Король умер - Эллери Квин

Еще до полудня он попал в музыкальную комнату, большую часть которой занимала сцена, способная вместить симфонический оркестр. В центре ее стоял поблескивавший полировкой концертный рояль. «Удивлюсь, если этот чудесный инструмент настроен», — подумал Эллери.

Он взобрался на сцену, открыл крышку клавиатуры и попробовал среднее си. В ответ раздался совсем немузыкальный звук. Эллери взял аккорд в среднем регистре. Результат был тот же. Решив проверить, отчего это происходит, он поднял крышку рояля и увидел, что на струнах в ряд лежат шесть закупоренных бутылок темно-зеленого цвета. Эллери взял одну из них и с любопытством разглядел. Бутылка имела форму колокола и узкое горлышко. На ней была старинная наклейка, свидетельствующая о том, что в бутылке содержится коньяк «Segonzac V.S.O.P.». Одна бутылка такого коньяка стоила не менее пятидесяти долларов.

Эллери аккуратно положил бутылку на прежнее место и опустил крышку рояля. Он нисколько не сомневался в том, что тот, кто спрятал эти шесть бутылок спиртного, был алкоголиком. По словам генерала, знакомого инспектора Квина, в семье Бендиго алкоголиком был средний брат Джуда. Так что логично было предположить, что рояль под тайник приспособил он. Тот факт, что на инструменте никто не играл, говорил о том, что музыка в этом доме не в большом почете. Эллери, успевшего к тому времени осмотреть библиотеку, это нисколько не удивило.

Однако находка в музыкальной комнате подогрела любопытство Эллери. Алкоголик, который прячет спиртное в одном месте, должен прятать его и в других. И он в своих догадках не ошибся. Задавшись целью обнаружить эти потайные места, он стал находить бутылки того же коньяка повсюду, куда заглядывал: семь в гимнастическом зале, четыре — в крытом бассейне, несколько штук в бильярдной, в зале для игры в боулинг и в комнате для игры в карты. Даже высмотрел бутылку среди цветов, когда в одиночку обедал на террасе.

После полудня, прохаживаясь по территории, прилегающей к резиденции, Эллери также наткнулся на «следы», оставленные Джудой Бендиго, — восемь бутылок возле искусственного пруда. Эллери не был уверен, что они последние. В конюшню он заходить не стал — в ней было слишком много народу, — зато проверил дупла трех деревьев. И в каждом оказался тайник. А вот у ручья его ждало разочарование. Хотя, будь у него рыбацкие сапоги, он наверняка нашел бы на дне ручья бутылку. И скорее всего, не одну.

— А я и не ставил себе цели их все найти, — объяснил Эллери отцу, когда они вечером сидели в гостиной. — У Джуды наверняка есть схема размещения бутылок, с которой он никогда не расстается. Да, французский коньяк этот парень очень любит.

— Мог бы пару бутылок прихватить с собой, — упрекнул сына инспектор. — У меня сегодня был жуткий день.

— И чем ты занимался?

— Ходил по острову. А чем еще может заниматься турист? — Инспектор достал из внутреннего кармана пиджака свернутые в рулон листки бумаги и помахал им перед сыном.

— Должен признаться, что и мне эти вынужденные каникулы начинают надоедать, — глядя на рулон, признался Эллери и, подавшись вперед, взял у отца бумаги. — Как ты думаешь, когда мы сможем начать расследование?

— Если исходить из обстановки, которую нам создали, то никогда.

— Ну а что интересного ты увидел на острове? — Эллери развернул листки бумаги.

Это оказалась схематичная карта острова с пометками, где на нем расположены заводы.

— Выглядит как обычная промышленная зона, — пояснил инспектор и стал водить пальцем по карте. — Видишь, предприятия, жилые дома, школы, дороги, грузовики, самолеты, люди… Эллери кивнул.

— А что это за заводы? — поинтересовался он.

— Думаю, в основном военные. Точно сказать не могу. Многие из них обнесены колючей проволокой, по которой пропущен ток, и висят знаки «Вход воспрещен», на входе — вооруженная охрана. К ним близко не подойти.

На некоторых листах были изображены довольно странного вида здания, а, судя по масштабу, площадь они занимали огромную.

— Никого из интересных людей не встретил? — спросил Эллери.

— Только парней из управления полковника Спринта. Рабочие на разговор не шли. Может, стеснялись.

Эллери, нахмурившись, продолжал разглядывать сделанные отцом зарисовки.

— Видели бы они, что я делаю, мой труп сейчас лежал бы на дне этого мраморного бассейна. — Инспектор поднялся и, забрав у сына листки, спрятал их в карман.

* * *

В этот вечер перед ними поднялся «золотой занавес». Начало этому положил конверт, который им принес на подносе ливрейный лакей. В нем лежала карточка из дорогой бумаги с монограммами. На ней женской рукой был написано, что инспектор Ричард Квин и мистер Эллери Квин приглашаются в семь часов вечера на коктейль, за которым последует ужин. Форма одежды — неформальная. Под текстом приглашения стояла подпись Карлы Бендиго. Был там и постскриптум, в котором «королева» писала, что о Квинах она много слышала от своего деверя Абеля Бендиго, а также извинялась, что у нее не было возможности встретиться с ними раньше.

Едва они успели дочитать приглашение до конца, как опять появился их слуга, который принес темно-синий двубортный костюм, черные ботинки, новые черные носки и шелковый галстук консервативного синего цвета. Прежде чем инспектор презрительно фыркнул, Эллери принял от слуги одежду и отпустил его.

— Примерь, отец, — предложил он. — Похоже, костюм не твоего размера. Так что у тебя будет причина появиться на ужине в своем.

Но одежда пришлась инспектору впору. И даже ботинки.

— Ну ладно, мудрец, — проворчал инспектор. — Черт возьми, да кем же они себя считают?!

В пять минут восьмого Эллери, одетый в свой лучший серый костюм, и инспектор, неловко чувствующий себя в чужой одежде, вышли из апартаментов и поднялись на верхний этаж.

Там было полно охранников. Командовал ими молодой офицер. Взяв у Квинов приглашение Карлы Бендиго, он долго рассматривал его, затем отступил в сторону и взял под козырек.

Инспектор и его сын шли по анфиладе комнат с таким чувством, что вот-вот их заставят снять обувь и дальше ползти на животе.

— Этот Кинг Бендиго совсем спятил, — проворчал Эллери.

— Что? — нервно переспросил его отец.

— Надеюсь, отпечатков пальцев он с нас снимать не будет. Как-никак мы же на него работаем.

Наконец они вошли в зал приемов, заставленный скульптурами из бронзы и мрамора, гигантскими хрустальными канделябрами и мебелью в стиле итальянского барокко. В конце зала, возле распахнутых огромных двойных дверей, стояли лакеи в ослепительно белых перчатках.

— Инспектор Квин и мистер Эллери Квин, — громко объявил один из них.

Квины вошли в соседний зал и замерли на месте.

— Ничего себе междусобойчик, — пробормотал инспектор.

Навстречу к ним быстрым шагом шла похожая на кинозвезду очень красивая женщина. Никакая цветная пленка не смогла бы передать ослепительной белизны ее зубов, ярко-рыжего цвета волос и изумрудной зелени глаз. На ней было пастельно-зеленое вечернее платье, доходящее до колен, с довольно откровенным декольте.