Ва-банк! - Джеймс Суэйн

– Вот что я хочу, чтобы ты сделал, – резюмировал Ник. – Отыщи этого Фонтэйна и выбей из него все дерьмо. Хочешь, морду ему на сторону свороти, хочешь, ноги переломай – на твое усмотрение. Главное, чтоб ему больно было.

– Вот это как раз будет не трудно, – согласился с таким решением Сэмми.

– Хорошо. И пусть об этом все в городе узнают.

– Да, сэр.

Ник смотрел вслед Сэмми. Тот уже стоял на пороге, как Ник снова его окликнул:

– Эй!

– Что? – притормозил Сэмми.

– Так ты точно знаешь, что я ее трахал?

– Лола из службы уборки подтвердила.

И Ник горестно покачал головой.

Самой трудной работой в Лас-Вегасе были поиск и поимка мошенников – об этом Сэмми докладывал всякому, кто соглашался его слушать. Они же ничем внешне не отличались от обычных людей, тоже бывали и толстыми, и тонкими, и рослыми, и коротышками, вот только болтали они, что соловьи заливались, и могли выкрутиться из любой ситуации.

Вот возьмем, к примеру, ту милую пожилую даму, что сейчас играет в блэкджек. Сэмми уже двадцать минут наблюдал за ней с проложенных над залом мостков через портативную камеру с зумом. Уж такая она домашняя, волосы седые с голубоватым оттенком, толстые очки – ну типичная бабуля, да и только. И ведет себя соответствующе: утешает соседей по столу, когда те проигрывают, награждает их улыбкой и аплодисментами, когда выигрывают. Проблема только в том, что она шулер, и Сэмми непросто было ее вычислить.

Парень, который выдает себя за ее сына, тоже шулер – такой весь из себя спортивный, со стрижкой за сто долларов и в костюмчике от Ральфа Лорена. Он пристроился за мамулькиным стулом и дополняет ее просто идеально.

Дамочка все увеличивала ставку, и теперь она составляла три сотни. Сквозь свой видеоглаз Сэмми наблюдал, как напряглись плечи лжесына, и перевел объектив на руки женщины. В отличие от многих казино, в «Акрополе» игрокам разрешалось брать карты в руки – так было принято раньше, а Ник был яростным приверженцем старой школы.

Мамаша глянула на свои карты – король и шестерка, комбинация неудачная. Положив карты друг на друга, она подсунула шестерку под левую ладонь, при этом большой палец левой руки оставался совершенно неподвижным – чтобы проделать такой трюк, требовалась немалая ловкость и долгие годы тренировок, подумал Сэмми.

Сняв левую руку со стола, матушка незаметно сбросила шестерку в стоявшую на коленях сумочку. Сынок, в свою очередь, наклонился, приподнял оставшегося в одиночестве короля и воскликнул:

– Ой, мама! Да у тебя же блэкджек!

При этом он ловким, несуетливым движением добавил к королю скрывавшегося в его ладони туза пик и открыл обе карты. Ну поэзия, чистой воды поэзия! К счастью, Сэмми удалось зафиксировать весь процесс на пленке.

– Ой, надо же! – в восторге воскликнула мамаша. – Ты только посмотри! А что, такая комбинация как-то по-особому называется?

Дилер, совсем еще зеленый паренек, который заступил на службу только неделю назад, улыбнулся седовласой даме: он явно ничего не понял.

– Такую комбинацию называют снэппером, – пояснил он.

– Снэппер! Как интересно! – воскликнула дама.

Дилеру пришлось выплатить ей две с половиной к одному.

Засовывая в сумочку выигрыш, она подала дилеру на чай жетон стоимостью в пятьдесят центов.

– Взять их! – рявкнул в переносную рацию Сэмми.

Громадина и Малыш, до того скрывавшиеся у запасного выхода, ворвались в зал, словно парочка оголодавших медведей. Дорвавшись до цели, они припечатали лжесынка к столу, а лжемамашу сдернули со стула и уложили на пол.

– Христа ради, полегче! – взмолился Сэмми.

Сынок завизжал, словно боров, которого режут, и прикрыл голову руками – верный знак, что ему и раньше приходилось подвергаться подобным процедурам. Маменька басовито поскуливала, и Сэмми повертел наушник, чтобы убедиться, что со звуком все в порядке. Скулила она явно не как леди, и когда Малыш снова поставил ее на ноги, Сэмми понял, почему: парик и очки соскочили, и миру предстала бритая наголо башка местного шулера по имени Дуви Джонс. Схватив с пола парик, Дуви снова нахлобучил его на голову.

– Как вы смеете так вести себя с дамой! – негодующе воскликнул он вновь обретенным женским голосом.

Подтянулись и другие охранники. Сэмми снова принялся прохаживаться по мосткам, проверяя остальные столы. Часто бывало так, что, пока двое шулеров создавали ситуацию, на которую отвлекалась вся охрана, третий подельщик попросту воровал с других столов фишки.

Но остальные столы выглядели вполне пристойно. Краешком глаза Сэмми увидел, что как из ниши показалась большая голова Джо Смита.

– Джо! – зарычал в рацию Сэмми. – Чем, черт побери, ты занимаешься?

– Ничем, – раздался в наушниках искаженный помехами голос Джо.

– Тогда вернись на свое место! – приказал Сэмми.

– Есть, сэр.

В наушниках послышался голос Уайли:

– Все под контролем, – доложил питбосс. – Волноваться больше не о чем.

Сэмми услышал в голосе Уайли злорадство. Еще бы: у любого голова закружится, если за один день поймаешь целых две банды мошенников! Но Сэмми торжествовать не спешил. Он знал, что на каждого пойманного жулика приходилось с десяток еще не пойманных, которые кружили, пока не всплывая на поверхность, и жадно принюхивались к запаху свежей кровушки.

– Не обольщайся, – ответил ему Сэмми.

– Этот город просто кишит мошенниками, – сказал Сэмми, когда десятью минутами позже Уайли зашел в его крохотный кабинетик, отгороженный от зала с видеомониторами. – Так что потрудись не терять бдительности.

– А то, – без должного пиетета произнес питбосс.

– Ну-ну, продолжай в том же духе, и посмотрим, что с тобой сделает Ник.

Сэмми через стол швырнул Уайли отчет по Дуви. Этот отчет вместе с копией видеозаписи требовалось передать в Комиссию по игорному бизнесу для дальнейшего использования в суде в качестве улики. Без видеозаписи дело будет заведомо проигрышным, так как ни одно жюри присяжных в Неваде не признает игрока виновным на основании лишь данных под присягой показаний. Казино не пользовались у местных жителей любовью и уважением, и они стремились навредить игорным заведениям чем только могли.

– По мне, выглядит довольно убедительно, – сказал Уайли, ставя на последней странице, рядом с подписью Сэмми, свою. На телефоне на столе Сэмми загорелась кнопка. Сэмми нажал ее и перевел разговор на громкую связь.

– Манн слушает.

– Сэмми, рад, что тебя еще не уволили! Это Виктор из «Миража».

– Привет, Виктор из «Миража», – Сэмми скрипнул зубами. – Что привело тебя в нашу нору?

– Да вот прослышал, что один из наших гостей выпотрошил вас на пятьдесят тысяч. Звоню принести соболезнования.