Перстень Александра Пушкина - Анна Князева

Филиппов распахнул дверь и шагнул в кабинет.

– Разрешите?

Вадим Григорьевич метнул в него строгий взгляд.

– Объявляю вам замечание. Когда начальство зовет, являться нужно ко времени.

– Виноват!

– Садитесь. Ваше счастье, что я задержался… С Москвой говорил. – Генерал уперся руками в стол и, дождавшись, пока Филиппов сядет, начал:

– Не хвалят нас с вами, друзья… Надеюсь, вы понимаете, что террористы должны быть пойманы и наказаны в кратчайшие сроки. Знаю, многие из вас вторые сутки без сна. Но должен заметить: сделано недостаточно.

Филиппов пригнул голову, исподлобья оглядывая присутствующих. Напротив него сидели несколько офицеров из ФСБ. Их всех он если не знал, то хоть раз в жизни видел. Слева от него расположились ребята-оперативники – Гриша Румянцев и Станислав Расторгуев.

Румянцев что-то написал на листке и подвинул его Филиппову. Тот прочитал:

«В НИИ скорой помощи был?»

И написал ответ:

«Был. Ничего».

Генерал Деточкин между тем продолжал:

– По предварительным данным, и многие из вас об этом уже знают, взрывное устройство располагалось в чемодане. Модель чемодана, как и его производитель, установлены. Наши эксперты хорошо поработали. Видеозапись, которую изъяли в службе безопасности вокзала, некачественная. К тому же чемодан до момента взрыва пребывал в зоне видимости всего десять секунд…

– Прошу прощения. – Один из фээсбэшников поднял руку. – Если чемодан побывал в зоне видимости, значит, рядом был тот, кто его нес?

– Вез, – уточнил генерал. – Вернее, везла. Известно, что это была женщина, но ее на записи нет. – Девочкин кивнул в сторону специалиста криминалистического отдела. – Товарищ все нам расскажет.

Криминалист поднялся и пояснил:

– Между предполагаемой террористкой и камерой постоянно крутился высокий толстяк. Чемодан смогли рассмотреть, только когда она его бросила и пошла к выходу. Толстяк направился следом, словно нарочно закрывая ее. Через несколько секунд прогремел взрыв.

– Сообщник террористки?

– Возможно. Его изрешетило осколками.

– Мертв?

– Так точно.

Девочкин жестом усадил криминалиста на место.

– По предварительным данным, взрывное устройство мощностью около пяти килограммов в тротиловом эквиваленте было начинено поражающими элементами. Специалисты склоняются к мнению, что взрывное устройство при помощи дистанционной системы управления привел в действие человек, находившийся в здании вокзала.

– Хозяйка чемодана? – спросил фээсбэшник.

– Не исключаю. Как и то, что в толпе пассажиров был сообщник. – Генерал поднял глаза и начал проговаривать обязательную часть каждого подобного совещания: – По факту взрыва Главным следственным управлением Следственного комитета России возбуждены уголовные дела по части 3 статьи 205[1], части 2 статьи 105[2], части 1 статьи 222[3], части 1 статьи 223[4]Уголовного кодекса России. – Вадим Григорьевич Девочкин сел в свое кресло и сложил перед собой руки. – Как я сказал, на данный момент изъята документация службы безопасности вокзала. – Он поднял голову и взглядом отыскал нужного человека. – Попрошу все это изучить и поскорей доложить о результатах.

– Так точно, – ответил кто-то с другого конца стола.

– Теперь послушаем представителя ФСБ. – Генерал кивнул в сторону седого краснощекого человека. – Полковник Беленков Виктор Семеныч, вам слово.

Тот кивнул в знак согласия, но подниматься не стал, заговорил, не вставая с места.

– Скажу сразу: у спецслужб не было информации о появлении в Санкт-Петербурге диверсионных групп или террориста-смертника. Именно поэтому вряд ли проясню ситуацию. Не ошибусь, если скажу, что этот взрыв для всех нас был неожиданностью. – Полковник развел руками. – В настоящий момент работаем, как и все вы, и, как только появится о чем сообщить, сообщим.

– Что ж… – задумчиво произнес Девочкин. – Подведем итог: преступнице удалось проникнуть на территорию железнодорожного вокзала, доставить взрывчатку, инициировать и отследить момент взрыва и покинуть вокзал. Возможно, у нее был сообщник, не исключено, кто-то из них мог пострадать. На сегодняшний день мы не имеем права исключать ни одну из версий, даже версию о террористе-смертнике. У нас пятеро погибших… – Генерал поднял голову, к кому-то прислушиваясь. – Что? Уже семеро?.. Ну вот. И около тридцати раненых. Любой из них может оказаться преступником.

Филиппов поднялся с места:

– Вы сказали, что к взрыву причастна женщина. Откуда это известно?

Кивнув, Девочкин объяснил:

– Показания ненадежные. Получены от вокзального бомжа. Утверждает, что якобы она дала ему денег на пиво и что взорвался именно ее чемодан. Хотя, учитывая его непреходящее состояние опьянения, доверять таким показаниям невозможно.

– Он описал ее? – спросил Филиппов.

– Женщина европейской внешности, приблизительно 25–30 лет, высокая, с длинными темными волосами, худощавого телосложения.

– Что еще он видел?

– Через три секунды после того, как деньги оказались в его руках, он уже стоял у буфета.

– И это спасло ему жизнь, – резюмировал Филиппов, но, заметив строгий взгляд генерала, продолжил: – У меня все. – И сел на место.

– Я бы посоветовал вам, Иван Макарыч, как следует изучить записи видеокамер не только в день взрыва, но и в предыдущие дни. Возможно, получится установить других участников террористического акта.

– Слушаюсь. – Филиппов чуть привстал со своего места.

– Криминалисты-взрывотехники… – Девочкин поискал кого-то глазами.

Над головами мужчин появилась изящная женская голова и тонкий голосок сообщил:

– Бомба представляла собой взрывчатую смесь на основе пластита, уверенно говорить о том, что она была начинена поражающими элементами, преждевременно…

Генерал перебил:

– Что значит преждевременно? – Он хмыкнул. – Надо же… Из тел погибших и раненых извлекают осколки, а у вас нет никаких данных?

– Эти осколки могут быть элементами ручной клади, багажных тележек и металлических стульев, – обиженным голосом заметила женщина-взрывотехник. – Отбор объектов и образцов выполнен. Произведена детальная видео– и фотосъемка. О результатах исследований доложу по мере готовности.