Девятый круг удачи - Лариса Павловна Соболева

– И этот дом твой от ворот до последней ложки. Счет в банке твой, еще фирма… Правда, годовой оборот небольшой – всего сто миллионов, но у тебя специальность как раз в жилу, если имеешь мозги – прорвешься, не имеешь – промотаешь и вернешься в сарай. Тебе выпал редчайший шанс изменить свою жизнь в один миг, а не плестись к уровню годами и… никогда не подняться выше стула, на котором сидишь.

Охренеть! Чушь какая-то… Дима сострил:

– Мне надо расписаться кровью?

Наконец! Наконец Юрий Васильевич соизволил показать свой лик в очках и посмотреть на гостя, хотя раньше, в период слежки, его очень интересовал Дима, он от окна в мерсе не отлипал. За роговыми очками увеличенные в три раза глаза уставились на гостя с нескрываемым любопытством и даже с удивлением, но Юрий Васильевич ничего не сказал, переговоры вела Фрида. В паузе налив темно-бордового вина в бокалы, один она протянула Диме:

– Понимаю, тебе трудно поверить, что все это… – Фрида обвела бокалом пространство, – можно получить просто так. Но кто сказал, что за бесценный дар тебе ничем не придется пожертвовать? Это было бы несправедливо, верно?

– Так все-таки жертвы нужны? – рассмеялся Дима.

Она привычно осушила бокальчик, потом, приоткрыв рот, вытерла уголки губ большим и безымянным пальцем – жест показался ему простецким, нехарактерным для высшего сословия. Впрочем, нынешнее сословие вылезло из подворотен и не всегда благородными методами добывало бешеное бабло, а Фрида, может быть, вышла выгодно замуж. Собственно, эти рассуждения не имели значения, тем более она снова заговорила, после бокальчика вина более уверенно и раскованно:

– Напрасно, напрасно иронизируешь. Мы серьезно, но если ты не захочешь… значит, богатство не твоя судьба.

– А с какого перепугу вы делаете мне такой подарок?

– Юрий Васильевич проиграл мне пари.

– Да, я проиграл, – недовольно буркнул Юрий Васильевич. – Никогда не спорь, парень, особенно с бабами. Они понимают только язык ультиматумов.

Фриде стало весело, она рассмеялась, потом продолжила:

– На кон поставил он этот дом, счет в банке, «мерседес» – новый, кстати… и бизнес. С моей стороны… э… теперь это не важно. Скажу лишь, на кон мы поставили равноценные состояния, но проиграл он! А не я! Надеюсь, теперь понятно, почему Юрий Васильевич такой… ха! Такой грустный.

Видимо, Фрида была счастлива, что осталась со своим добром, поэтому хихикала, смеялась без остановки. Но были и паузы в веселье – когда она тянулась к бутылке. Налила себе, так как Дима ни глотка не сделал – ему нужна была ясная голова, и, коснувшись его бокала своим, выпила половину, после азартно протарахтела:

– Мы договорились, что получателем выигрыша будет первый встречный, при всем при том нам не хотелось отдавать такой куш пропойце или наркоману. Мы желали видеть в получателе молодого, здорового, образованного, обязательно бедного и не отягощенного губительными привычками человека, но которому не повезло в жизни. Это шанс, а не швыряние денег под ноги ничтожеству. Также условились: если проигрываю я – отдаю все молодой женщине, если Юрий Васильевич – молодому мужчине. Пари состоялось, и мы поехали к недорогому спортклубу, ведь там занимаются те, кто следит за собой, остановились напротив, стали ждать. Вышел ты. Дальше наша задача состояла – соблюсти все условия, поэтому мы какое-то время присматривались к тебе, выясняли, кто ты и откуда.

– Получается, выиграл я? – заметил Дима. – Так, что ли?

– Случай выиграл, Дмитрий, случай. Но если хочешь, считай, что выиграл ты. Победитель – ты! Тебе открыты все двери, любые цели у твоих ног!

Она разжигала в нем тщеславие и сама балдела от своих слов, не забывая подлить вина себе и сделать хотя бы глоток.

– Фрида, не много ли ты пьешь? – забрюзжал Юрий Васильевич.

Не обратила на него внимания она, ей интересно было – что происходит с молодым человеком. Ее глаза алчно горели, будто это она получила сокровище, на щеках пылал нервный румянец (возможно, от вина), к губам снова прилипла полуулыбка. Фрида ждала восторга, который обязан накрыть Диму, а парень, глупенький, до сих пор не верил в свою удачу:

– И что я вот так могу остаться здесь, и все?

– Не совсем, – остудила его Фрида. – Выигрыш когда случается? Если человек покупает билет, правильно? Этот человек сделал затраты, небольшие, но сделал! Жил некоторое время мечтаниями – это тоже затраты внутренних ресурсов, поэтому и тебе придется внести свою долю в данный проект.

– Ну-ну? И что мне надо внести?

– Вот договор, мы все его подпишем и… владей. – Дима потянулся к листам, которые откуда-то выудила Фрида, она отвела руку. – Подожди! Сначала выслушай условия устно, вдруг они не устроят тебя.

– Слушаю, – откинулся на спинку кресла Дима…

И вдруг сделал открытие: он разволновался. Нет, правда, тут у любого крышу снесет! Да и Фрида настолько взбудоражилась от явной победы, что не усидела на месте, подлетела и заходила вокруг кресел, в ажиотаже жестикулируя бумагами и продолжая:

– Наше главное условие: ты обязан отказаться от прошлой жизни, привязанностей, друзей, подруг, любимых и тех, кого ненавидишь… От всех! А знаешь, странность? Поделюсь с тобой личными наблюдениями: людей почему-то притягивает ненависть. Да-да-да! Вроде бы вот человек, который не любит тебя, ты тоже отвечаешь ему взаимностью, но продолжаешь искать с ним встреч, как и он, дружишь и… ненавидишь. Паранойя какая-то, правда?

– Ты увлеклась, – бросил из кресла Юрий Васильевич.

– Прости, – улыбнулась ему она, наклонившись вперед из-за кресла, в котором тот сидел, и снова повернулась к гостю. – Итак, ты должен вычеркнуть свое прошлое полностью. Как тебе, Дмитрий, наше первое условие?

– Сурово, – коротко ответил он. При этом, ни черта не понимая, только чувствуя, что дело нешуточное, Дима все же осведомился: – А почему нельзя старых друзей и подруг сохранить?

Неожиданно Фрида довольно грубо перебила его, тон ее стал почему-то злым, видимо, алкоголь действует на эту женщину деструктивно:

– Потому что мы не благотворительный фонд! – Кинув договор на стол, она снова заходила, хмурясь и нервически потирая пальцы. – Как бы дороги ни были те, кто окружал тебя, придется от них отказаться! Да, таковы наши условия! Юрий Васильевич понес большие потери, ты получил его собственность, вполне логично, что и от тебя требуется пожертвование! Но несравнимо меньшее – уйти в новую жизнь без старых хвостов и без себя. Это сделать несложно!

Несравнимо меньшее? Подпившая дамочка загнула, ибо условия выдвинуты зверские, а его мнение таково: делаешь добровольно широкий жест – не проси за него платы. Дима решил отбросить попутные мысли, чтобы