Испытание добродетели - Чингиз Абдуллаев

В салоне своего автомобиля Вейдеманис набрал номер телефона Дмитрия Апрелева.

Тот ответил почти сразу:

— Слушаю вас.

— С вами говорит частный детектив, который помогает господину Монахову в расследовании убийства вашего прежнего руководителя, его брата, — пояснил Вейдеманис. — Мы могли бы увидеться?

— Зачем? — спросил Апрелев. — Я уже все рассказал следователю. Даже не одному, а двоим. Сначала был Вавилов, теперь другой. Кажется, Гайдаев или как-то в этом роде. Вы думаете, что если меня будут допрашивать каждую неделю, то я вспомню что-то новое? Должен вас разочаровать. Ничего интересного я добавить уже не смогу. А зачем Монахов вас нанял? Никак не может успокоиться? Но там все понятно, и не нужно дергаться. Все равно вы ничего больше не накопаете.

— Тем не менее мы хотели бы с вами встретиться.

— В данном случае это зависит и от моего желания. А я не хочу больше ни с кем встречаться. Вы не официальные лица, чтобы я был обязан общаться с вами. Извините. До свидания. — Дмитрий отключился.

Эдгар взглянул на Дронго и пояснил:

— Этот незаменимый адъютант отказался встречаться с нами. Странно, ведь работает на своем прежнем месте и должен быть более всех остальных заинтересован в расследовании этого убийства.

— Я позвоню старшему Монахову, — решил Дронго, доставая свой телефон.

— Добрый вечер, Сергей Владиленович, — начал он разговор. — Вас беспокоит эксперт Дронго.

— Я сразу узнаю ваш голос, — сообщил Монахов. — Он достаточно характерный, ни на какой другой не похожий. Вы встретились с Александрой Львовной?

— Да, спасибо. Мы с ней очень обстоятельно поговорили.

— Нашли что-то новое?

— Пока рано об этом говорить. У нас к вам очередная просьба. Вы можете позвонить Апрелеву и сказать, чтобы он нас принял и поговорил с нами? Мы пытались с ним повидаться, но Дмитрий отказался от встречи.

— Нужно было сказать, что вы выполняете мое поручение, — заявил Монахов.

— Мы сообщили ему об этом, но он все равно отказался встречаться.

— Как это отказался? — разозлился Сергей Владиленович. — Сейчас я позвоню этому выскочке. Парень совсем обнаглел. Решил, что может себя так вести, если я попросил его пока заниматься делами моего брата.

Дронго опустил руку с телефоном.

— Сейчас перезвонит, — пояснил он Вейдеманису.

— Почему Дмитрий отказывается от встречи?

— Не знаю. Но Монахов говорит, что теперь все дела его брата ведет именно Апрелев, оставленный «на хозяйстве». Может, поэтому. Не хочет, чтобы в его дела вмешивались посторонние. В подобных случаях всегда есть некие финансовые тайны, в которые не стоит посвящать посторонних людей.

В этот момент зазвонил телефон Дронго.

— Он вас ждет, — сообщил Монахов. — Запишите адрес офиса. Внизу вам оставят пропуска на ваши фамилии.

— Адрес мы знаем, — ответил Дронго.

— Их офис на седьмом этаже, — добавил Сергей Владиленович. — Я доходчиво объяснил этому молодому наглецу, что если он слышит мою фамилию, то должен стоя разговаривать с любым человеком, который звонит ему от моего имени. Иначе просто оттуда вылетит. Мне не нужен родственник первой жены моего погибшего брата, позволяющий себе подобное хамство.

— Спасибо, — Дронго отключился и сказал: — Кажется, у нас будут некоторые проблемы с этим Апрелевым. Видимо, Монахов‑старший его недолюбливает, терпит и ждет, пока тот приведет в порядок все дела его погибшего брата.

— Наверное, Апрелев это понимает, — проговорил Вейдеманис.

— Видимо, да. Тем более интересно будет с ним переговорить.

В город они въехали достаточно быстро, но затем попали в пробку и добрались до нужного адреса только через час. Внизу им выдали пропуска. Часы показывали пятнадцать минут восьмого.

Вейдеманис снова набрал номер Апрелева.

— Это опять звонит эксперт, который расследует убийство Алексея Владиленовича по просьбе его брата, — сообщил он.

— Знаю, — недовольно выговорил Дима. — Я жду вас уже целый час. Где вы находитесь?

— Поднимаемся к вам на седьмой этаж.

— Хорошо. Я вас жду.

На седьмом этаже находились кабинеты инвестиционной компании Монахова. В коридоре их уже ждал тот человек, к которому они и приехали.

Этот парень среднего роста, подвижный, юркий, с рыжеватыми волосами, немного выпученными глазами отличался суетливыми движениями. Он был одет в темно-серый костюм и розовую рубашку, на которой сиял ярко-красный галстук.

— Здравствуйте, — не очень приязненно сказал он мрачным голосом. — Я Дмитрий Апрелев.

Руки гостям этот тип не подал. Было понятно, что он чувствовал себя оскорбленным.

— Идемте со мной, — предложил Дмитрий.

Они прошли в большой кабинет, где висела табличка с фамилией Монахова. В приемной их встретила красивая женщина лет двадцати пяти. Короткие, зачесанные назад волосы, наглый взгляд, точеная фигурка. Очевидно, младший Монахов брал на работу женщин, принимая в расчет прежде всего их физические параметры.

— Чай или кофе? — спросила секретарша. — Может, коньяк?

— Мне кофе, а моему другу чай, — ответил Вейдеманис и осведомился: — А вы давно здесь работаете?

— Шесть месяцев, — ответила барышня.

— Разве не Мила Левшова была секретарем Алексея Монахова? — уточнил Дронго.

— Мила была личным секретарем, — пояснила девушка, сделав ударение на третьем слове. — Я — обычный секретарь. Просто у нее был ненормированный рабочий день, а я обычно уходила в шесть вечера.

Слово «ненормированный» она тоже произнесла с нескрываемым сарказмом, чтобы было понятно, чем именно занималась ее возможная конкурентка.

Апрелев услышал эти слова и нервно вставил:

— При чем тут ее расписание? Не нужно говорить глупостей, Алла. Просто она была доверенным лицом Алексея Владиленовича и выполняла его личные поручения.

Алла повернулась на высоких каблуках и ничего не сказала.

Они прошли в кабинет, в котором стояла массивная мебель, выдержанная в едином стиле. Апрелев опустился в высокое кресло своего бывшего хозяина. Визитерам было понятно, что он просто наслаждался обстановкой, сидя в нем.

— Устраивайтесь. — Дмитрий показал на два кресла у приставного столика.

Гости уселись напротив него.

— Я вас слушаю, — сказал Апрелев. — Хотя вы должны понимать, что из-за вашей настойчивости я пропустил сразу две важные встречи, которые должны были состояться сегодня вечером.

— Мы должны извиниться? — иронично спросил Дронго.