Жена моего мужа - Дарья Донцова

– Евгения Полякова, подружка, в однойгруппе учатся. Женечка рядом с МГУ живет, квартира большая, вот Яночка у нее иночует иногда.

В коридоре затренькал звонок, Рада Ильинична,тяжело дыша, пошла открывать дверь.

– Вот, – радостно сказалаона, – знакомьтесь, Танюша. Еще одна Яночкина подружка, в одном классеучились. А это редактор журнала, – похвасталась тетка, – хочет продочку статью писать!

Танечка быстро глянула на меня, потомпоставила на стол большую хозяйственную сумку и, вытащив из кармана несколькосмятых десяток, звонко произнесла:

– Все купила, даже банановый йогуртнашла.

– Ну спасибо, что бы без тебяделала, – принялась говорить Рада Ильинична.

Да, тетка явно ничего не знала про романплемянницы с Полянским. Но скорее всего ближайшие подружки в курсе дела.

– Жаль, конечно, что самой Янынет, – вздохнула я, – но материал можно построить и по-другому. Если,конечно, подруги не откажутся ответить на вопросы. Вы далеко живете?

Таня засмеялась:

– Дальше некуда – за стенкой.

Мы пошли к ней. Девчонка тоже провела на кухнюи принялась готовить кофе.

– Давно дружишь с Яной?

– Всю жизнь, – улыбнуласьТанюша, – познакомились в пять лет, куличики вместе строили. Потом в однушколу пошли, десять лет рядом просидели. Вот только в институты разные попали.Я в математике ничегошеньки не понимаю.

– Скажи, ты знаешь, где Яна?

– В Киеве, – подтвердила Таня.

– Точно знаешь?

Выяснилось, что пятого июня, примерно в тричаса дня, Рада Ильинична позвала Танечку. Яне предложили внезапно отправиться вКиев, и она не успевала заехать домой за вещами.

– Как странно, – пробормоталая, – к чему подобная спешка, не могли заранее предупредить?

Рада Ильинична объяснила Тане, что в Киевдолжна была ехать команда пятикурсников, но кто-то заболел, и Яну срочнопоставили на замену.

Танюша послушно взяла саквояж и повезла наКиевский вокзал. Прибыла девушка буквально за пять секунд до отхода экспресса.Яна только схватила вещи, махнула рукой и вскочила в вагон.

– Она ехала одна?

– Не знаю, наверное, со всей командой.

– Интересно, Максим Полянский провожалСоколову?

Таня внезапно покраснела. Лоб, щеки и даже шеязарделись, словно маков цвет.

– Вы откуда знаете про Максима?

– Нет ничего тайного, что не стало быявным, – гордо провозгласила я.

После этих слов девушка просто побагровела.

– Вас его супруга прислала?

– Нет, что ты, деточка. Просто МаксимАндреевич попал в очень неприятную ситуацию. Я его адвокат, и мне нужновыяснить, что он делал в ночь с пятого на шестое июня. Просто не хотела зряволновать Раду Ильиничну. Скажи, ты точно видела, что Яна уехала?

– Конечно, проводница еще ругалась, чтоона в последний момент села. Поезд ь 13, вагон ь 13, такое вот сочетание. А чтослучилось с Полянским?

– Он в тюрьме, обвиняют в убийстве жены.

– Боже, – прошептала Таня, – аЯна не попадет?

– За что?

– Ну, последнее время они часто быливместе. Познакомились в сентябре и с тех пор не расставались.

Второго сентября примерно в пять часов дня Янатихонько брела в сторону метро «Университет». Внимание девушки привлексимпатичный мужчина, стоявший около джипа. Поднятый капот вездеходадемонстрировал внутренности. Мужик дергал руками проводки, потом со злостьюпнул колесо ногой, вытащил мобильник и закричал:

– Мама, прости, не приеду. Стою надороге, как дурак, со сломанной тачкой, все планы псу под хвост!

Он закрыл телефон и, не обращая внимания нато, что пачкает белые брюки, плюхнулся на бордюрный камень.

Яна в тот день никуда не торопилась. С самогодетства девочка увлекалась моторами. Когда другие дети играли во дворе вклассики и скакали через веревочку, Яночка затаив дыхание стояла возлеавтомобилистов. В двенадцать лет ребенок запросто мог разобрать и собрать внутренности«Жигулей». Со всего дома соседи тащили Яне закапризничавшие кофемолки, радио ителевизоры. У девочки оказались просто золотые руки. Увидав расстроенногомужика, годившегося ей в отцы, Яна подошла и с интересом заглянула под капот.Причина неполадки стала ясна сразу.

– Иди, иди, девочка, – безнадежносказал водитель.

Яна засучила рукава пуловера и нырнула внутрь.Через пару минут джип весело зафыркал. Страшно удивленный Макс помог нежданнойпомощнице вымыть руки и довез девушку до дома. Так начался роман.

Яна влюбилась в Максима до потери пульса. Ейничего от него не было надо: ни бриллиантов, ни шуб, ни квартир. Тольконаходиться рядом с любимым, дышать с ним одним воздухом, тихо сидеть около…

Все вечера теперь она проводила с Максимом.Иногда забегала к Танечке и с порога принималась рассказывать, какой Полянскийзамечательный, умный, нежный, тактичный, воспитанный, тонкий, красивый… Эпитетырастягивались на несколько минут. Был только малюсенький изъян – жена Вероника.Яну мучила совесть, ей не хотелось разрушать чужое счастье. Но Максим объяснилдевушке, что семьи как раз и нет, осталось одно пепелище. Развод – дело давнорешенное, и не она тому причиной.

Яночка просто летала, сияя от счастья. Впервыев жизни ей захотелось стать красивой. Поэтому, готовясь поехать с Максом вТунис, она постригла негустые волосы и выкрасила шевелюру в рыжий цвет.

– Вышло ужасно, – вздыхалаТаня, – но ей понравилось.

– Они хотели ехать отдыхать?

– Да, – кивнула подружка, –билеты купили на семнадцатое июня. Раде Ильиничне собиралась сказать, чтоотправляется в студенческий лагерь, на побережье Крыма.

«Странно, – подумала я, – мечтает опоездке с любовником на море и внезапно отправляется на олимпиаду в Киев. Ну дабог с ней, взбалмошной девицей. Ясно, раз Таня видела, как вечером пятого июняЯна садилась в поезд, значит, девушка не встречалась с Максом в роковую ночь.Неужели он и правда просидел в кабинете, притворяясь спящим?»