Счет за счастье - Владимир Григорьевич Колычев

— Точняк! Вон Вахлам к нам пристраивается!

Машина действительно катилась по улице, до МКАДа совсем чуть-чуть. Как проехать через пост, они знали, тактический прием отработан. Вахлам отвлечет внимание ментов. Стволов у них в машине нет, в крови никто не испачкался, если менты остановят… А они остановят!

— Эльшада можно валить? — спросил Ерема.

— Да за милости просим!

Ерема навел ствол на Эльшада, тот задергался, замычал. Не хочет, падла, умирать. А придется. Ерема Ульяну ему не простит. Извращенец хренов!.. Сколько он уже, интересно, баб перепортил. А скольких убил после своих грязных игр!..

— Что ты там сказать хочешь?

Ерема потянулся, сорвал с губ Эльшада полоску пластыря.

— Эта гнида кинуть нас хотела! — прохрипел он.

— Кто гнида?! Ульяна?!.. — Ерема замахнулся.

— Нет, нет!.. Кирюша!

— И как он кинуть вас хотел!

— И хотел, и кидал! Кокс бодяжил!

— Кокс?! Кокаин?!.. Кирюша, животное, ты что, наркоту толкаешь?

— Да по мелочи!

— По мелочи?!.. Эльшад, ты отмашку на него дал?

— Да дело не в том, что я бодяжил…

— А в чем?

— В том, чем я бодяжил. Коля Аистов химию придумал, химией разбавлял, штырит не по-детски!

Кирилл говорил, а Ульяна смотрела на него с открытым ртом. Он ждала, когда он скажет, что пошутил. Но это не шутки.

— И что за химия? — спросил Шишман.

— Коля знает, а он сбежал… Я не знаю, где он. Честно не знаю! — глянув на Эльшада, сказал Кирюша.

— Зато ты знал, как найти Ульяну?

— Да не говорил я, как ее найти! Они сами знали!..

— Удивил ты меня, Кирюша. Удивил!.. Мы тебя тоже замочим! — сказал Ерема и нарвался на возмущенный взгляд Ульяны. Она возражала, но при этом думала, как можно наказать Кирилла.

— Шучу! — подмигнул ей Ерема.

— Домой пусть идут? — притормаживая у остановки, спросил Шишман.

Ерема кивнул. Ульяна и без того натерпелась, а за спиной гора трупов. Их еще разгружать, закапывать. К тому же она не должна знать, где их похоронят. А идти домой она может. Кофточка застегнута на все пуговицы, не видно, что платье разорвано. И не угрожает ей ничего. Во всяком случае, сейчас.

Шишман остановился, Ерема выходить не стал. Люди на остановке, а он весь в крови. Открывая дверь, Ульяна украдкой глянула на него. Казалось, она не знала, как к нему относиться. Он, конечно, спас ее, но при этом взял на душу столько смертных грехов. Неудивительно, если она считала его чудовищем. Но так и Кирюша ничем не лучше. Не такой уж он и положительный мальчик, если влез в торговлю наркотиками. За это его, видать, и подрезали.

Вышел из машины и Кирюша. Он собирался закрыть за собой дверь, но Ерема его остановил:

— Эй!.. Хоть одним пальцем к Ульяне прикоснешься… Отрежу все пальцы! Вместе с головой! Ты меня понял?

Кирюша думал недолго:

— Ну, понял!

— Без ну!

— Понял!

— Я не шучу!.. Видишь, без всяких ну! Значит, точно все отрежу!.. Пошел!

Закрывая дверь, Кирюша едва заметно усмехнулся. И Ерема угадал причину его нездорового веселья. Кирюша решил, что Ереме не выйти без потерь из этой кровавой круговерти. Действительно, в машине шесть трупов, заложник, впереди пост ГАИ, а позади место преступления, залитое кровью. Сам-то он в милицию вряд ли пойдет, но Ерема мог нарваться и без него. Кирюша очень на это надеялся.

