Объект власти - Чингиз Абдуллаев

— Нет, — испугалась Олеся, — нет! Я туда не поеду. Я нехочу… Мне нельзя… Там меня будет ждать этот убийца… Нет, нет…

— Мисс Бачиньская, — устало произнес Саймонс, — кроме насдвоих там будет еще человек пять или шесть детективов. Не считая собственнойохраны дома. Вы полагаете, что в Чикаго есть такой сумасшедший, который рискнетнапасть в одиночку на целый отряд офицеров полиции? Это при том, чтополицейский участок находится рядом, и через пять минут у здания могутсобраться еще полсотни наших сотрудников? Как вы думаете, какие шансы у этогокиллера остаться в живых, если только он посмеет что-либо предпринять?

— Но я не могу… Я не могу смотреть на мертвых. Я их боюсь.

— Трупа там уже нет. Хозяйку квартиры увезли в морг, а ееэкономку — в больницу. В доме сейчас только наши офицеры.

— Хорошо, — согласилась она, — хорошо. Я поеду вместе свами. Только вы стойте около меня и никуда не уходите.

— Обещаю, — улыбнулся Саймонс. — Я буду все время рядом.

Через пятнадцать минут они были у дома. В холле зданиядежурили двое полицейских в форме. Это Олесю немного успокоило. Но в квартире,когда она увидела кровавые пятна на диване, где обычно сидела тетя Ануся, ейснова стало страшно. В сопровождении Саймонса Олеся ходила по знакомымкомнатам, оглядывая вещи. На первый взгляд, все оставалось на своих местах. Вкабинете мужа тети Ануси за картиной находился сейф, о котором она знала. Олесяпоказала сейф Саймонсу. Тот сразу подозвал какого-то офицера с аппаратурой.Ключей не нашли, но и они не помогли бы — в нем оказался кодовый замок. Однакоспециалист из полиции справился с ним за десять минут и открыл дверцу сейфа.Там лежали какие-то акции, бумаги, письма, сорок тысяч долларов наличными идрагоценности тети Ануси, которые ей дарил покойный муж. В верхнем отделениихранился желтый конверт, надписанный крупными буквами характерного почерка тетиАнуси. Это было ее завещание, копия которого находилась у нотариуса.

Саймонс внимательно прочел завещание и передал его Олесе.

— Мне кажется, вам будет интересно с ним ознакомиться, —сообщил он.

В завещании тети Ануси говорилось, что имеющиеся у нее акциитрех разных компаний она делит поровну между детьми ее старшей сестры. Олесярасстроилась, о ней здесь не было сказано ни слова. Общая сумма наследства накаждого ее троюродного брата в Сан-Франциско составляла около трехсотпятидесяти тысяч долларов. Далее сообщалось, что загородный дом тети Анусипереходит к ее верной экономке Беате, а в случае ее преждевременной смерти — кее детям. Это тоже было очень обидно. Олеся читала, закусив губу. В концеконцов тетя могла бы вспомнить и о ней.

В завещании были упомянуты личный врач старушки, еемассажистка, парикмахер, нотариус. Каждому предназначалась определенная сумма вденьгах или в акциях. Олеся уже смирилась с тем, что никогда не прочтет своегоимени. Наверное, старушка просто не любила ее, скрывая неприязнь под маскойласки и учтивости. Оставался последний абзац. И вдруг…

Свою квартиру в этом доме со всем имуществом, находящимся вней, тетя Ануся завещала ей. Невероятно, но именно так. В абзаце четконаписано, что квартира переходит по наследству к Олесе Бачиньской. Квартирастоила больше двух миллионов долларов, и поэтому предусмотрительная старушкаоставила большую часть своих денег в банке для выплаты налогов на наследство, стем, чтобы квартира перешла к Олесе без каких-либо дополнительных проблем.

Олеся опустила письмо и растерянно огляделась. В этойквартире были чудесные картины, различные скульптуры, антикварная мебель,собранная мужем хозяйки. Все это тянуло еще на один миллион долларов.Получалось, что она в один момент стала миллионершей. Олеся хотела улыбнуться,но не смогла, ее вдруг стала бить крупная дрожь. Она снова заплакала.

— Не стоит так нервничать, — посоветовал Саймонс, забирая унее завещание. Он внимательно следил за ней и видел ее естественную реакцию.Если эта молодая особа сама организовала убийство богатой родственницы, тоиграла она гениально.

— Мы должны будем проверить по вашему телефону все входящиезвонки, — пояснил Саймонс, — чтобы гарантировать ваше алиби.

— Хорошо, — она все еще не могла прийти в себя. Выходит, чтоэтот киллер сделал ее в течение нескольких секунд миллионершей?

И в этот момент зазвонил ее телефон. Сразу несколькополицейских обернулись к ней. Олеся достала аппарат и посмотрела на Саймонса.Тот кивнул в знак согласия. Кто-то из офицеров подбежал и подсоединил ееаппарат к небольшому диктофону. Она ответила.

— Слушаю.

— Это я, — услышала она знакомый голос пана Тадеуша. — Гдеты находишься? С тобой хотят встретиться. Ты успела уехать из Чикаго?

— Нет… да… нет… — она опять взглянула на Саймонса, и тотукоризненно покачал головой.

— Я в Чикаго! — вдруг закричала Олеся. Сказались всепереживания этого дня. Она уже не отдавала себе отчета, что именно говорит. —Здесь убили тетю Анусю. И застрелили ее экономку. Я вернулась домой, но незнаю, что мне делать…

— Уходи оттуда, — успел сказать ее шеф, и в этот моментСаймонс выхватил у нее аппарат.

— Господин Дзевоньский? Где вы находитесь? Говорит лейтенантполиции Саймонс. Мне нужно с вами поговорить…

Телефон отключился почти сразу. Саймонс недоуменно посмотрелна аппарат. Может, Дзевоньский сам организовал это нападение. Но зачем тогда онв последний момент предупредил о киллере? И как он мог об этом узнать? Нужнобудет найти его и задать ему эти вопросы.

— Проверьте, откуда звонили, — приказал лейтенант и, строгоглядя на Олесю, поинтересовался: — Какие у вас отношения с шефом?

— Хорошие, — она чуть покраснела, что не укрылось отпроницательных глаз офицера. Возможно, таким образом этот неизвестный шеф хотелпоправить свои дела? Убрать старушку, оформить наследство на свою молодуюсотрудницу и затем попробовать отнять эти деньги у нее?

— Он обещал жениться на вас? — спросил Саймонс.

— Нет, — Олеся улыбнулась, — нет, никогда. У нас с ним былине такие отношения, — не очень уверенно произнесла она.

Лейтенант понимающе кивнул. Нужно будет все это тщательнопроверить. Но похоже, что эта молодая женщина права. Ей понадобится их охрана…А в следующую секунду вбежавший офицер полиции просто поразил его своим донесением:

— Мы проверили звонок, лейтенант. Звонили из Москвы. ИзРоссии.

«Только русской мафии мне здесь и не хватало!» — сраздражением подумал Саймонс.