Тоннель в Паддингтоне - Кейт Андерсенн

Придерживая крышечку чайника, налила горячительного напитка сначала ему, потом и себе.

— Слава всецело достанется вам. А мне — Дороти. К тому же, пари английское выиграете. Не можете ведь вы проиграть ребенку, в самом деле?..

То есть, без нее он проиграет? Самонадеянная плутовка! Но… она решила играть на его стороне?.. С чего бы это?..

— Про клуб я ничего не знаю кроме того, что уже сказала. Лорелея Блейк здесь собирала дам по субботам, в неопределенный час в субботу. Возможно, вторая убитая девушка как раз пришла на собрание клуба. Но Дидье не помнит ничего ни о ком, даже о том, приходила она или нет, а о Лорелее только то, что она — «ах» и «ох», но большего я не добилась. Берта Дейл и та, вторая, были здесь по субботам с Лорелеей и книгами. Вот нам и связь всех троих.

— И возможный ответ, почему и Берту Дейл и вторую — мы ее так и не опознали по имени — убили именно здесь… — кивнул Дьюхарст. — Хорошо, только при условии, что Дятел о нашем сотрудничестве не узнает.

Кензи в ответ протянула руку, а сказала вот что:

— Они поехали в «Макмиллан». Там есть что-то интересное?

Инспектор пожал ее ладонь и достал из нагрудного кармана пиджака записную книжку. Значит, она у него есть. Полистал.

— Работница с веером идей. Как вы, — при оказии сострил Колин. — И суфражистка.

— Я — нет, — напомнила Кензи.

— Я сказал «как вы» по другому пункту, — живо возразил инспектор, отпивая чая.

Все же, совместное распитие горячительных напитков несомненно сближает.

— Любой знал Лорелею, она работала как лошадь и была остра на язык. Еще у нее была громкая интрижка с Александром Бреттом, одним из издателей, как говорил нам каждый третий.

Виски в чае развязал ему язык?.. Оказывается, инспектор Колин умеет пользоваться сложносочиненными предложениями. Или это виски действует на НЕЕ, что мир резко стал выглядеть добрее?.. Кензи отвлеклась, однако продолжения не прослушала:

— …но издатель чист, как стеклышко. Он уехал несколько дней назад на континент со своей новой пассией — парижский телеграф подтвердил и отель, и билеты.

— Ого, — поджала губы задумчиво Мун. — И что Лорелея?

— Взяла несколько выходных. И пропала.

Кензи азартно ударила ладонью по столу.

— Вот видите! Это она!

— Почему сразу она? И при чем здесь Берта Дейл? Она же не в Париже.

— А если она там была? — подмигнула Кензи. — Вы сказали, она как я. Я бы с рук не спустила.

— И убили бы?

— «Как она» — по-прежнему по другому пункту. Нет, я не верю в совпадения настолько. Именно на Лорелее схема преступления резко поменялась?.. Чушь! А дома вы у нее были?

— Там никого нет, — возразил инспектор.

Кто бы сомневался. Иногда Кайлин имеет свои просветления, но в целом — чурбан чурбаном.

— А мы можем… поехать? — просительно сложила ладони Кензи.

— Что вы надеетесь там найти?.. — поморщился Колин.

— Не знаю… иди-принеси-не-знаю-что, я думаю. Представьте: Лорелея страстная, увлеченная натура, что в работу, что в любовь вкладывает всю себя… И вдруг узнает об измене! Да это кого угодно потрясет. Берет выходные?.. — Кензи фыркнула, почесала подбородок и записала на своем листке «Александр Бретт». — И надо узнать, была ли Берта Дейл знакома с Александром Бреттом. Можете дать кому-нибудь указание это выяснить?

Она быстро собрала пальцами крошки с тарелки и встала, нахлобучивая кепку.

— Вы слишком спешите, — покачал головой Дьюхарст. — Если связывать дела мотивом «ревность», то Лорелея должна охотиться за той, что уехала на континент, а не за девушками из собственного клуба.

— А если Бретт тоже посещал клуб? И знал Берту?

— И уехал с другой? Да и знать ее он мог не посещая клуб. Эта ниточка заведет нас вникуда. Бросьте, мисс Мун, подумайте. Вы же это делать любите, — съязвил инспектор. — Вы узнаете об измене возлюбленного, на кого вы станете сердиться?

Кензи проглотила насмешку, скрестив руки на груди. И так и осталась стоять.

— На всех и вся.

— Даже если Берта Дейл и та, вторая, были его другими пассиями, даже пусть одновременно с Лорелеей — он уехал сейчас с другой. Получается, она ничего не подозревала, а тут вдруг узнает о парижанке, и одновременно — про Берту Дейл и вторую?

Кензи снова почесала подбородок и сняла кепи.

— В целом, если кто-то сообщил ей все это сразу… — неожиданно для самого себя продолжил Дьюхарст.

— …то она могла это сделать, — кивнула Кензи.

— Но версия слишком невероятна.

— Надо проверить, — пожала плечами Мун и надела кепи обратно. — Вы идете?

— И вы готовы сунуться под ливень? — кивнул Дьюхарст на завывающую за окном непогоду.

— А вы — нет? Вам надо быстро раскрыть преступление, разве не так?

Инспектор тоже поднялся.

— Напоили, а потом долгом обязывают, — проворчал он вполне миролюбиво и взглянул на напольные часы в углу комнаты. — Что ж, воспользуемся трубой. Как раз успеем к отправлению.

— Трубой?..

— Новая линия подземки, электрическая.

Подземка. У Кензи похолодело в животе несмотря на умиротворяющее действие чая с секретным ингредиентом. Перед глазами всплыло бледное лицо Энтони Блера с перерезанным горлом, белые перчатки, окровавленный нож… Она не отдавала себе отчета в том, насколько старательно избегала подземки с того самого первого дня. Успешно, между прочим.

— А… может быть… — промямлила она, поднося руку к горлу.

— Вам же надо быстро раскрыть преступление, разве не так? — коварно ухмыльнулся Дьюхарст. — Вдруг Дороти с Вудом во что-то впутается? А Дятел на то горазд, поверьте.

Кензи зажмурилась. И с размаху наступила ничего не ожидающему инспектору на ботинок. Он взвыл. Хотя этот ботиночек от Дидье был помягче развалившейся дамской туфли.

— Предупреждаю — я не леди сегодня, так что не… выводите меня из себя, — усмехнулась и Кензи в ответ. — Ладно… постараюсь. Надевайте свой плащ.

— Вы наденьте, — буркнул инспектор. — Вы и в другие дни не леди.

— А вы?

— Станция за углом, а я не сахарный.

Что правда, то правда. Хотя и в ней сахару мало, но плащ — полезная вещь, зачем отказываться?..

* * *

Кензи остановилась