Глухая стена - Хеннинг Манкелль

- Что же, по-твоему, случилось?

- Не знаю. Но опасаюсь самого худшего.

- Кто этот человек?

- Его вызвали на подмогу. И он знает, что именно Мудин глубже всех проник в тайный мир Фалька. Кто он такой, я, понятно, не знаю.

- Но почему убили ту женщину?

- Не знаю. И мне страшно.

Через полчаса Мартинссон и Альфредссон вернулись, а еще через минуту-другую явился и Нюберг, который, не говоря ни слова, сел на прежнее место.

- Из мудиновских заметок ничего путного не выжмешь, - сказал Альфредссон. - В особенности когда он пишет, что надо искать «кофейный автомат, который находится у нас прямо перед глазами».

- Он имеет в виду, что процесс будет запущен чем-то столь же будничным, как кофейный автомат. Чем-то таким, что мы делаем не задумываясь. Нажатием некой кнопки. Когда в заданное время или в заданном месте нажмут эту кнопку, что-то произойдет.

- Какую кнопку? - спросила Анн-Бритт.

- Вот это и надо вычислить.

Они попытались, но тщетно. Четыре часа. Где Роберт Мудин? Около половины пятого вновь позвонил Ханссон. Валландер молча слушал, кое-что записывал, изредка задавал вопросы. Разговор продолжался более пятнадцати минут.

- Ханссону удалось выйти на одну из приятельниц Эльвиры Линдфельдт, и та рассказала кое-что любопытное. Во-первых, Эльвира Линдфельдт в семидесятые несколько лет работала в Пакистане.

- Я думал, след ведет в Луанду, - удивленно вставил Мартинссон.

- Главное, чем она занималась в Пакистане.

- Сколько же, собственно, ветвей у этого дела? - задумчиво обронил Нюберг. - Недавно речь шла об Анголе. Теперь о Пакистане. Что дальше?

- Не знаю, - сказал Валландер. - Я удивлен не меньше тебя. Но приятельница, с которой беседовал Ханссон, все ж таки кое-что сообщила. - Он всмотрелся в свои заметки, сделанные на обороте старого конверта. - По словам этой дамы, Эльвира Линдфельдт работала тогда в Банке реконструкции и развития. Так что нам это дает связующую нить. Больше того. Порой она высказывалась весьма и весьма радикально. Решительно заявляла, что нынешний экономический миропорядок необходимо полностью переделать. А для этого сперва нужно уничтожить существующую систему.

- Понятно, - сказал Мартинссон. - Стало быть, тут действительно замешано много людей. Однако мы по-прежнему не знаем, где они находятся и что должно произойти.

- Мы ищем кнопку, - сказал Нюберг, - верно? Или рубильник? Или тумблер? Но где - в помещении или на улице?

- Неизвестно.

- Иными словами, мы не знаем ничего.

В комнате царило гнетущее уныние. Валландер чуть не с отчаянием смотрел на коллег. Ничего у нас не получится, думал он. Живым нам Мудина не найти. И предотвратить его гибель не в наших силах.

Зазвонил телефон. Опять Ханссон. Валландер уже сбился со счета, в который раз за ночь.

- Машина Эльвиры Линдфельдт, - сказал Ханссон. - Мы про нее забыли, а зря.

- Верно. Досадное упущение.

- Обычно она ставила ее на улице. Но сейчас ее там нет. Объявили в розыск. Темно-синий «Гольф». Регистрационный номер FHC 803.

В этом деле, похоже, все машины темно-синие, подумал Валландер. Ханссон спросил, что нового в Истаде.

- Увы, ничего, - ответил Валландер.

Было без десяти пять. Все устали и сидели охваченные тягостным ожиданием. Мы потерпели поражение, думал комиссар, и не знаем, что делать. Мартинссон встал.

- Я проголодался, - сказал он. - Съезжу в круглосуточный гриль-бар на Эстерледен. Кому что привезти?

Валландер покачал головой. Остальные заявки Мартинссон записал на бумажке, вышел из комнаты, но тотчас вернулся:

- У меня нет денег, может, кто-нибудь одолжит? У Валландера нашлось двадцать крон. У остальных, как ни странно, денег тоже не оказалось.

- Ладно, сперва подскочу к банкомату, - решил Мартинссон.

Он вышел. Комиссар бездумно смотрел в пространство. Заболела голова.

Но где-то под болью совершенно безотчетно сложилась некая мысль. Неожиданно он встрепенулся. Все недоуменно уставились на него.

- Что сказал Мартинссон?

- Что поедет за едой.

- Нет. После этого.

- Что подскочит к банкомату.

Валландер медленно кивнул.

- Может, это оно и есть? То, что у нас перед глазами, а мы и не видим? Искомый кофейный автомат?

- Не пойму я, к чему ты клонишь, - сказала Анн-Бритт.

- Ну, то, что мы делаем машинально, совершенно не задумываясь.

- Покупаем еду?

- Да нет, суем карту в банкомат. И получаем деньги или выписку о состоянии счета. - Валландер повернулся к Альфредссону. - Вы просмотрели записи Мудина. Там ничего не было про банкоматы?

Альфредссон прикусил губу, потом посмотрел на комиссара:

- Кажется, было.

Валландер выпрямился:

- Что он написал?

- Не помню. Ни я, ни Мартинссон не сочли это важным.

Валландер хлопнул ладонью по столу:

- Где его бумаги?

- У Мартинссона.

Валландер уже вскочил и устремился к двери.

Альфредссон следом за ним прошел в кабинет Мартинссона.

Мятые листки с записями Мудина лежали возле телефона. Альфредссон начал искать нужный, Валландер нетерпеливо ждал.

- Вот! - Альфредссон протянул ему бумажку.

Комиссар надел очки. Листок был сплошь изрисован кошками и петухами, а в самом низу, среди сложных и с виду бессмысленных цифровых комбинаций, Мудин написал, мало того, несколько раз подчеркнул, даже бумагу прорвал: «Вероятный пункт атаки. Может быть, банкомат?»

- Ты это искал? - спросил Альфредссон.

Но ответа он не получил, Валландер уже спешил обратно, в комнату для совещаний.

Все сомнения вдруг разом отпали. Да, так оно и есть. Круглые сутки люди пользуются банкоматами. И сегодня кто-то подойдет к одной из этих машин, чтобы снять со своего счета наличные, и, ни о чем не подозревая, запустит какой-то процесс, суть которого им по-прежнему неизвестна, но внушает огромные опасения. Причем не исключено, что это уже произошло.

Валландер встал из-за стола.

- Сколько в Истаде банкоматов? - спросил он.

Никто точно не знал.

- Надо посмотреть в телефонном справочнике, - сказала Анн-Бритт.

- В случае чего разбуди кого-нибудь из банкиров, но непременно выясни.

Нюберг поднял руку:

- А есть ли у нас основания для уверенности, что все вправду обстоит так, как ты говоришь?