Мутация - Кен Макклюр

— И что теперь?

— Тело Майкла переправят в Великобританию, чтобы похоронить со всеми воинскими почестями. Вам, разумеется, расскажут о деталях процедуры похорон — после того, как вы… примиритесь с этой огромной потерей.

— Примиримся? И сколько времени это, по-вашему, займет? — с негодованием отозвался Брайан. — Нашего единственного сына отправили в богом проклятую дыру… и ради чего? Ради чего, скажите-ка мне!

— Мне очень жаль, что это произошло, — сочувственно отозвался офицер.

Мэй наконец отняла платки от лица, решив, что сейчас самое подходящее время вмешаться. Шмыгнув носом в последний раз, она спросила:

— Не откажетесь выпить чаю?

— Это очень любезно с вашей стороны, миссис Келли, но я думаю, что лучше вас оставить сейчас вдвоем. В ближайшие нескольких дней с вами свяжутся по поводу организационных моментов, и я должен предупредить, что с вами, возможно, захотят поговорить журналисты. Я оставлю вам вот этот номер телефона — можете звонить по нему, если вам понадобится какая-нибудь помощь. Еще раз очень сожалею, что принес вам такую печальную новость.

Брайан пребывал в смятении. В его душе — душе человека, не привыкшего к сильным эмоциям — бушевали гнев и горе вперемешку с ощущением бессилия. Он стоял, уставившись в пространство, плохо понимая, что происходит вокруг.

— Майкл был один, когда умер? — спросила Мэй.

— Думаю, нет, миссис Келли. Полевой госпиталь очень хорошо оборудован и полностью укомплектован персоналом.

— Я просто подумала, может быть, он сказал что-то перед…

— К сожалению, я не знаю, — ответил офицер, расстроенный тем, что не может дать стоящей перед ним женщине даже крупицу утешения в самый трудный момент ее жизни.

— Я просто подумала…

— Конечно, миссис Келли, я постараюсь узнать у тех, кто был с ним рядом… в последние минуты жизни.

— Спасибо, сынок.

Когда офицер ушел, Мэй заварила чай. Она поставила чашку на журнальный столик, но Брайан даже не обратил на нее внимания. Он произнес отсутствующим голосом:

— Тебе лучше начать обзванивать родных. Надо сообщить людям.

— Так, может, оторвешь свою задницу и сделаешь хоть что-нибудь? — внезапно выкрикнула Мэй, горе которой превратилось в гнев от бессилия добиться реакции мужа.

Брайан изумленно взглянул на нее: он впервые видел жену в таком состоянии.

— Ладно, давай я схожу к Морин и расскажу им… — сказал он, поднимаясь на ноги.

— Давай, сходи, — эхом откликнулась Мэй. — Скажи ей, что ее братишка… убит… О, Господи! Господи Иисусе, что мне делать? — Она разразилась потоком слез, и Брайан неловко попытался приобнять ее за трясущиеся плечи.

— Тише, милая, — пробормотал он. — Мне так же больно, как тебе…

— Морин захочет прийти к нам, — сказала Мэй, стараясь справиться с собой. — Скажи ей, что не надо. Мне нужно побыть одной. Я поговорю с ней утром. Поцелуй за меня ребятишек.

— Ты права, — сказал Брайан, надевая куртку. — Ты справишься? Может, что-нибудь нужно…

— Все нормально, — сказала Мэй, в последний раз высморкалась и бросила салфетку в корзину. — Я допью чай, затем начну обзванивать родных.

— Вот и умница… До встречи.

Брайан вернулся через два часа. Он рассказал своей дочери Морин и ее мужу о случившемся и с тоской наблюдал, как Кейт пытается объяснить двум своим ребятишкам, разбуженным шумом, почему дедушка так поздно пришел в гости, а мама безутешно рыдает.

— Я дома! — сообщил он.

Ответа не последовало. Гостиная была пуста — с выключенным телевизором она казалась холодной и чужой. Решив, что Мэй легла спать, он направился в спальню, но бросив взгляд в коридор, увидел под дверью комнаты Майкла свет. Он подошел и осторожно открыл ее. Мэй сидела на кровати сына, разложив вокруг себя фотографии сына. Она не подняла головы, когда Брайан вошел, лишь молча кивнула.

— Помнишь те каникулы в Кингхорне? — спросила она, ласково поглаживая одну фотографию. — Этот ужасный дурацкий прицеп и бесконечный стук дождя по крыше…

— Помню, — тихо отозвался Брайан. — Дождь лил каждый день.

— Но Майклу нравилось… он носился везде в своих новых резиновых сапожках. — Мэй наконец подняла голову, лицо было искажено от боли. — Господи, что теперь делать?

Брайан сел рядом с ней, зажав руки между коленями.

— Мы справимся с этим, милая. Мы вместе, правда?

Мэй молчала, уставившись вдаль.