Страсти оперной дивы - Марина Серова

– Олька?

– Ну да. Ольга Быстрова. Она тоже, вроде меня, после училища на подпевках ходила. А тут догадалась, видать, что хороший куш можно сорвать, и давай к нам лезть. А мужики – они… сама знаешь. Их только пальцем помани… Ну, в общем, пришлось мне за счастье свое побороться…

– Но ведь – не напрасно? Ведь победа осталась за вами?

– Да ладно тебе, чего ты все «выкаешь»? Давай-ка на брудершафт…

Но от коньяка я снова отказалась, и, скрестив руки, мы синхронно выпили каждая свой напиток.

– Ну ладно, как хочешь, – расслабленно говорила Изольда, наливая пятую порцию. – А победа и правда осталась за мной. Куда ей, этой… Да, впрочем, ладно. Что было, то прошло. Только она-то, похоже, из злопамятных. Я так и знала, что будет мстить. Поэтому и подумала о телохранителе. И видишь – не напрасно. Откуда она взялась, эта собака? Она ведь насмерть загрызть могла… здоровая, как теленок.

– Думаешь, это Ольга подстроила?

– Ну, а кто же еще?! Больше и вариантов нет. Я думаю, и с поклонниками… это она организовала. Все эти нападки…

– Но как она могла зайти в гостиницу? Пробраться в номер… Незаметно это сделать здесь невозможно.

– Ну-у… – саркастически улыбнулась Изольда. – За деньги в наше время все возможно. – Надо будет хорошенько дневную смену потрясти, наверняка они что-то знают.

– Так, значит, из-за этой Ольги ты так настаивала на телохранителе? – вернулась я к начальной теме.

– Ну да. Выступления-то – в опере. А она и сейчас там работает. Мало ли что может… подстроить.

– На подпевках? – вспомнила я презрительное выражение Изольды.

– Ну там… не знаю. Я не интересовалась ее… карьерой.

– Но если она так решительно задалась целью вредить тебе, я не вижу смысла съезжать из гостиницы. Если уж этих подкупила, подкупит и других. Здесь, по крайней мере, не так людно. Все всех знают. Контролировать проще. А новое место – новые расходы и, вполне возможно, новые проблемы.

Услышав о расходах, Изольда призадумалась, но, по-видимому, окончательно я ее не убедила.

– Ладно… утро вечера мудренее. Давай-ка спать. А то завтра я вообще… не запою.

Примадонну заметно развезло, но я помнила, что у меня есть еще один невыясненный вопрос, и как бы невзначай поинтересовалась:

– А вот этот… Миша… ты говорила, – он тоже местный?

– Ну да, – непонимающе посмотрела на меня Изольда. – А что Миша?.. Миша как Миша. Его Толик по старой дружбе приютил. Ну и таскает за собой. Надоел уж всем, а куда его денешь…

Последние слова Изольда договаривала, уже закрывая дверь своей спальни, ясно давая понять, что доверительные разговоры на сегодня окончены. Но ее интонации ясно свидетельствовали, что она чего-то недоговаривает и что в отношениях с Мишей имеется некий неизвестный мне подтекст.

«Надо будет все это разъяснить, – думала я, проводя итоговый обход и проверяя надежность замков. – Изольда не хочет слишком подробно комментировать отношения с Мишей, тем больше поводов у меня эти отношения выяснить. Между прочим, интересно было бы узнать, где его номер? Она говорила, что Мишу поселили вместе с Чаркиным…»

Я вспомнила, что на крик Изольды Чаркин выскочил из двери, расположенной с левой стороны от люкса самой примы. Значит, и Миша должен был находиться там. Но он почему-то не появился…

Смутные подозрения, возникшие у меня при самом первом столкновении с этим загадочным персонажем, росли, росла и решимость проверить свои догадки. Наверняка есть еще люди, не понаслышке знающие подоплеку внутренних взаимоотношений в этой эстрадной «семье». Все эти Аллочки-Наташи – должны же они ориентироваться в обстановке.

Завтра, пока Изольда будет репетировать, постараюсь порасспросить обо всем этом. Да и об Ольге этой заодно. Если она и сейчас работает в театре, может, удастся с ней самой пообщаться. Тогда сразу будет видно – она или не она. Завести в чужой номер громадную псину – это вам не шутки. Это и самому недюжинным храбрецом нужно быть. Да еще сделать так, чтобы никто не знал…

Нет, есть во всем этом что-то… непонятное.