Автобаза - Игорь Голубев

ЗАРА

Зарема соврала Гуну, когда сказала, что ее продали цыганам. В татарских семьях такое не практикуется - сколько бы ни было детей, как бы бедно ни жили, какую бы нужду ни терпели. Выдуманная история нужна была девочке как легенда, дабы вызвать сочувствие окружающих. С возрастом надобность в легенде отпала, но Зарема уже привыкла к ней и, став взрослой женщиной, сама почти верила выдумке. На самом деле в восемь лет она сбежала из дома и прибилась к цыганам.

Глотов действительно зацепил ее, но не на вокзале, а в электричке, где девушка, а Зареме тогда исполнилось шестнадцать, занималась обычным промыслом. Рядом с Глотовым сидели два татарина и живо обсуждали что-то на своем языке. Как потом выяснил Василий Степанович, речь шла о свадьбе. Молодой татарин решил нарушить традицию и выбрал невесту из славянок. Ортодоксальные родители были против, к тому же его с детства предназначили в мужья дочери муфтия.

Цыганка прекратила торговлю и прислушалась.

Неужели цыгане понимают татар, задал себе вопрос Глотов, или это не татары?

И тут вдруг спор достиг наивысшего накала, молодой осмелился повысить голос на старика. Неожиданно вмешалась лжецыганка. Она еще не забыла язык. Оборвав спорящих, попеременно тыкая то в старика, то в молодого, то в собственную грудь, начала что-то горячо доказывать обоим. Некоторое время ее слушали. Молодой, видимо, нашел поддержку в лице девушки. Старик хмурил кустистые брови и угрюмо молчал. Может быть, вспоминал молодость: его женили на нелюбимой, а любимую выдали за другого. Ну и что? Эка невидаль. Стерпится слюбится. Вот он, например, сейчас и представить себя не может без своей старухи. И детей семерых вырастили. Ничего, полюбит. Дочка муфтия - не крокодил.

Старик взглянул на Зару из-под седых бровей и произнес всего несколько слов. Зара потухла. Сник и молодой татарин. Цыганка ушла, подметая вагон длинными цветными юбками.

Глотову захотелось узнать, о чем они говорили, но так бы ничего и не узнал, не остановись перед расписанием на завтра. Рядом на скамейке сидела цыганка и плакала. Не по-детски. Так плачут только в большом и неизбывном горе. Тихо. Без единого звука, если не считать шмыганья носом.

Глотов достал огромный, величиной с наволочку, платок и утер ей сопли.

- Есть хочешь?

Зара энергично затрясла головой.

- А пить?

И снова тот же жест.

- Что, и пепси не хочешь?

Она не хотела.

- Закурить дай?

Он дал. Потом она, конечно, и попила пепси, и поела в летней кафешке, но главное - рассказала, о чем говорили те двое. О себе поведала заученную историю: как родители продали цыганам. Ее рассказ возымел необычное действие Глотов обозлился, чем несказанно удивил девушку.

- Сажать надо таких родителей. Наплодят, как китайцы, а кормить не хотят...

И еще понял Глотов, из-за чего Зара вмешалась в разговор двух соплеменников. Зару тоже хотели выдать замуж. Только у нее не было любимого. Просто не хотела, и все тут. Может быть, девушка чувствовала, что ей уготована иная судьба, чем жена цыгана. Потому и влезла в разговор, потому и поддержала молодого.

- Как это сажать? За что? Это же родители, - искренне удивилась она.

- Что же ты делать будешь? - спросил Василий Степанович.

- Сбегу.

- К другим цыганам?

Зара кивнула.

- И все повторится, - резюмировал опытный Глотов.

- Не знаю. Может быть.

- Не может быть, а точно. Ты красивая. В покое не оставят. Будут искать и в конце концов найдут.

Зара была готова снова всплакнуть. Куда девушке в ее положении деваться?

- Вот что... Мы сделаем так. Поезжай до Тарасовки. Улица Почтовая, дом одиннадцать. Собаки нет. Вот тебе ключ. Постелешь себе в маленькой комнатке. Наносишь воды из колодца. В подвале нагреватель. Электрический. Рядом щит. Включай все кнопки. Помоешься. Еда в холодильнике. Сиди и носа не высовывай. Я тебе пару слов черкну, чтобы соседи не встревожились.

Глотов вырвал из блокнота листок и написал записку соседям.

- Тебе сколько?

- Восемнадцать, - соврала Зара. - Но паспорта у меня нет.

- Догадываюсь. Приеду завтра, сходим к участковому. Он мне кое-чем обязан. Сделаем тебе документ. Купим нормальную юбку. Потом выдадут униформу. Устрою тебя ко мне на автобазу курьером... Первое время поживешь на даче, потом, как примут на работу, подыщем что-нибудь. Но никому на новой работе не говори, чем занималась прежде.

Зара согласно кивала, слушая распоряжения Глотова. Потом, чуть не опрокинув стол, перегнулась и поцеловала его прямо в губы. Тот ошалел.

- И вот что... Сделай что-нибудь с волосами...

У Зары была огромная грива иссиня-черных, мелким бесом заверченных волос почти такая же, как у американской актрисы Девис. Уже потом Василий Степанович пожалел о сказанном. Когда выправили документ и Зара пришла устраиваться на работу, голова оказалась острижена под мальчика.