интересно, кто сообщил инспектору Норману о его приезде?

Хэмиш неожиданно сказал: «Кто-то, кому не нравится вмешательство мистера Пирса».

Ратлидж провел несколько часов за чтением бумаг, которые дал ему Уокер, и отметил некоторые детали, о которых до этого момента не успел узнать. Например, что никто не покидал паб в течение получаса после ухода Джефферса. Домашние Роупера не заметили проникновения чужих на их ферму. Старый пес мирно спал у ног старшего Роупера — правда, его слух был притуплен преклонным возрастом.