Золото Атлантиды - Наталья Александрова

Пережить постоянные сборища школьных друзей ей помогали беседы с Георгием. Гйрой, как она теперь его называла. При ближайшем знакомстве он оказался приятным человеком – спокойный, неглупый, с чувством юмора, хороший рассказчик. Он рассказывал ей забавные случаи из тех археологических экспедиций, где участвовал вместе с дедом, про свой любимый предмет – историю. Признался, что был молодым самонадеянным дураком, когда в свое время не захотел специализироваться на шумеро-аккадской культуре, не захотел продолжить дело своего деда – дескать, все подумают, что он сам ничего не может, прячется за широкой спиной академика.

– Дед тогда обиделся, но вида не подал, он гордый был человек и чужое мнение уважал.

– А где же ты работаешь? – задала Марина естественный вопрос.

– Специализировался на истории России восемнадцатого века, работаю в историческом архиве.

И, заметив, что Марина невольно поморщилась – что за работа в архиве, во всяком случае для мужчины,одна пыль веков, – подмигнул и рассказал, чем он зарабатывает на жизнь, поскольку зарплата его и правда невелика.

– Составляю на заказ родословные. Вот обращается ко мне человек, просит узнать, кто были его предки. Фамилия у него хорошая, дворянская, но корни давно утеряны. Сама понимаешь, столько всего в стране произошло, особенно за последние сто лет. Вот я ищу записи старые, упоминания. Церковные книги очень помогают, дворянские родословные книги, да много документов есть.

– А если окажется, что никакой он не дворянин, тогда что?

– В корень смотришь, – усмехнулся Георгий, – тогда по обстоятельствам, от клиента зависит. Иному лучше и соврать, чтобы неприятностей не иметь. Пускай человек гордится, кому от этого хуже?

Ей нравилось его слушать. Голос негромкий, приятный, речь немного старомодная, без всяких сленговых и грубых словечек, но живая. В его рассказах герои древней истории выглядели реально существующими людьми.

Так, римский диктатор Гай Юлий Цезарь был, оказывается, лысый, оттого и носил все время лавровый венок, чтобы лысину прикрыть. А царица Елизавета Петровна любила, чтобы ей перед сном не меньше получаса чесали пятки.

Великий полководец генералиссимус Суворов вставал очень рано и, будучи в походе, самолично проезжал по лагерю и будил солдат криком петуха.

Император Наполеон ел очень быстро, все подряд, одновременно из нескольких тарелок – суп, жаркое, десерт. Запихивал все это в себя в течение десяти минут и бежал заниматься государственными делами.

А деятель времен Французской революции 1789– 1799 гг. Марат, оказывается, был заколот в ванне вовсе не потому, что принимал ее после встречи с любовницей. У него была серьезная болезнь кожи, поэтому, чтобы избавиться от зуда, он вообще все время проводил в ванне – и работал, и принимал посетителей.

Слушая Георгия, Марина невольно думала, что, если бы в школе им рассказывали хоть что-то живое и интересное об этих исторических личностях, тогда их можно было бы представить себе воочию. И – как знать? – возможно, она заинтересовалась бы, стала бы читать, потом захотела бы учиться дальше. И не работала бы в зачуханной фирмочке по продаже кондиционеров, и не познакомилась бы с Антоном, когда он пришел заказывать большую партию.

И не вышла бы за него замуж. И не застала бы его на диване с Камиллой.

Конечно, все может быть… Но тогда она не встретилась бы с Георгием. С Герой.

Осознала эту мысль Марина не сразу. Разъезжаясь с дачи Рябоконей, уславливались встретиться через три дня. У Женькиной девицы Леночки, оказывается, намечался день рождения, она приглашала в новый ночной клуб.

– Я не смогу, – пробормотала Марина, – у нас корпоративная вечеринка.

Она сказала это просто так, потому что поймала себя на мысли, что жалеет, что не увидится с Герой. Он еще многое должен ей рассказать, и вообще их беседы придавали ей сил. В своих разговорах они по негласному соглашению не касались никого из присутствующих. Марина не расспрашивала его о том, как они познакомились с Камиллой, хотя невольно задавала себе вопрос, отчего сошлись такие разные люди. Он тоже не касался ее семейной жизни, может быть, почувствовал, что ей это неприятно?

Зато с интересом слушал ее рассказы о Тимке, какой он большой и умный ребенок и как она по нему скучает.

Так что сейчас она сказала, что не сможет пойти, просто машинально. Станут они из-за нее переносить встречу, как же…

Но ее услышали.

– Ой, я тоже не смогу! – спохватилась Камилла. – Спасибо, Маринка, что напомнила!

Вот как, оказывается, ее все-таки замечают! Марина поскорее отвернулась, чтобы никто не видел ее лица.

Поход в ночной клуб отложили, несмотря на то что Леночка надула губки.

В коридоре возле лестничной площадки Марина увидела секретаршу босса Сашу и костюмершу Лилю. Лиля с задумчивым видом лизала леденец на палочке. Саша читала ей нотацию:

– Ты не знаешь, какую дрянь они кладут в эти леденцы! Это же сплошная химия! Тебе, в твоем положении, нельзя все подряд в рот тащить…

– А что я могу поделать, если организм требует! Вот прямо слышу, как он говорит – хочу чупа-чупс…

– Ну, если требует… – сдалась Саша.

– Это ладно, я со своим организмом как-нибудь разберусь, – продолжила Лиля, подозрительно разглядывая леденец. – Вот действительно серьезный вопрос: что надеть на корпоратив? У нас же годовщина канала на носу, а я из всех платьев выросла…

– Можешь особенно не заморачиваться, – фыркнула Саша. – Шеф сказал, что дела идут плохо, денег нет, и в этом году мы не будем снимать ресторан.

– То есть как это – не будем? – возмутилась Лиля. – Каждый год отмечали годовщину, а теперь вдруг не будем?

– Ой, да тебе-то не все ли равно? Ты же ничего не пьешь, почти ничего не ешь… что тебе за радость от корпоратива?

– Дело в принципе! Годовщина есть годовщина, ее полагается отмечать, это закон природы… тем более что пять лет – это круглая дата. Ну, не то чтобы совсем круглая, но, скажем, овальная… а вообще-то ты права, редкостная гадость! – Лиля поморщилась и выбросила леденец в мусорное ведро.

– Не волнуйся, отметим мы эту несчастную годовщину! – успокоила ее Саша. – Только не в ресторане, как в прошлом году, а прямо здесь, на студии.

– Вот радость-то! – скривилась Лиля и повернулась к Марине. – Это значит, мы будем на побегушках! Если бы в ресторане, так там все обслуга делает, а ты только ходишь в красивом платье и с прической, а если здесь – значит, нас заставят. Бутерброды порезать, фрукты почистить, напитки разлить… а мне, может, противно на эту еду смотреть! У меня, может, организм не принимает…

– Не беспокойся, – заверила ее Саша. – Тебя никто не тронет, мы вот с Мариной вполне управимся.

На следующий день все уже только и говорили о грядущем корпоративе. Каналу действительно исполнялось пять лет, по этому поводу шеф с тяжелым вздохом выделил из своего скромного бюджета некоторую сумму на напитки, закуски и оформление. Кто-то из персонала заикнулся о том, чтобы пригласить ведущим известного шоумена, но тут шеф зашипел, как рассерженная кобра: