Девушка раздора - Владимир Григорьевич Колычев

— Ты и про квартиру знаешь… А ты точно из милиции? — спохватилась Валентина.

Степан кивнул, достал удостоверение, засветив при этом рукоять пистолета.

— Капитан Круча… Битово… Так, постой, Славу вчера в Битово приняли!..

— А сегодня отпустили.

— Да в курсе, он звонил…

— Откуда?

— От этой суки и звонил. К ней сразу поехал. Козел! — не сдержала эмоций Валентина.

— Он сказал, что находится у Розы?

— Чтобы я его матом покрыла? Он же не мазохист!.. Слышала я ее голос.

— И что она сказала?

— Поезжай к жене, сказала… и оставь меня в покое… Ну да, хату получила, и на фиг ей Слава! А он придурок, ну как можно было хату ей подарить!.. — От возмущения Микулина затянулась так глубоко, что закашлялась.

— А когда он вам звонил?

— Поздно уже было, не уехал он от нее, с ней остался.

— Поздно — это когда?

— Я в машине была, магнитола там, восемь часов минут пять как объявили. Ну да, восемь вечера… Так, постой, я что, на своего мужа сейчас стучу? — вскинулась Валентина.

— Больше Слава не звонил?

— Я на Славу стучу!.. — Микулина расправила плечи и с укором глянула на Тайсона, который с высунутым языком сидел у двери.

Пес и не думал бросаться на Степана, это ее и злило.

— Давай отсюда, пока я прокурора не вызвала! Или ты думаешь, что на тебя нет управы!

— Ну, хорошо, — кивнул Круча.

Микулы дома нет, делать здесь нечего, тем более что Валентина подтвердила его визит к Розе в квартире Степана. А где Микула еще мог находиться в районе восьми вечера и с кем говорить?…

— Ты что, уходишь? — иронично, но с нотками возмущения спросила Валентина.

— Дела!

— Дела у него… Я привыкать к нему начала, а у него дела… Может, виски глоток? — спросила она.

— Это я со своими операми выпью. После того, как мужа твоего возьму.

— Ну-ну!

Степан вышел в прихожую, Валентина за ним. У самой двери он резко развернулся.

— А почему вы не спрашиваете, что ваш муж натворил? — резко, будто выстрелил, спросил он.

— Что Слава натворил?! — заметно всколыхнулась она. — Ну так ты ж его вчера за что-то принял.

— Вчера принял, сегодня отпустил.

— Ну, а потом пожалел… Или что-то нарыл на Славу?

— Может, он убил кого-то?

— Кого он убил? — удивилась Микулина.

— А вы не знаете?

— Нет!

Валентина едва заметно отвела взгляд в сторону. Похоже, она что-то знала, но говорить не хотела. Впрочем, ничего удивительного. Муж и жена одна сатана, даже если один изменяет другому.

— А Слава уехал к вам после того, как Роза попросила его уехать к жене?

— А я его домой после этого пущу? — хмыкнула Валентина.

— Нет?

— Нет!

— А он это знает?

— Так, все, достал!.. Счастливого пути!..

Степан кивнул, вышел на лестничную площадку. А там тишина — ни Комова не видно, ни Кулика. Или во двор спустились, или затаились. Скорее второе. Опера они опытные, мало того, инициативные. Пока Степан говорил с Валентиной, мог появиться ее муж; Комов и Кулик не могли этого не понимать.

Степан поднялся на этаж выше и усмехнулся, увидев на межквартирной площадке Комова. Кулик же стоял на площадке между четвертым и пятым этажами, он смотрел вниз, рукой подавая знак. А Комов приложил палец к губам, в правой руке он держал пистолет.

— Микула? — шепотом спросил Круча.

Комов кивнул. Впрочем, Степан и без того уже слышал шаги, кто-то быстро поднимался по лестнице. Скорее всего, это телохранитель. Степан вынул пистолет, тихонько привел его к бою и подал знак следовать за ним.

Он не ошибся, по лестнице поднимался телохранитель Микулы Тяпа, с оружием в руке. Третьего этажа громиле показалось мало, он продолжил путь. И нос к носу столкнулся со Степаном.

Выстрелить бандит не успел. Круча налетел на Тяпу, вцепился в правую руку, вырвал пистолет, а его самого толкнул на Комова: пусть принимает.

Федот так же не стал заморачиваться относительно бандита, по эстафете передал его Кулику, а сам рванул вниз вслед за Степаном.

Круча не медлил, бежал вниз он тихо, но на Микулу навалился шумно, тот и понять ничего не успел, как врезался носом в косяк входной двери. Из руки выпал и с треском ударился о бетон мобильный телефон. А Комов так же ураганом налетел на Чуваша, который только готовился выхватить из-за пояса ствол.

Степан ударил Микулу, рукоятью пистолета рубанув его по шейным позвонкам; бандит лишился чувств, а он поднял с полу телефон. И услышал голос Валентины.

— Что там происходит? — спрашивала она.

Степан кивнул. Произошло уже и, к счастью, в пользу закона. Но говорить с Валентиной он не стал. Отключил телефон, надел на Микулу наручники. И телохранителей его задержали с новой партией боевых, не разрешенных к ношению пистолетов. И на этот раз без всяких заявлений о случайно найденном оружии.

* * *

Ночью допросы запрещены, но так Степан всего лишь беседовал с задержанным. Правда, не очень вежливо.

— Не убивал я Розу! — Микула тер пальцами гематому на затылке.

Он сидел на стуле у приставного стола, а Степан стоял у него за спиной, едва сдерживаясь от желания добавить к одной другую шишку. Микула нервничал, все хотел повернуться или подняться, но Степан всякий раз вдавливал его в стул.

— И не приезжал к ней? И соседи тебя не видели?

— Ну, соседи видели… Но я не убивал!

— Как ты узнал мой адрес?

— Так у тебя же нет шапки-невидимки!

— Выследили или Сафрон сказал?

— Да нет, Сафрон сказал, что с тобой ну его на хрен… Даже пацанов своих за нами отправил.

— Куда за вами?

— Когда мы к тебе подъехали, там за нами следили. А пока я к Розе ходил, Тяпа их срисовал. Пасли они нас.

— Сафроновские?

— Ну а кто? Я же к Сафрону подъезжал, спрашивал, где ты Розу держишь. Он сказал, что против тебя не пойдет. И меня предупредил, чтобы без косяков. Ну и пастухов приставил… Я Розу с собой хотел забрать, а она уперлась, не пойду, говорит. А силой взять ее я не рискнул. Чужая территория, серьезные люди, я же не какой-то там беспредельщик.

— Еще и серьезная жена позвонила?

— Да, Валька не в тему влезла…

— А Роза тебя спалила?

— В общем-то да… Но я ее не убивал!..

— Не надо было к ней приезжать.

— Ну не зря же мы тебя выслеживали…

— А поздно чего так подъехал? Я ведь с работы мог