— Эльшада без ну мочить будем? — разгоняя машину, спросил Шишман.

— И без базара! — кивнул Ерема.

— Может, сразу?

— А яму копать кто будет?

— Ему отдельную могилу, — сказал Шишман.

— С чего такая роскошь?

— Даже врага можно уважать. Если это сильный враг!

— Сильный, — кивнул Ерема.

И потрепал Эльшад их сильно. Из всей бригады Шишман смог найти только Студня, Костяху и Флажка. Все остальные убиты, ранены или в бегах. Но ничего, Шишман и с такой малой силой смог выследить Эльшада, выйти на него, а заодно спасти Ерему.

— Вы нас тоже хорошо помяли, — сказал Эльшад.

— Бери выше, мы тебя, считай, грохнули!.. Ну, все, понеслась! — оживился Шишман.

Они спокойно шли по крайней правой полосе, а Вахлам гнал свою «девятку» на запредельной скорости. Только вот менты на него почему-то не отреагировали, заняты были грузовиком с прицепом, возможно, не обратили внимания. И микроавтобус прошел незамеченным.

— Эльшад, ты хороший воин! — выдохнув, сказал Шишман. — Мы тебя по всем правилам похороним. Куда там тебя головой надо, на восток?

— Вниз! — усмехнулся Ерема.

Он представил, как эта жирная свинья пыхтит над его Ульяной, и рука потянулась к пистолету. А ведь Эльшад шел на склад, чтобы изнасиловать ее. Такое не прощается…

— Не надо вниз! Не надо на восток!.. Давайте договариваться.

— Так мы и договариваемся, или на восток, или вниз! — засмеялся Шишман.

— Вы не понимаете, за меня мстить будут!

— Мы за тебя отомстим! Напьемся в хлам, а завтра умрем от бодуна!

— Не будет вам спокойной жизни!

— А нам нужна спокойная жизнь? — усмехнулся Ерема.

— А если мы договоримся, ничего не будет!

— Лохи на рынке остались, а нас разводить не надо!

— Я серьезно!

— И мы серьезно!

— Я очень серьезно!..

— Достал! Ерема, завали его, падлу!

— Я вам денег дам!

Ерема вздохнул, с насмешкой глядя на Эльшада. И договор о мире — чистой воды разводилово, и выкуп из той же серии. Эльшад забудет о своих словах, как только получит свободу. И расчет произведет не деньгами, а пулями.

— Меньше чем за миллион и не мечтай! — Шишман оторвал взгляд от дороги и подмигнул Ереме.

Он думал в том же ключе, а «лимон» — это не более чем прикол. С таким же успехом он мог назвать сумму в десять раз большую.

— Хорошо, миллион!

— Прямо сейчас!

— Прямо сейчас нет!

— Тогда и суда нет!.. Апелляция отклонена, приговор приводится в исполнение.

— Мы можем съездить, здесь недалеко.

— Куда съездить? К твоим пацанам на малину?

— Зачем на малину? Дом у меня есть, на Калужском шоссе. Тайник там, никто не знает.

— Откуда дом? У лоха отжал?

— Да нет, купил, еще в девяносто первом, инфляция вскачь понеслась…

— Кто там живет?

— Деньги там живут!

— Ровно миллион? — спросил Шишман.

— Почему ровно? — не купился Эльшад.

— Калужское шоссе, говоришь?

… Дом находился в деревеньке, затерянной в лесу. Кирпичная коробка под шиферной крышей, ни газа, ни водопровода, ни канализации. Вода в колодце, сортир на улице, огород под бурьяном. Эльшад ничего здесь не делал, только забор старый снес и новый поставил — из железного листа, сплошной, высокий. И топорно сделанный, видно, алкашей местных нанимал.

Ворота простые, сваренные из ржавого уголка и обшитые профлистом. Конструкция шаткая, ненадежная,